На тебе греха не будет... - Татьяна Голубева

Надолго денег не хватило, потому что, горюя о своей девочке, ударился Карпов в долгий и тяжкий запой, а когда очнулся после многодневной пьянки, ни копейки в своих карманах не обнаружил. Но он не стал об этом жалеть. Чего уж тут… Деньги — они как вода, текут между пальцами, все равно не удержишь. Да и незачем их удерживать, богатым ему все равно не стать.

И жизнь Карпова вернулась в прежнее русло, только теперь стало еще тоскливее, чем прежде, дни тянулись унылые, наполненные воспоминаниями…

— Ну что я ей плохого сделал? Уж так о ней заботился — и стирал, и покушать всегда готовил, — бормотал Алексей Алексеевич, бесцельно бродя по квартире, и горькая обида слышалась в его скрипучем голосе. — И зачем так уходить? Могла бы и сказать хоть словечко, нет, молча сбежала, как будто вор какой… Нет, не понимаю я этого, не понимаю…

Так прошла зима, и вот уже понемногу стало пригревать мартовское солнышко, дни стали длинными, а ночи короткими, и Алексей Алексеевич тосковал все сильнее и сильнее…

Карпов тащился по бульвару, то и дело присаживаясь отдохнуть то на одну скамейку, то на другую. Бутылок сегодня — хоть завались, удачный день… И зима кончается, вот и хорошо, пережил холода, а теперь-то чего, лето скоро… И не мерз он этой зимой, девочкины свитерки носил, теплые, пушистые… Ну, заносил, конечно, а были-то совсем новенькие… И курточку ее зимнюю носил, в которой она с почтой ходила, курточка старенькая, но уж так хороша! И не продувает ее, и не промокает она… А девочка-то, если вернется, авось не рассердится, поймет ведь, что ему тоже теплая одежда нужна… Вот только спина болит с каждым днем все сильнее, и ноги почти не слушаются… «И куда же ты пропала, девочка, вернулась бы, что ли… Конечно, зачем тебе старый инвалид, тебе молодой мужик нужен, чтобы в постельке тебя позабавил… Ну а вдруг он тебя обижать начнет? Приходи ко мне тогда, Илоночка, девочка моя… Ну хоть бы ты вернулась… Уж я для тебя все сделаю, красавица, вернись, пожалуйста», — бормотал себе под нос Карпов, с трудом переставляя ноги.

Уж помереть бы скорее, что ли… И до чего же он устал от жизни!