На тебе греха не будет... - Татьяна Голубева

Илона вновь унеслась в мечтах к собственному кафе… нет, маленькому ресторану с изысканной кухней, Такому, в котором столики заказывают как минимум за месяц, где порция самого скромного салата будет стоить не меньше тридцати долларов… нет, пятидесяти. А порция французского сыра — зеленых, не меньше. Ну конечно, это будут действительно дорогие деликатесные сорта, но никаких «Эпуас Шабли» или «Лангр Пэнье»… Илона хихикнула. Ее как-то пытались угощать этими сырами в одной из артистических компаний. Этот самый «эпуас-папуас» вонял просто-напросто натуральным навозом, а от «Лангра» несло и того хуже — старыми носками… В гробу она видала такие изыски! И без них хорошо… Да она сумеет составить такие меню, что самые утонченные гурманы ахнут от изумления… И вот она уже снова едет в роскошном белом лимузине, и почтительный шофер в форменной фуражке, в куртке с блестящими пуговицами распахивает перед ней дверцу…

Илона внезапно остановилась, ушибленная новой мыслью.

Статуэтки затанцевали перед ее глазами, закружились в хороводе, запрыгали с места на место… как на старом бабушкином комоде. Они ведь менялись там: одни исчезали, другие возникали из небытия, чтобы снова в него кануть… Лишь те, которые Илона собственноручно отмыла и поставила в горку, пребывали в неподвижности. Их Нерадов почему-то не трогал. Может быть, рассчитывал, что Илона ничего не заметит? Ну, в общем-то он не ошибался в своих расчетах. Илона была слишком рассеянна и слишком поглощена собственными мечтаниями… Однако заметила же! И тут же забыла.

Остановив маршрутку, шедшую к площади Репина, Илона поехала домой.

Когда, крепко прижимая к себе сумку с фарфоровой девочкой, она вошла в квартиру, то обнаружила, что Толян уже вернулся. Он вышел ей навстречу в прихожую, улыбающийся, явно довольный жизнью.

— Привет, детка! — Он наклонился и поцеловал ее в щеку. — Что это ты так вцепилась в сумку? Купила что-нибудь необыкновенное?

— Нет… не купила, — растерянно пробормотала Илона, проходя в комнату. — Нет… Толик, я ездила в антикварный магазин, показала одну фигурку…

— Что?! — вскрикнул Толян, изменившись в лице. — Какую фигурку?!

Он резким движением вырвал из рук Илоны сумку и дернул замочек «молнии». В следующее мгновение девочка с букетом полевых цветов уже была в его руке, и при виде ее Толян вздохнул с явным облегчением. Илона следила за Нерадовым со все возрастающим недоумением. Из-за чего это он так перепугался? Из-за того, что фигурка безумно дорого стоит, подумал, что Илона могла ее разбить по дороге? Да, наверное, в этом причина. Но она ведь не идиотка, почему бы она вдруг расколотила девочку? Впрочем, от случайностей «никто в этом мире не застрахован. На нее мог налететь какой-нибудь пьяный дурак или мальчишка на роликовых коньках, да мало ли что могло случиться! Споткнулась бы — и пропали денежки! Конечно, если бы Илона хоть отчасти догадывалась о стоимости малышки, она ни за что не потащилась бы с ней в такую даль. Вообще не стала бы к ней прикасаться. На всякий случай.

— Толик, я ведь не думала, что она такая дорогая, — виноватым голосом произнесла Илона. — Мне сказали, что за нее могут дать восемьсот… Нет, это в продажу. Ну, около пятисот долларов. Извини, ну честное слово, мне и в голову не приходило! Я больше ни до одной из этих штуковин вообще не дотронусь, обещаю!

— Это самые разумные слова, какие я только слышал от тебя за все время нашего знакомства, — улыбнулся уже успокоившийся Толян. — Ладно, забудем. Но тебе повезло, ты наткнулась на честного антиквара.

— Это была женщина, — Илона. — красивая блондинка с синими глазами. Просто чудо, как хороша!

— Блондинка с синими глазами? — задумчиво повторил Толян. — А где этот магазин?

Илона назвала адрес. Толян немного подумал и решил, что с этой дамой никогда не встречался. Они немножко поговорили о том, что надо бы в конце концов заняться бабушкиными сокровищами, а потом Илона занялась ужином (жареная телятина под майонезом, салат с маринованными осьминогами, пирог с виноградом). Они пили шампанское и виски, вперемешку с примитивной русской водкой, и Илона снова забыла обо всем.