Любовный дурман - Элизабет Хой

В течение следующих двух недель ничего примечательного не происходило. Каждое утро ровно в восемь часов семья Уоррендер усаживалась за круглый стол на веранде и пила кофе. Первым обычно уходил профессор с «дипломатом», набитым планами и диаграммами.

Чуть позже приезжал «кадиллак» за Фионой. Элисон садилась с ней в машину и выходила у больницы. За рулем всегда был шофер-араб. Элисон радовалась, что не Пол. Как далеко зашло увлечение Фионы? Элисон была слишком занята своими делами, чтобы думать о судьбе младшей сестры, но ей казалось, что съемки слишком затягивались. День за днем Фиона пропадала на площадке. Неужели она болтается в баре отеля «Ридженс»? Но пока сестру окружают другие участники съемочной группы, она в безопасности, утешала себя Элисон.

Стоило ей один раз завести разговор на эту тему, как Фиона тут же замкнулась.

– Вы все еще снимаете? – спросила Элисон как-то утром, пока они ждали машину. – Мне кажется, это уже длится лет сто.

– Естественно, – отрезала Фиона. – Ты ничего не знаешь о съемках. Во-первых, мне надо было привыкнуть к лошади. Горячий арабский скакун – это не то что старая толстая Дора…

. – Ну конечно, – согласилась Элисон. – Мне хотелось бы как-нибудь побывать на съемках. Должно быть, зрелище удивительное.

– Пол не терпит посторонних во время работы. И потом, мы снимаем в пустыне.

– Но не все же время? Иногда ты ночью приходишь домой.

– Потому что Пол хочет, чтобы я смотрела отснятый материал.

Это вполне логичное объяснение не убедило Элисон. Фиона, обычно любящая поболтать, как-то странно замыкалась в себе, стоило завести речь о фильме.

– Как у тебя дела с Полом? – наконец не выдержала однажды Элисон.

Фиона странно посмотрела на нее:

– Может, хватит меня допрашивать? Я знаю, что тебе не нравится Пол. Я не забыла, какие гадости ты говорила про него в самолете. Так что я лучше не буду рассказывать о нем. Скажу лишь, что ты очень заблуждаешься. Он совершенно не такой, как ты пытаешься мне внушить.

Сердце Элисон замерло, но не успела она ответить, как у ворот затормозил «кадиллак». В это утро за рулем сидел сам Пол.

С восторженным криком Фиона бросилась по дорожке, протягивая к нему руки. Пол поднял ее и от души чмокнул, после чего повернулся к Элисон:

– Какой сюрприз! Мы так давно не виделись. Почему бы вам не заходить время от времени на съемочную площадку? Посмотрите, как ездит верхом ваша сестренка. Потом выпьем в баре. Я столько раз просил Фиону передать вам мое приглашение, но вы так ничего и не ответили.

Но Фиона ничего ей не передавала! Похоже, все обстоит еще хуже, чем Элисон представляет. В это время Фиона нетерпеливо позвала:

– Пол, идем! Я тебе сто раз говорила, что Элисон встречается с этим скучным доктором.

– Так вот в чем дело! У вас нет времени для старых друзей. – Пол взял Элисон под руку и обиженно посмотрел на нее.

– Я работаю в больнице, – объяснила Элисон, отдергивая руку. – Ваш шофер отвозит меня туда каждый день. Надеюсь, вы не против?

– Я рад, что могу хоть чем-то быть вам полезен, – благородно ответил Пол, садясь за руль. – Может, поужинаем сегодня вечером?

Элисон сухо ответила, что это невозможно, а Фиона враждебно посмотрела на нее.

Может, стоило согласиться? Пусть Фиона увидит, какой Пол непостоянный.

Подходя к дверям больницы, Элисон постаралась выкинуть этот разговор из головы. Кажется, ей предстоит трудный день. Несмотря на все усилия, Элисон не могла заставить себя не думать о Бретте. Обычно он вел себя с холодной сдержанностью, но были моменты, когда она ощущала себя с ним единым целым. Элисон очень дорожила утренними минутами отдыха, когда они вместе пили кофе. Сидя в его солнечной кухне, они говорили о работе и о пациентах. Элисон гордилась тем, что Бретт делится с ней, а иногда даже спрашивает у нее совета.

Остаток утра они проводили в операционной. Передавая инструменты или подготавливая хирургические нити, Элисон понимала, что Бретт доверяет ей, и она никогда его не подведет. «Если наши отношения и не получат продолжения, – думала она, – то, по крайней мере, я буду вспоминать эти часы в маленькой жаркой операционной». Элисон любила Бретта и помогала ему – этого ей было достаточно. Дважды она приглашала его поужинать в семейном кругу, и оба раза он отказывался, ссылаясь на работу. Постепенно Элисон с этим смирилась. Поездка в пустыню тем безмятежным днем и та лунная ночь канули в прошлое.

Дневные часы Элисон проводила в гареме, где ее всегда ждал радушный прием. Женщины были по-детски наивны и одновременно очень мудры.