Паруса любви - Дженни Адамс

Ее сердце взволнованно забилось. Робкая, неуверенная надежда зародилась в ее душе. Неужели произошло чудо, и Зак влюбился в нее? Впрочем, смешно верить в такую возможность. Вчера, когда Дэниэл в машине стал забрасывать ее вопросами, Зак не вмешался в их разговор, и еще неизвестно, почему: то ли не захотел ее смущать, то ли… ему были просто неинтересны подробности ее жизни. Разумеется, ей вчера повезло, и обстоятельства сложились таким образом, что до каких-либо признаний дело просто не дошло. Но сегодня Зак ни словом не обмолвился о том, что ему известно о ней.

Известно о ней… повторила она про себя. Интересно, а что конкретно ему стало известно о ней в результате единственного разговора, который состоялся между ним и Марком? Она ведь отсутствовала не больше пяти минут, а Марк вошел в кабинет не сразу после ее ухода. Но сколько времени они там пробыли вдвоем? Минуты две-три, не более… Как говорится, у страха глаза велики, и она все преувеличивает; вполне может статься, что Марк не успел сообщить ему ничего важного. Но как тогда объяснить выражение вины и отчаяния на лице Марка? Как объяснить его искренние извинения? Вчера у нее не нашлось ни физических, ни душевных сил позвонить своему врачу и другу и выяснить, о чем он все-таки успел сообщить Заку. Да и, сказать по правде, ей это просто не пришло в голову. А жаль, ей бы сегодня не пришлось мучиться.

Лили тихо вздохнула. За что ей такое наказание? Сначала Зак лишил ее покоя, а вот теперь ей приходится отправляться в город, в котором родилась и который была вынуждена покинуть. Похоже, в ее жизни наступила пресловутая черная полоса. Но где же тогда затерялась белая? Потому что вот уже более года ее жизнь протекает в неизменных мрачных тонах. И сколько ей осталось ждать хоть капельку счастья — одному лишь Богу известно!

В общем, если уж не везет, то по-крупному.

— Лили? Лили Келловей? Вот это да! Ты вернулась? А Дороти сказала, что ты за границей и, когда вернешься, никто не знает.

В возгласе прозвучало такое искреннее удивление, что голова Зака сама собой повернулась в сторону, откуда раздался женский голос.

В небольшом аэропорту Элбори-Вогонды было немноголюдно, и не услышать голос, раздавшийся в нескольких шагах от них, было совершенно невозможно.

Лили беззвучно выдохнула. Ах, как было бы чудесно хотя бы на минуту стать глухой и немой!

Она мысленно перекрестилась и обернулась.

— Мишель, здравствуй!

Какое счастье, что ей удалось вложить в свой голос столько радости и энтузиазма, что вряд ли кто-нибудь догадается об ее истинных чувствах! А у нее, оказывается, имеются актерские способности!

Мишель распахнула объятья и звучно поцеловала воздух у ее щеки.

Заметив острый, заинтересованный взгляд Зака, Лили вся похолодела. Ну надо же было такому случиться! Едва они ступили на землю Элбори-Вогонды, как сразу нашлась ее знакомая. И что теперь ей говорить Заку? Придумывать какую-нибудь легенду? Однако вряд ли он поверит пусть даже в самую хитроумную ложь, ведь фраза «Ты вернулась?» свидетельствует о многом. Ладно, будем надеяться, что он проявит несвойственную ему деликатность: в конце концов, они не муж и жена, чтобы выяснять отношения. Какая ему разница, с кем она целуется в аэропорту? Она не обязана ни перед кем отчитываться!

— Этот мужчина с тобой? И кем он тебе приходится? — молодящаяся Мишель Лэмпард кокетливо скосила глаза в сторону Закари Свифта.

Пока Лили лихорадочно раздумывала, как бы поточнее ответить на ее вопрос, Зак представился сам:

— Меня зовут Закари Свифт. Мы с Лили работаем вместе. По временному соглашению.

— О-о, как мило, — с придыханием произнесла Мишель и тоненько рассмеялась. — Я всегда считала, что у нашей малютки Лили несомненный талант, который рано или поздно обязательно проявится. Знаете ли, я была так шокирована и огорчена, когда ей пришлось уйти из университета за год до получения степени, — прощебетала Мишель, не замечая выражение отчаяния, которое появилось в глазах Лили. — Да она настоящий самородок, но это, к сожалению, не каждый понимает.

— Вы совершенно правы, — склонил голову Зак. — И я лично убедился в ее дарованиях. Лили самый лучший секретарь, который у меня когда-либо был. Хотя если быть до конца объективным, — после небольшой паузы добавил он, — в эту категорию стоит занести и мою предыдущую помощницу Мэдди. Скажем так: с ними обеими мне несказанно повезло, так как обе — самые лучшие секретари, о которых каждый руководитель может только мечтать.

Недоуменно округлившиеся карие глаза Мишель подсказали ему, что, как он и предполагал, по мнению его собеседницы, речь шла вовсе не об умении печатать и стенографировать. Вот только о чем? Хотя, впрочем, глядя на стоявшую перед ними девицу, легко было догадаться, о чем она думает.

Через несколько секунд объявили посадку на рейс до Мельбурна. К великой досаде Зака, Мишель заторопилась и больше к интересующей его теме не возвращалась.

— Все, Подруга, мне пора, иначе опоздаю. Ужасно рада была тебя увидеть! Надеюсь, мы с тобой еще встретимся, тогда и наговоримся всласть! О, вы обязательно понравитесь Дороти, дорогой, — пропела Мишель, повернувшись к Заку, и довольно рассмеялась, когда тот почтительно поцеловал ей руку.

Следующие слова Мишель застали его в не самой удобной позе — он как раз выпрямлялся, — и слава богу, что так вышло, иначе ему было бы гораздо сложнее собраться с мыслями и натянуть на лицо невозмутимую маску: то, что она сказала, прозвучало для него как гром среди ясного неба.

— Теперь понятно, почему Дороти вчера приснился вокзал. Оказывается, ее дочка приехала! Ну, ладно, мне пора. Как хорошо, что я успела с тобой увидеться! — прощебетала Мишель и напоследок коротко бросила ему: — Приятно было с вами познакомиться, дорогой Закари Свифт!

Зак пробурчал в ответ что-то не слишком вежливое, но Мишель, к счастью, его больше не слушала. А он с трудом сдерживал вопросы, которые готовы были хлынуть из него рекой.

Зак сжал зубы и поклялся себе, что до отеля не произнесет ни слова.

Когда они разместились в небольшой, но очень уютной гостинице, Зак быстро проверил по справочнику и убедился, что совсем неподалеку от гостиницы проживают Дороти и Карл Келловей. Родители Лили? Но почему тогда она умолчала о таком важном факте? Не считает нужным делиться с ним своими переживаниями? Похоже, пора ему вмешаться!

Не раздумывая больше ни секунды, он вышел из номера и остановился у двери, расположенной напротив.

Лили не стала распаковывать чемодан. Сидя в кресле, она смотрела на дверь номера и гадала, когда объявится Зак и что ей ждать от этого неминуемого визита.

Две минуты десять секунд, отметила она, посмотрев на часы, когда раздался стук. И даже не надо ломать себе голову над тем, чего ей следует ждать от своего гостя: сейчас начнутся вопросы, вопросы и еще раз вопросы… Иначе он не стал бы так спешить, а тут ясно видно — невтерпеж! Да, время покладистого и скромного Зака закончилось, так и не успев начаться. Хотя бы в этом она не ошиблась. Только пусть ее босс не надеется, что она все добровольно ему расскажет!