Нити судьбы - Анастасия Эльберг

— Это она?

— Вообще, Демон Реки не имеет пола, но я склонна думать, что это женщина. По крайней мере, в легендах ее поведение ассоциируется с женским. У меня есть книга легенд и мифов, мне подарили ее в честь одного городского праздника. Коллекционное издание, очень редкое — было выпущено только пятьдесят экземпляров. Хочешь, покажу?

— Почему бы и нет? Закончим наш вечер скромно и интеллигентно — будем читать друг другу вслух легенды и есть пиццу. По-моему, неплохой расклад.

Ванесса

— Я закажу себе что-нибудь. Я голодна как волк! — Джессика подняла глаза от меню и посмотрела на меня. — Ты хочешь есть?

Я безмолвно покачала головой, туша очередную сигарету в пепельнице. Эту, как и предыдущие, я докурила только до середины. Потом подождала несколько секунд и снова открыла пачку. Джессика, заметив это, поджала губы.

— Не слишком ли много ты куришь? — спросила она у меня.

— Докуриваю только до половины, ты ведь видишь.

Джессика отложила меню. Я нетерпеливо кивнула в направлении официанта, который курсировал между столиками открытого кафе с блокнотом наготове.

— Заказывай, — предложила я. — Я не голодна. Выпью воды.

— Да что с тобой происходит, ты можешь мне объяснить?

— Поездка меня утомила. Ненавижу поезда. Надо было ехать на машине.

— Ты уже пару дней сама не своя. Почти не разговариваешь, только «спасибо», «пожалуйста», «привет» и «пока». И ни разу не прикоснулась ко мне.

Я подвернула рукава блузки и положила локти на стол. Джессика продолжала изучающе смотреть на меня и ждала ответа.

— У меня выдалась тяжелая неделя, так что праздник будет как нельзя кстати.

— Это из-за меня, правда?

Моей первой мыслью было сказать «разумеется, это не ты», но в последний момент я передумала и ответила ей иначе:

— Да. Но, скорее, из-за меня, а не из-за тебя.

Джессика перебирала в пальцах белоснежную салфетку.

— Что ты имеешь в виду? — спросила она, наконец.

— Слишком долгим будет мое объяснение — не хочу даже начинать. Ты знаешь, это на самом деле нездоровые отношения. Если они, эти отношения, вообще существуют.

Джессика нахмурилась.

— О чем ты?

— Обо всем. — Я сделала неопределенный жест рукой. — Сколько это может продолжаться? Неделю? Две недели? Полгода? Год? Ты не заменишь мне Карлу, как бы я ни старалась себя убедить в том, что ты — это она. Сейчас для тебя все эти ощущения в новинку, но тебе это быстро надоест, и ты отправишься на поиски очередных приключений. Новые ощущения. Ты ведь так их любишь. А я останусь ни с чем. Как всегда.

Вид у Джессики был такой, будто ее внезапно облили ледяной водой, но не подали полотенце.

— Ванесса… — начала она и осеклась. — Я, конечно, понимаю, о чем ты говоришь…

— Не думаю. Но это только к лучшему.

— Я понимаю, о чем ты говоришь, просто я не думала, что ты воспринимаешь это так серьезно. То есть, я, конечно, догадывалась, но мне казалось, что… ладно, не важно, зачем сейчас об этом говорить. — Она отложила салфетку. — Я тебя понимаю. И, мне кажется, есть отличный выход из ситуации. Я уеду.

Я подняла голову.

— И куда же ты уедешь? Квартиру тебе не найти, по крайней мере, в ближайшие два месяца точно. Где ты будешь жить? У Вивиана? У Адама? У Колетт?

— Нет. Я перееду сюда. В Треверберг.

Подошедший официант осведомился, не желаем ли мы что-то заказать, и Джессика отослала его жестом.

— Тебе так понравился город? — поинтересовалась я.

— Я жила здесь до того, как переехала в Штаты. — Джессика помолчала. — После фотосессии — тогда, когда я не смогла прийти в клуб — мы поехали погулять, нас пригласили на вечеринку. Я встретила там Кристофера. Мы разговорились, оказывается, он часто бывает в Мирквуде… — Она посмотрела на меня. — Это мой бывший любовник.

— Тот самый, от которого ты уехала в Штаты. Да, я помню.

— Он живет в Треверберге. Теперь у него свой бизнес, картинная галерея в старой части города. В общем… если не ходить вокруг да около, мы поговорили, и я решила — а почему бы мне не дать ему еще один шанс?

Я сделала последнюю затяжку, и сигарета отправилась в пепельницу.

— Он изменился! — с жаром продолжала Джессика. — Он стал другим… совсем другим. Люди меняются. Редко… но такое бывает.

— Ты на самом деле в это веришь?

Она потупилась и снова взяла измятую салфетку.

— Если честно, не очень… но что мешает мне дать ему еще одну возможность? Я ничего не теряю. У меня есть работа, и деньги у меня есть. Что ты об этом думаешь?

— Я думаю, что ты потерпишь неудачу. Но попытаться стоит в любом случае.

Джессика снова подняла на меня глаза. Сейчас она больше всего была похожа на испуганного ребенка, который рассказал кому-то из родителей о проделке, а теперь ждет наказания. Я протянула руку, прикоснулась к ее пальцам и осторожно сжала их.

— Ты молода, — сказала я. — Твой мир перевернется еще не раз. Делай то, что считаешь нужным — то, что подсказывает тебе сердце. Даже если ты ошибешься, ты будешь знать, что не шла против себя.

Она сжала мои пальцы в ответ и улыбнулась.

— Спасибо. Значит, ты не расстроилась? Я буду звонить… и писать. И еще я заведу кошку! Я давно об этом мечтала… а сегодня мы повеселимся вовсю

Вивиан

Для конца апреля ночь выдалась теплой, даже душной: привезенный мной свитер остался в сумке, и я отправился гулять в легкой рубашке. Изольда по случаю хорошей погоды облачилась в платье без рукавов, но поверх него предусмотрительно накинула жакет. В последний момент мы решили, что будет глупо променять такой прекрасный вечер на душный клуб, пусть и с изысканными развлечениями, и отправились на прогулку по старой части города.

Мы сделали небольшой круг по городу и вышли к реке, где в такой день и в такой час, конечно же, гуляла целая толпа народа.

— Найдем место потише, — предложила Изольда. — Тут есть замечательный парк.

Если на входе в парк фонари ярко освещали дорожки, то в его глубине света не было совсем. Тишину нарушал разве что приглушенный смех горожан, но он доносился издалека и, казалось, принадлежал к другой реальности. В сердце парка было сумрачно и тихо. Скамеек тут, впрочем, тоже не было, и мы с Изольдой опустились на траву.

— Ну что, как тебе здесь?

Она лежала, подложив руки под голову, и смотрела на меня. Постепенно мои глаза привыкли к темноте, и я заметил, что она улыбается.

— Очень здорово. Жаль, что я так и не придумал костюм.