Констанция. Книга четвертая - Жюльетта Бенцони

— Будет так, как я пожелаю! — вскричал король Витторио, вскакивая на ноги. — Я же король!

Он подошел к своей лошади и, не вставляя ногу в стремя, вскочил в седло.

— Вперед! Вперед к счастью! — воскликнул король, пришпоривая жеребца.

— Арман, Арман, пойдем отсюда, — прошептала на ухо своему мужу Констанция, — мне все это ужасно надоело, я хочу хоть немного побыть с тобой, я хочу, чтобы все то время, которое осталось, мы были вместе.

— Да-да, Констанция, но это будет не очень удобно, если мы покинем всех и удалимся. Ведь король может хватиться меня в любой момент.

— Дорогой, но ведь король понимает, что тебе тоже надо собраться, приготовиться к отъезду.

Маркиз Лоренцетти подошел к графу де Бодуэну и Констанции. Он учтиво поклонился женщине, поцеловал ее холеную руку и, заглянув в глаза Арману, произнес:

— Ну что, граф, тебя можно поздравить с назначением?

— Да, — как-то неопределенно пожал плечами граф де Бодуэн.

— И когда же вы уезжаете, граф? — немного ехидно спросил маркиз Лоренцетти.

—  — В ближайшее время, — зло бросил граф де Бодуэн.

— Ваша миссия секретна и опасна?

— Да, маркиз, очень секретная миссия, и я не могу пока о ней распространяться.

— Я понимаю… И когда же вы вернетесь, чтобы мы смогли продолжить уроки фехтования?

— Не знаю, не знаю, маркиз, — вновь пожал плечами граф де Бодуэн.

— Графиня, вы остаетесь одна?

— Почему же одна, маркиз, я остаюсь с сыном, остаюсь с вами.

— А почему вы не едете с мужем? — как бы ни о чем не догадываясь, осведомился маркиз Лоренцетти.

— Это секретная миссия, маркиз, как сказал король, поэтому я вынуждена остаться дома, хотя, честно говоря, мне этого не хочется, и я бы с удовольствием развеялась, поехав вместе с мужем.

— Я вас, графиня, понимаю как никто другой.

— Спасибо, маркиз, за добрые слова. Маркиз Лоренцетти поклонился и отошел к своему приятелю барону Леграну.

— Ну, что ты выяснил, маркиз? — поинтересовался барон, уплетая ножку фазана.

— Все так, как мы и предполагали.

— Его отправляют? — барон оторвался от бокала с вином и посмотрел в глаза маркизу. Тот кивнул и самодовольно усмехнулся.

— Конечно, отправляют с секретной миссией в Испанию.

— Как мне все это знакомо! Едва нашему королю кто-нибудь становится неугоден, как его тут же отправляют с важной миссией завезти какое-нибудь письмо и желательно куда-нибудь подальше.

— Да-да, маркиз, с этим ничего не поделаешь, спорить с королем не станешь.

Графиня де Бодуэн вновь приблизилась к своему мужу и зашептала:

— Арман, давай покинем это застолье и отправимся скорее в свой дворец. Мне ужасно скучно, тем более, скоро приедет король и снова станет глазеть на меня.

— Да перестань, дорогая, не надо быть такой мнительной!

— Нет-нет, Арман, пойдем отсюда, пойдем! — и графиня потащила своего мужа.

Граф де Бодуэн немного виновато оглядывался, как бы всем своим видом показывая, что он, дескать, ни при чем, что всему виной его жена и что он вынужден покориться какому-то женскому капризу.

— Это ужасно! Ужасно, Арман! Как же я буду без тебя?! Так долго тебя не будет в Пьемонте!

— Время пролетит незаметно, дорогая, как один миг.

— Нет, это очень долго, Арман, целый месяц, а то и два тебя не будет со мной.

— Представляешь, Констанция, я приеду, а наш Мишель уже будет очень большим, он сильно подрастет, — беззаботно улыбаясь, мечтательно проговорил граф де Бодуэн.

— Но все равно, дорогой, я хочу, чтобы ты попытался уговорить короля и, может быть, он смилостивится и не будет отправлять тебя в Испанию, а если и отправит, то вместе со мной.

— Я попытаюсь, конечно, но думаю, что это бессмысленно, Констанция.

Они подошли к своим лошадям. Глаза Констанции были влажными и казалось, из них вот-вот брызнут слезы. Но она удержалась и не заплакала, все еще надеясь, что муж сможет уговорить короля.

Король Витторио спешился у самого стола. Придворные замерли. Король подошел к столу и поднял бокал с красным вином.

— За удачную охоту, господа! — произнес он и осушил бокал.

А потом огляделся. Все придворные догадались, кого ищет взглядом король.

— Маркиз Лоренцетти, а где мой верный граф де Бодуэн, ваш учитель фехтования? Маркиз пожал плечами.

Ваше величество, по-моему, графиня де Бодуэн занемогла, у нее разболелась голова, и она вместе с мужем отправилась домой.

— На свежем воздухе разболелась голова? — изумился король Витторио. — Здесь что-то не так, маркиз.

— Не знаю, ваше величество, но графиня де Бодуэн выглядела неважно, она была бледна.

— Ах, да, — усмехнулся король Витторио, — молодая счастливая супруга расстроилась, ведь ее муж отправляется послом в Испанию…

— Как в Испанию? — как будто ни о чем не догадываясь, осведомился маркиз Лоренцетти.

— Я отправляю графа де Бодуэна с секретной миссией. Я думал о вашей кандидатуре, маркиз, но вы мне будете нужны для другого поручения.

Маркиз учтиво поклонился своему монарху.

— Господа, вы можете продолжать пировать, а у меня есть неотложные дела, — сказал король и заспешил к лошади.

Он мчался в направлении своего дворца, бешено настегивая своего скакуна.

— Он уедет завтра же! Завтра его уже не будет, и Констанция останется одна. Завтра его уже не будет, — вторил король Витторио в такт ударам копыт. — Скорее, скорее во дворец!

Король Витторио и сам не знал, почему он оставил своих придворных и заспешил во дворец. Просто ему хотелось побыть одному, подумать обо всем, что происходит, прикинуть план действий. Ведь мысль отправить мужа Констанции в Испанию пришла ему в голову абсолютно внезапно. Всю эту ночь наканунесоколиной охоты король не спал. Он расхаживал из комнаты в комнату, пробовал читать, но буквы разбегались перед глазами, и король по несколько раз прочитывал одно и то же слово. Но смысл прочитанного ускользал от него, и король швырял книгу на стол и, остановившись у камина, подолгу смотрел на пламя, съедавшеетолстые поленья. — Да, вот точно так, как съедает любовь мою душу, съедает, оставляя серый безжизненный пепел. Интересно, что сейчас делает Констанция? — думал король.

Он подходил к окну и отбросив штору смотрел на улицу. Прямо у дворца прохаживались солдаты охраны, площадь заливал лунный безжизненный свет.

— Неужели она спит?! Неужели она не догадывается о том, как страстно я желаю ее?! Неужели эта женщина сможет устоять?! Какую же надо иметь завидную силу воли и самообладание, чтобы вот так легко