Фундамент для сумасшедшего дома - Синтия Хартвик

Марси время от времени бросала на меня озабоченные взгляды и что-то говорила одному из симпатичных парней на ухо. Тот бросал на меня оценивающий взгляд и спустя какое-то время направлялся ко мне. Глядя, как он идет ко мне в костюме от Версаче, как с обложки модного журнала, я чувствовала себя диким зверьком, на которого объявлена охота. Разговор всегда шел по одной и той же схеме: голосом диктора молодой человек представлялся мне Риком Брендоном или Брендом Риком, а затем после пары фраз о погоде всегда следовало одно и то же.

– Ну, Софи, могу я называть вас так? Марси говорила, что вы с ней были подругами с детства, пока не разъехались в разные университеты?

– Точно. Мы со стариной Марси дружим с детства, – выдавливала из себя я, чувствуя себя ледяной скульптурой.

Здорово! И уже тогда обе мечтали стать юристами! А я работаю на бирже. Брокером, – говорил дальше молодой человек, озираясь вокруг в поисках спасения. – Как насчет того, чтобы как-нибудь выбраться вместе перекусить?

И вместо того, чтобы мило улыбнуться и ответить: «С удовольствием, встретимся как-нибудь», я кивала и с готовностью вставала с места. Бедному парню приходилось вести меня в какой-нибудь ресторан неподалеку. Иногда мне казалось, что от меня таким образом избавляются, чтобы я не портила всей компании веселья. В ресторане беседа шла тоже по одинаковой схеме.

– Итак, Софи, где вы работаете? В одной из крупных юридических фирм в городе?

– Нет, просто в небольшой конторе и в маленьком инвестиционном клубе.

– Вы имеете в виду какой-нибудь клуб медиков или банкиров? – из вежливости спрашивал молодой человек после небольшого молчания.

– На самом деле в нем четыре домохозяйки, дамский парикмахер и две библиотекарши, – честно признавалась я.

– Семь маленьких пожилых леди? – следовало после долгого молчания. – Здорово. Послушайте, Софи, мне надо срочно позвонить, простите. Прошу вас, посидите одна, я скоро вернусь, – говорили мне. – Официант, еще один чай со льдом для моей спутницы.

Это было ужасно. Всего пятнадцать минут свидания, и от меня сбегали самым настоящим образом. Когда он возвращался, я делала то, что они хотели больше всего на свете.

– Ладно, Брендон, хватит обо мне. Расскажите лучше о вашей работе! – говорила я.

– Я работаю для небольшой группы частных инвесторов, – следовало в ответ.

Фактически, это были мои же слова, но говорилось это таким важным и загадочным тоном, что можно было подумать, что он работает на Рокфеллера или Билла Гейтса.

– Звучит достаточно интересно, – поддакивала я.

– Ох, не знаю, – скромничали в ответ. – Просто солидные старые семьи с деньгами.

И это было правдой. Все они были из старинных богатых семей.

– Довольно прибыльная работа, я думаю, – говорила я.

– Вы никогда не поверили бы, насколько, – уклончиво отвечали мне обычно.

Я верила, и никто из них не смог бы догадаться, сколько уже денег на счету у моих инвесторов и у меня лично.

– Ладно, хватит о делах. А что, если после обеда мы заедем ко мне? У меня новая стереосистема и много новых дисков. Послушаем музыку и потанцуем?

Иногда я соглашалась. Иногда это даже было волнующим. Однажды мне даже понравился один парень. Мы встречались с ним шесть недель, после чего он объявил, что едет в Лос-Анджелес к своей бывшей возлюбленной.

Но чаще это было скучно. Лучше бы я провела вечер одна дома с книгой. Иногда интереснее представлять в воображении достоинства своего поклонника, чем встречаться с кем-нибудь наяву.