Черные лабиринты. Книга 3 - Эмили Ли

– Я не искал неприятности, они сами нашли меня, а вот ты целенаправленно в них каждый раз лезешь. Как будто специально хочешь довести меня до седых волос. А теперь рассказывай.

– Только не перебивай.

– Не буду.

– И не кричи.

Брови Келлена в изумлении поползли вверх.

– Всё так плохо?

– Да… Нет… Не знаю.

– Опустим. Дальше.

– И не злись.

– Это не могу обещать, – он скривил губы и выжидательно уставился на неё. – Всё. Можно уже начинать.

Келлен, как и обещал, не перебивал её. Но его темные глаза говорили всё за него и отчётливо передавали всю гамму эмоций. Туён старалась лишний раз не смотреть на него, чтобы не растерять решимость. Она рассказала про все четыре видения, про чувства и сомнения Верховного жреца, про девушку Риану, про Верховную ведьму. Рассказала и про то, что чудище, которое они держат в клетке, было когда-то эльфом. Эльфом, который почти два тысячелетия назад видел её, Туён, в своих снах. Поделилась и той самой строчкой, которую нашла в книге про правителя Ринндела и его дочь. Предъявила её Келлену в надежде доказать, что она не сошла с ума и что всё это действительно было, только в прошлом. Упомянула, про попытки Первого говорить.

Когда Туён закончила свой долгий эмоциональный монолог, снова почувствовала себя обессиленной, словно из неё выкачали всю энергию, забирая при этом с десяток годов жизни. Воцарились долгие минуты молчания, где Келлен задумчиво смотрел в никуда, а Туён на него, ожидая вердикта.

– Лён! – не выдержала девушка и позвала его.

– М-м-м… – тихо отозвался он и потянулся рукой к своему затылку, собираясь взъерошить волосы.

– Не молчи… – подергала она его за рукав и поторопила: – Что думаешь?

– Я думаю, что всё это как-то связано, – после небольшой паузы заговорил всё-таки он. – Болезнь Кван Чи, изменение в поведении монстров, твои способности… Кстати, об этом: до приезда в крепость ты тоже обладала чем-то… – Келлен покопался у себя в памяти, подбирая правильное слово, но так и не нашел, поэтому просто закончил: – эдаким? – Туён энергично замотала головой, Келлен окинул её скептическим взглядом. – Что, прямо совсем ничего?

– Нет! Я жила обычной жизнью, как и все остальные. Никаких предчувствий или особых снов, и уж тем более не перемещений во времени и в чужое тело! – когда первая волна возбуждения сошла, Туён уже спокойнее добавила: – Первый раз было уже здесь, когда ты ушел в лабиринты, а я отправилась на вечеринку…

Келлен аж вынырнул из своей задумчивости и перевел на неё заинтересованно-изумленный взгляд, скривленные губы подсказали спрятанный во взгляде подтекст.

– Мы тогда не встречались, – поспешила оправдаться она, – дружили… Меари позвала меня на вечеринку, но я там была недолго. Мне стало плохо, казалось, что если я не уйду оттуда прямо сейчас, то с тобой случится беда. Чувство было настолько сильное, что я никак не могла взять себя в руки.

– Когда именно это было? – он снова стал задумчивым.

– В первую ночь как ты ушел, кажется.

Келлен всё-таки не сдержался и презрительно фыркнул, сопровождая потом едким комментарием:

– Так беспокоилась и скучала, что ушла на гулянку?

– Лён! – воскликнула Туён и толкнула его в плечо, следом снова напоминая: – Мы не встречались!

– Неважно. Я уже себе пометил… – язвительно произнес он, а при виде отчаяния и вины, отраженной в её глазах, притянул к себе и более миролюбиво добавил: – Да ладно тебе, я просто пошутил…

– По-дурацки… – буркнула она, облегченно вздыхая.

– Возможно, – согласился он. – И часто ты так… преданно ждешь меня?

– Ты! Ты…

Она резко рванула от него, собираясь уйти, но Келлен был начеку, явно ожидая именно такой реакции, поэтому с силой сжал её, крепко обнимая и не давая вырваться.

– Обиделась, – смеясь, проговорил он, – это хорошо, значит, чувствуешь несправедливость обвинения. Это дает надежду, что больше никуда не ходила.

– Ты ужасный человек, – потрясенно произнесла Туён, Келлен довольно усмехнулся, принимая её слова за комплимент.

Келлен ещё пару минут просто обнимал её, периодически посмеиваясь при звуках её возмущенного пыхтения, а потом снова стал серьезным.

– В ту ночь действительно произошел неприятный инцидент, который мог для меня очень плохо закончиться. Тогда в первый раз мне спас жизнь Каун, вмешавшись в драку.

– Были и ещё похожие моменты страха, сны. Когда ты возвращался, всё пропадало. Но с каждым разом они становились реалистичнее, а в последнее моё видение я смогла спасти тебя уже… физически… – Туён невольно посмотрела на свои ладони, где когда-то были царапины, оставленные ящерицей. – И если видения Первого могли быть мне показаны по его воле, ведь прежде он был магом и Верховным жрецом, то как объяснить свои собственные… – наконец-то высказала она свои страхи. – Я не могу быть магом или ведьмой…

– Точно! Есть же ещё ведьмы, забыл про них, – спокойно принялся рассуждать Келлен. – Магом ты вряд ли можешь быть. Встречал их, не такие у них таланты…

– Я и ведьмой не могу быть! Я азурианка! Или ты забыл?! – воскликнула Туён.

– Как тут забудешь, когда ты сидишь прямо возле меня? – усмехнулся Келлен. – Внешность самая что ни на есть классическая для жительницы империи.

– Так сказал, как будто это плохо, – насупилась девушка.

– Раньше я именно так и думал, – признался он, – а потом влюбился в тебя, моё самое красивое недоразумение…

Келлен прикоснулся нежным поцелуем к её губам, предотвращая возможные попытки возмутиться. Туён блаженно закрыла глаза, наслаждаясь его лаской, но мужчина вскоре отстранился.

– Как я и говорил, думаю, всё это как-то связано, – произнес тихо Келлен. – Твой рассказ дополнил недостающие пробелы в моих безумных умозаключениях. – Он вдруг перестал её обнимать и даже отсел чуть дальше, словно не желая, чтобы хоть что-то мешало выстроить четкую линию логики в собственной теории. Заговорил ещё тише, но четче. – Я здесь несколько лет уже и всегда род деятельности был связан с охотой. Монстры не отличались разумностью, обычные темные твари. А потом в какой-то момент всё изменилось. Засада. Попытки взять противника живыми. Слежка за нами. Да. Теперь я точно уверен, они следят за нашими перемещениями в туннелях. И первые изменения совпали по времени с твоим прибытием в крепость. Чем больше проходило времени, тем более очевидными становились изменения. А может, тем больше твари менялись. И вот основной туннель, по которому я всегда ходил, заложен камнями, чтобы мы свернули в нужную сторону… Что это, как не проявление разумности? А когда мы были там с тобой вдвоем? Они и вовсе понимали нашу речь и дали уйти после того, как мы