Рассыпала снег ночь - Екатерина Флат

Парень в униформе снял коробку с брюнеткой и, несмотря на то что она была не меньше его самого размером, легко, как пушинку, понес за Максимом по направлению к кассе. Девушка на прощанье помахала мне и горделиво произнесла:

— Продавать себя тоже надо уметь.

Я в отчаянии заколотила кулаками по прозрачной преграде и закричала:

— Максим! Не уходи! Не оставляй меня здесь!

Но сквозь упаковку все слова преобразовывались в металлически скрипучее: «Купи меня! Купи меня! Купи меня!»…

В преддверии сессии нормальным студентам было не до смеха. Я же чувствовала себя спокойно. Большинство оценок за экзамены я получила автоматом. Единственное, что оставалось, сдать пару зачетов и курсовик. Так что, если все остальные носились по универу с вытаращенными в грядущей панике глазами, то я не волновалась вообще. В библиотеке под предлогом, что делаю курсовую работу, побродила по просторам Интернета. Результат оказался не особо утешительным. Билеты на поезд, датируемые тридцать первым декабря, действительно стоили в два раза дешевле обычного. Но и то моей стипендии было недостаточно. В любом случае до этого еще чуть больше двух недель было. Хватит времени, чтобы все толком обдумать.

Иры дома не оказалась. Но заскучать в гордом одиночестве мне было не суждено — пришел Максим.

— Ты что тут делаешь? — я демонстративно нахмурилась, подавив нелепое желание расплыться в радостной улыбке.

— А я-то думал, чего мне со вчерашнего дня так не хватает, — Максим засмеялся, — оказывается, твоих ласковых слов.

Он вручил мне бесформенный бумажный сверток, который держал в руках, снял куртку, разулся и прошел в комнату.

— Что там? — с подозрением спросила я, положив сверток на стол.

— Открой и посмотри, — Макс бесцеремонно уселся на мою кровать.

— Если это очередная попытка меня подкупить, то… — я резко замолчала, позабыв все слова.

Бережно завернутые в мягкую бумагу подснежники в первое мгновение показались мне ненастоящими. Я робко коснулась пальцами белоснежных лепестков, не веря в их материальность.

— Они, конечно, не те, что растут на облаках, — судя по голосу, Максим был очень доволен произведенным эффектом, — но зато и снегом не сыпят.

— Где ты умудрился их достать? — прошептала я, осторожно взяв в руки один из цветов. Хотелось плакать, сама не знаю почему.

— Известно где, — он встал и подошел ко мне. — Взял корзинку, пошел в лес. Смотрю, на поляне двенадцать мужиков возле костра. Они мне: «Максим! Здорово! Чего тебя в лес-то занесло?» А я: «Да вот, девушка мне одна очень нравится, несмотря на то что вбила себе в голову всякие глупости и элементарного не замечает. Хочу ей чудо подарить». Они пошушукались между собой и говорят: «Хороший ты парень, Максим, грех такому не помочь». Ну и наколдовали поляну подснежников. Там, правда, еще и земляника была, но ты уж извини, я ее съел.

— Как ты мог? Я теперь тебя никогда не прощу! — я засмеялась.

— Я буду очень стараться, чтобы заслужить твое прощение, — Максим обнял меня и ласково коснулся губами щеки.

Я замерла, изумленно понимая, что не могу его оттолкнуть. Так хорошо с ним рядом и… Блаженные мысли резко пресекло испуганное осознание, что а вдруг это просто часть его «покупательского» замысла и я готова вот-вот попасть в расставленные им сети, сама того не замечая. Едва не взвыв от разочарования, я отстранилась от Максима. Стараясь на него не смотреть, поставила подснежники в литровую банку, которая героически взяла на себя роль вазы. Наверное, надо было заявить, что ничего мне от него не надо, но отдать цветы у меня бы рука не поднялась. Я всячески себя мысленно корила за эту слабость, но дальше укоров дело не шло.

— Раз уж с лирической частью покончено, — усмехнулся следящий за мной взглядом Максим, — то можно уже и к делу перейти.

— Это к какому? — с деланным равнодушием поинтересовалась я.

— У меня к тебе взаимовыгодное предложение.