Музыкальная шкатулка - Кара Уилсон

Они стояли друг против друга. Мысли проносились в голове Клер с головокружительной скоростью. Ей безумно хотелось залепить Нику пощечину, чтобы сбить это самоуверенное выражение с его красивого надменного лица.

В теплой синеве глаз Ника вспыхивали насмешливые искорки и отблеск чего-то еще, что напомнило ей о том вечере в Новом Орлеане, когда они стояли у двери номера, и она догадывалась, что он хотел поцеловать ее.

Он и сейчас хотел того же. Они оба знали это. Он хотел ее, и она тоже желала этого.

— Почему вы сопротивляетесь, Клер?

Почему она сопротивляется? А действительно, почему? Он предлагает ей все, о чем любая женщина может только мечтать: защиту от невзгод, обеспеченность, детей. Что из того, что он не обещает ей вечной любви? Она нравится ему. Совершенно очевидно, что он хочет ее физически.

И ее тоже влечет к нему, она должна признать это. Ник пробудил в ней женщину. Так почему бы не заключить разумную сделку? Продолжая сопротивляться из принципа, она заставит страдать Китти. Ради чего? Он или другой — не все ли равно, ведь любви можно вообще не дождаться.

Она пожала плечами.

— Я не знаю, — устало сказала она.

Ник взял ее за руку. На этот раз она не стала вырывать ее и позволила ему проводить себя в дальний угол кабинета, где стоял низкий кофейный столик и два небольших дивана. Клер села на один из них, Ник — на другой.

Несколько мгновений он молча смотрел на нее, затем наклонился вперед и спросил:

— Клер, вы можете ответить на несколько моих вопросов?

— Это зависит от того, что вы хотите узнать.

— Хорошо. — Уголки его губ дрогнули в легкой улыбке. — Вопрос первый: если бы я не предложил вам выйти за меня замуж, что бы вы думали обо мне?

— Я… я не вполне понимаю, что вы имеете в виду.

— Каково было бы ваше отношение ко мне? Был бы я вам противен? Чувствовали бы вы неприязнь ко мне?

— Нет. — Она покачала головой. — Нет. Я… — Она замолчала, поймав взгляд его глаз. Таких голубых. Таких завораживающих.

— Ну? — мягко подтолкнул он ее.

— Я… я не чувствую к вам неприязни.

— Вы испытываете ко мне уважение?

— Я уважала вас до того, как началось все это.

— Вам нравилось проводить время со мной?

— Да. В основном да.

— Итак, если бы я, не упоминая о браке, пригласил бы вас куда-нибудь, вы бы пошли? — Их глаза снова встретились. Часы пробили половину одиннадцатого. Их звон совпал с ударом сердца Клер. — Вы бы пошли со мной? — повторил он вопрос.

— Да.

— Мне тоже нравится быть с вами, — тихо сказал Ник. — Я думаю, мы были бы хорошей парой.

Клер облизнула губы. Он следил за ней, словно ворон за добычей. Она сделала глубокий вдох. Время, казалось, остановилось в ожидании.

— Хорошо. Я выйду за вас замуж.

Глаза Ника вспыхнули триумфом. Клер задрожала, понимая, что пути назад нет. Страх и волнение сжали горло. Господи, что она наделала, что наделала…

Довольно улыбнувшись, Ник встал и подошел к своему столу. Он открыл замок верхнего ящика, вынул что-то и торжественно вручил ей маленькую бархатную коробочку.

Клер, как в тумане, открыла крышку и замерла. На белом атласе покоился огромный бриллиант. Сердце замерло у нее в груди. Неужели он был так уверен, что она скажет «да»?! Клер хотела рассердиться, но поняла, что это глупо. Уверенность Ника в себе как раз и оказалась тем качеством, которое сделало его тем, кем он стал: мужчиной, который умеет добиваться успеха. Мужчиной, который будет заботиться о ней и о ее матери. Мужчиной, который предложил ей разделить его жизнь, его дом и его судьбу. Мужчиной, который был честен с ней.

Она молча поднялась. Ник взял коробочку из ее рук, вынул кольцо и надел его ей на палец левой руки. Даже это легкое прикосновение вызвало в ней трепет.

Клер посмотрела на бриллиант, сверкающий на ее пальчике.

— Я не ожидала…

— Знаю. Если бы ты догадывалась, мне не доставило бы такого удовольствия подарить его тебе. — И прежде чем она успела что-либо сказать, Ник наклонился и поцеловал ее.

Все закружилось и поплыло вокруг Клер, как на карусели, когда она оказалась в его объятиях.

Руки Ника все крепче сжимали ее, сквозь тонкий шелк платья она чувствовала их обжигающее тепло. Наконец он прервал поцелуй и сказал вполголоса:

— Ты не пожалеешь, дорогая. Я обещаю.

На следующий день в семь утра Клер позвонила Рите.

— Ты мне очень нужна, — сказала она. — Приезжай, мне надо поговорить с тобой.

— Ты с ума сошла! Я еще сплю.

— Рита, пожалуйста!

В трубке раздался тяжелый вздох.