Паулина. Начать сначала - Елена Алеева

— А чаво ты делаешь? — спросила сонная Альма, подойдя ближе к печи.

— Проверяю одну теорию, — наблюдая за кристаллом, произнесла я.

— Что такое теория? — с любопытством спросила Альма, пытаясь заглянуть в котелок.

— Давай-ка я тебе расскажу, пока мы будем мыть тебя и Альба, — ставя на пол корыто, налила в него горячей воды и немного разбавила ее прохладной из ведра.

Я была не уверена, стоит ли посвящать девочку в работу кристаллов. Она ведь еще ребенок, а если расскажет кому? Но, с другой стороны, она будет знать, как ими пользоваться и для чего они нужны.

К тому же, эта тайна, совсем скоро перестанет ею быть, ведь я собираюсь использовать возможности кристаллов на полную. Риск большой, а потому мне в скором времени стоит запастись бОльшим количеством кристаллов. Все я, конечно, из пещеры не вынесу, но какую-то часть припрятать успею.

А то, что ими заинтересуются не только крестьяне, но и кто статусом повыше, в этом я даже не сомневалась. Однако, забрать у меня их не посмеют, ведь пещера находится на землях, которые считаются свободными. То есть не имеют хозяина. Хотя, мне ли не знать, как легко можно перевернуть закон имея деньги и власть.

Как говорится: «Закон, что дышло, куда повернул, туда и вышло»

Пословица старая, но актуальная до сих пор во все времена и в любом мире.

Поэтому мне нужна страховка, а кто ее может дать? Точно! Боярин Местич. Вот только я все еще не знаю, умею ли читать и писать на местном языке. Но, даже не в этом проблема, а в отсутствии письменных принадлежностей. Хотя… А как староста-то отчитывается перед управляющим боярина? Неужели устно?

Нет, так не пойдет. Мне нужна бумага, которая, в случае чего сможет защитить не только меня, но и всех деревенских. Ведь большинство из них в том лесу и дрова рубят и охотятся.

Решено, с утра еще и к старосте сбегаю.

Пока мыла ребетню, посвятила Альму в секрет кристаллов и строго на строго наказала никому об этом не говорить. Девочка согласно кивнула и с удовольствием надев новую рубаху, полезла на печь к брату.

А я перелила оставшуюся воду из ведра в котелок, с лежащим на дне кристаллом и осторожно коснувшись поверхности, довольно улыбнулась. Вода была горячей.

— Эх… И развернусь я! — залезая в корыто, чтобы теперь уж помыться самой, радовалась я.

********

Утро наступило для меня слишком рано, еще даже не рассвело, а я уже была на ногах. Малышня все еще дрыхла на печи, а я уже сгоняла в подпол, насыпала из мешка в плетеный короб пшеничной муки, и в миску немного ржаной, для закваски. Прихватила оставшиеся перепелиные яйца и растительное масло.

На печи уже свернулся творог, на сковороде шкворчали оладьи, а я собирала сливки со свежего, уже успевшего отстояться, молока. Не успела накрыть на стол, ребятня уже была тут, как тут, осматривая с восхищением накрытый стол. Я собрала все кристаллы в доме и подполе и вынесла их на крыльцо, которого уже коснулись первые лучи солнца.

Оладьи зашли на ура, со сметаной, как и творог. Запивая все это парным молоком, чувствовала, как внутри растет удовлетворение и радость, подтверждая, что я иду в верном направлении.

— Альма, я к старосте, а вы выгоните Буренку на луг, — убирая со стола, попросила малышей.

Пока помыла посуду, глядь, а Альма с Альбом снова стоят в старых вещах.

— А вы зачем их надели? — удивленно спросила, разглядывая малышню.

— Так они ж новые, жалко. Испачкаем, — грустно произнесла малышка.

— Испачкаете, постираем. Я для чего их купила? Чтобы они в сундуке пылились? — на мой вопрос, ребятня переглянулась и смущенно улыбнулась.

Я залезла в сундук, достала вещи и заметила бумаги. Взяв в руки тот, что с печатью, пробежалась глазами. Снова и снова… Не может быть! Я все-таки понимаю местную письменность!

Пока малыши переодевались, я несколько раз прочла документ. Отправив детей на луг, сама побежала к старосте.

Добежала до колодца и встала, как вкопанная… А где его дом-то? Огляделась вокруг, никого. Все, наверное, уже в огородах и спросить некого.

— Ладно, была ни была, — подошла к ближайшему дому и схватившись руками за плетень, громко крикнула:

— Есть, кто живой? Хо-зя-я-ева-а-а, ау-у-у-у!

Но мой крик из дома выскочила женщина, я, кажется ее уже видела.

— Чаво орешь, как оглашенная?

— А где дом старосты? — дружелюбно улыбнулась, заметив, что за теткой выбежали на крыльцо пара пацанов.

— Да вона, — кивнула в сторону соседнего дома женщина, и вернулась в дом.

Войдя в калитку, поднялась на крыльцо и постучалась.

— Табе кого? — дверь мне открыла женщина, наверное, жена старосты.

— Ермей нужен. Срочно, — даже головой кивнула.

— Сро-о-о-чно, — недовольно протянула женщина, — Поесть не дадите, все-то у вас срочно. Чаво там такого срочного можа быть, — ворчала она, пока вела в дом.

— О, глянь-ка, Паутинка явилась. Никак за наделом? — за столом вся семья была в сборе.

Во главе стола сидел Ермей, по правую руку от него сидел, судя по всему, старший сын. Крепкий, черноволосый и с неприветливым взглядом. Скорее всего, папенька уже и ему мозги промыл на мой счет.

Рядом с ним сидел еще один паренек, помладше. А по левую руку сидели две девчушки — близняшки, похоже, одного возраста с Альмой.

— Доброго утречка, всем. И за ним тоже. В смысле, за наделом. Разговор у меня к тебе, дядька Ермей.

— Ты не части, трындычиха. Садись-ка лучше с нами. Чем богаты, — пригласил староста за стол.

— Благодарю, покорно, но мы уже откушали-с, — пошутила я, но шутка присутствующим не зашла.

— Хм… забыл, у тебя ведь корова есть, — усмехнулся староста, — Учитесь! — окинул взглядом свое семейство, — Не девка, ураган! А хватка какая…

— Знакомься, Паутинка, это старшой мой Митро. Энтот бездельник — Рико. Это дочьки мои — Рунька и Лунька. А это Славка, хозяйка моя. Так что тама у тебя за дело неотложное?

Глава 17

Глава 17

— Дай-ка угадаю, про купальню поговорить пришла? — как только я опустилась на лавку рядом с девочками, спросил староста.

— Да, купальня тоже нужна, но я бы хотела спросить кто может отремонтировать