Закон популярности - Елена Усачева

– А чего сразу Когтев? – прогудел с последней парты Стас. – Чуть что, сразу Когтев.

– Мне вам ваши же ответы напомнить? – заметался между рядами Юрий Леонидович. – Я не поленюсь, схожу в кабинет психологии, принесу листочки, и вам же стыдно будет.

– А вы принесите! – нервно хихикнул Андрюха, стукнув кулаком по лежащему на столе рюкзаку. – Знаем мы ваши результаты! «Ты беременна, но это временно!»

– Помолчи! – не выдержала Ксюша, мучительно краснея за Андрея, но Васильев в ответ громко захохотал.

– Ладно! – Математик яростно раздувал ноздри. Казалось, еще чуть-чуть, и он взлетит. – Только как после всего этого вы будете в глаза друг другу смотреть? Какой позор! Лжете и не стесняетесь собственного вранья!

Он ураганом понесся к выходу. Хлопнула дверь.

– Ну, чего, братва? – развернулся к классу Васильев. – Чего притихли?

– А чего будет-то? – буркнул Когтев, зачем-то убирая тетрадку в чемодан.

– The Show Must Go On[2]– широко улыбнулся Андрюха. – Кто к нам с мечом придет, от меча и погибнет. А, Маканина?

– Придурок, – выдохнула Олеся, отворачиваясь.

Юрий Леонидович вошел в класс неожиданно тихо, осторожно прикрыл за собой дверь, секунду постоял на пороге, словно боясь сделать лишнее движение.

– Ладно, – он, наконец, отлип от дверного косяка. – Тестов нет. Но я напомню вам их результаты. Васильева не выбрал никто. Следом идут Когтев и Голодько. У девочек все по замкнутой системе, то есть они выбирали друг друга. В целом обстановка в классе нормальная, если бы не Васильев, который своим шутовским поведением все портит! Что молчите? Разве я не прав? – повернулся к классу учитель. – Или он вас до того запугал, что вы собственного голоса боитесь?

– Пока они боятся только вашего голоса! – хмыкнул Андрюха.

– Что? – Математик метнулся к васильевской парте. – Думаешь, тебя и дальше будут здесь терпеть? Твои выходки? Твое хамство? А вы-то, вы чего притихли? – побежал он по классу. – Чего присмирели? Или вы настолько трусливы, что и слова сказать не можете? Ну, я вас последний раз спрашиваю? Кто не написал Васильева в своем листке? Или мне позвать Ольгу Владимировну и попросить ее второй раз устроить вам проверку?

– А давайте мы на учителей такой же тест проведем! – выкрикнул Андрюха. – Чего вы все на нас эксперименты ставите? Мы вам не кролики!

– Васильев, выйди из класса! С тобой у меня будет другой разговор! И не здесь, а в кабинете директора.

– А чего сразу к директору? – поднялся Андрюха. – Никто ничего не сделал, а вы сразу директором прикрываетесь! Полкласса руки не подняли, а вы шумите, будто во всем я виноват.

– Они не подняли, потому что тебя боятся! Ну что? Боитесь? А он же никто! В математике даже такого числа нет. Это не ноль, это пустота! И вы такие же пустые и никчемные люди, если даже за свои слова ответить не можете. Трусы! Как вы жить дальше будете?

– Западло это, Юрий Леонидович, – подал голос Волков. – Обещали, что ничего за тест не будет.

– Так ничего и не было бы, если бы вы себя нормально повели! А вы врете, постоянно врете! Мне с вами работать не хочется. – Математик подошел к столу и стал демонстративно собираться.

– Да ладно, сидите. – Андрюха потащил со стола свой рюкзак, из которого еще не успел ничего достать. – Мы сами уйдем. – Он двинулся к двери. Уже взявшись за ручку, посмотрел на обалдевший от такой наглости класс. – А чего вы застыли? Вас будут в дерьмо опускать, а вы сидите и слушаете? Ну-ну…

Он шагнул в коридор. За спиной послышались хлопки и шарканье ног, значит, кто-то шел следом. Васильев довольно улыбнулся.

Он уже поворачивал к лестнице, когда в коридоре раздались истошные вопли математика:

– Вернитесь! Немедленно вернитесь!