Невеста проклятого герцога - Эва Морей

— Огооо! Вот это магия! Можно мне такое же?! Мам? — поворачивается он к женщине строя умильную мордашку — Меня будут выгонять со всех занятий и я смогу весь день гулять! — кажется пацан заигрался и неосторожно выдал все свои коварные планы.

Женщина смотрит на меня открытым, дружелюбным взглядом, в ее глазах пляшут смешинки. Кажется, она едва сдерживается чтобы не захохотать. После реплики мальчика, ее лицо приобретает более сдержанное выражение.

— Лисандр, тебе нельзя такой колокольчик — говорит она мягко, но сдержанно. Пацан сразу приуныл — Впрочем — она поворачивается ко мне — надеюсь, эта очаровательна леди тоже скоро от него избавится.

Герцог во время этого небольшого диалога сверлит меня ошеломленным взглядом.

— Леди Элира — наконец нашелся он — меня не было всего два дня. Что здесь произошло?

— Понимаете, я…

Дзынь. Я забылась и подалась вперед, чем привела в действие адский колокол. Раздраженно вдыхаю поглубже, чтобы не заорать.

— Я непочтительно обратись к вашему предку — медленно говорю я, стараясь контролировать каждую мышцу в теле, чтобы ни дай бог не спровоцировать новые «дзынь».

— И как же вы к нему обратились? — герцог вскидывает бровь.

— Я назвала его дедом — признаюсь трагичным полушепотом.

Раздался хохот Лисандра и сдержанный хмык его матери. Герцог встал с места и подошел ко мне, начал обходить меня по кругу рассматривая произведение призрачной мести, горделиво висящее над моей головой.

— Я так понимаю принимать еду вам будет проблематично? — осторожно заключает герцог.

— Почему же? — я удивленно мотаю головой. Дзыньдзыньдзынь. Рейв морщится — Совсем не проблематично — медленно поправляю я, вновь следя за каждым движением — скорее, очень громко.

— Рейв, милый — подает голос женщина — почему бы тебе самому не покормить леди Элиру? Раз уж она твоя избранная и обряд уже пройден, не вижу в этом проблемы. — я стою лицом к Рейву и звенеть мне больше не хочется. Потому лица женщины я не вижу, но в голосе явно звучит провокационная насмешка.

— Мама! — воскликнул герцог на секунду потеряв контроль — я не думаю, что это удачная идея.

Я задумалась. Получается это его мать и родной брат? Этим и объясняются их нежные отношения и внешнее сходство. Смешно, кажется единственными, кто может вывести герцога из замороженного состояния, являются его родственники. Что сварливый предок, что мать со специфическим чувством юмора. Я хмыкаю. Тяжела судьба бедного проклятого герцога.

—Элира, я хотел представить вас друг другу как подобает. Но теперь придется сделать это в ускоренном режиме — герцог смотрит на меня, а затем указывает на своих гостей — Это моя мать Марена и мой младший брат Лисандр — дзыньдзыньдзынь. Я поворачиваюсь к дорогим гостям и пытаюсь изобразить реверанс. Герцог снова морщится от звуков — А это Элира, вероятно моя истинная. — заканчивает герцог.

Марена с Лисандром тепло улыбаются.

—Я думаю наилучшим решением для вас было бы позавтракать в покоях — спокойно продолжает герцог — а потом мы позовем моего вредного де… — на последнем слове герцог снова начинает заводиться, но его прерывает распахнувшаяся дверь.

Бранд собственной персоной вплывает в столовую, сияя как начищенный чайник. В руках он держит поднос, на котором стоит огромная кружка исходящая паром.

—Леди Элира — воодушевлено начинает он —я взял на себя смелость и приготовил кофе по вашему рецепту! Хочу, чтобы вы сняли пробу за завтраком!

Брови герцога вновь взметнулись вверх.

— Какой кофе?? — он снова поворачивается ко мне и кажется его эмоции хлещут через край — Леди Элира, всего два дня! Что еще здесь произошло?

Дзынь.

Если бы кто-то составил книгу рекордов по «самому нелепому утру», мое имя бы точно красовалось на ее страницах. Причём сразу в трёх номинациях:

— «Самое позорное появление за завтраком»,

— «Самое нелепое знакомство»,

— «Самый сбитый с толку герцог».

Сидя в своей комнате, я уныло доедаю свой завтрак под бодрое позвякиванье колокольчика. Этот звук стал уже даже привычным, но все равно медленно сводит с ума как капающая вода в кране. Раздается стук в дверь.

— Войдите! — кричу я, чтобы создавать меньше мелодичного шума.

Уверенной и целеустремленной походкой в комнату врывается Рейв.

— Я вижу с завтраком покончено — сосредоточено говорит герцог, усаживаясь в кресло напротив — а теперь будьте добры, расскажите мне все по порядку.

И я объясняю. Про деда. Про титулы. Про оскорбление. Про «воспитательную коррекцию».

И про колокольчик.

Рейв сидит неподвижно, но я почти ощущаю, как внутри него кипит ледяное негодование. Когда я заканчиваю, он долго молчит. Очень долго. Катастрофически долго.

— Попробуем его убрать, — наконец решается герцог.

Глава 11.

Рейв делает сложный пас рукой – я чувствую вокруг себя какие-то странные вибрации, будто вокруг меня зашевелились все атомы воздуха и начали слитное и целенаправленное движение. Воздух становится ощутимо холоднее. Колокольчик тихо звякнул, дернулся и устремился герцогу прямо в лоб.

— ДЗЫНЬ!!!

Это было не просто «дзынь». Это было «дзынь, получай». Рейв отступает на шаг. Я прикусываю губу, чтобы не рассмеяться. Но кажется глаза меня выдают. Герцог переводит взгляд на меня и сначала его лицо выглядит суровым и сконцентрированным. Но буквально через миг на нем мелькает то же смешливое выражение как и у меня.

— Кхм, ну что ж— Рейв быстро берет себя в руки — будем вызывать.

— Что вызывать? — непонимающе переспрашиваю — головная боль и хроническая неловкость уже на месте. Неужели чего-то не хватает?

— Кого-то не хватает, Элира — с тяжелым вздохом отвечает Рейв.

Герцог закрывает глаза и шумно выдыхает. Воздух дрогнул, и в следующую секунду в центре комнаты – конечно же, театрально, с вращением, всполохами и пафосом - проявляется Ламертин фон Торнвейл Третий.

— А, прекрасно! — тянет призрак, увидев нас. — Обвинение? Порицание? Нагоняй? Жду!

— Убери колокольчик, — выговаривая каждую букву излишне четко произносит герцог.

— Нет, — так же четко отвечает призрак и поправляет полупрозрачный камзол. — Это воспитательная мера.

Я застонала. Дзынь.

— Уважаемый Ламертин, — начинаю осторожно, — может, мы…

— Ты, — прерывает он меня, взмахнув эфемерной рукой, — будешь носить этот символ до тех пор, пока не проявишь надлежащее уважение к предку!