Такой желанный... враг - Кэтрин Гарбера

Детский плач заставил Джесси подскочить от неожиданности. Она лежала в постели в объятиях Алана. Мгновение она не могла понять, где находится, но инстинкт заставил ее тут же вскочить, схватить первый попавшийся под руку предмет одежды — им оказалась рубашка Алана — и побежать по направлению к детской.

Алан поспешил за ней.

Когда они забежали в детскую, в полутемном помещении Хана лежала на спине и заливалась плачем. Они одновременно потянулись за ребенком, но Алан позволил Джесси взять ее на руки первой.

Она прижала малышку к себе и беспомощно посмотрела на Алана:

— Как ты думаешь, чего ей не хватает?

— Думаю, она хочет есть. Я пойду подогрею смесь, а ты пока поменяй подгузник, — сказал Алан.

Он вышел прежде, чем она успела ответить. Джесси положила Хану на пеленальный стол и сменила подгузник. Как так получилось, что он знает о детях больше, чем она сама?

Она знала, что он не ездил к их друзьям после того, как родилась Хана. Они оба прилетели в Северную Каролину в день рождения Ханы. Джесси прекрасно помнила, как они смотрели друг на друга в холле гостиницы, пока ждали новостей о Хане. Они почти обнялись, но рядом стоял Джон, и им стало неудобно.

В тот момент, объединенные общей радостью, они почти примирились. А потом они держали маленькую Хану. И поздравляли своих друзей…

Хана все еще плакала, и Джесси наклонилась к ребенку. Она замурлыкала мелодию, которую слышала в мобиле над кроваткой малышки, на ходу придумывая слова.

— Перестань плакать, малышка Хана. Скоро Алан принесет бутылочку, и ты заснешь.

— А вот и я, — произнес Алан, заходя в комнату. — Я проверил температуру, капнув на запястье. Теперь я уверен, что все нормально.

— Огромное спасибо, — кивнула Джесси. — Я даже не задумалась, что смесь может быть слишком горячей.

Он пожал плечами:

— Хочешь, я покормлю?

— Можешь покормить, — сказала она.

Алан подошел и протянул бутылочку Хане. Стоя рядом с Джесси, он наблюдал, как малышка жадно глотает молоко. Она приподняла ладошки и взяла Алана за палец.

Они оба внимательно смотрели на Хану, и на Джесси с новой силой обрушилась тяжесть потери.

— Вот так они стояли и смотрели на нее, — пробормотала она.

— Я думал о том же, — кивнул Алан. — Это несправедливо. Мы здесь, а их нет.

Джесси была согласна. Она не хотела умирать, но было непонятно, почему погибли Пэтти и Джон, когда у них было столько всего впереди. Джесси дотронулась до щеки Ханы. Ее глаза уже были закрыты, пока она продолжала сосать.

— Она такая милая, — нежно произнесла Джесси. — Я всегда буду защищать ее.

— Я тоже, — пообещал Алан.

— Ты говоришь серьезно.

— Конечно. Я дал слово, что буду заботиться о ней.

— Иногда девочкам нужны вещи, которых мужчины понять не могут, — прокомментировала Джесси.

Он посмотрел на нее, и Джесси слишком поздно поняла, что раскрыла перед ним то, что раскрывать было нельзя.

— Поэтому ты такая колкая?

Джесси слегка улыбнулась:

— Нет, я не такая. Я просто понимаю, что я в этом мире одна, никто не защитит меня. А я хочу, чтобы маленькая Хана знала: я всегда встану на ее сторону, что бы ни случилось.

— А от чего защищаешься ты?

— От всего. Еще я большая спорщица, как ты заметил.

— Как твой отец?

— И мой дед. Они оба считали, что знают, как именно должны себя вести женщины семейства Чендлер.