На крыльях любви - Джилл Шелвис

– Версия не такая уж беспочвенная. Мы явно на ножах, потому что поссорились. И это было к лучшему, учитывая, какой ты гад и все такое.

Его палец погладил ямку у основания ее шеи, и по ее животу разлилось ощущение восхитительного тепла и некой опасности.

– Если я такой гадкий, – промурлыкал Бо, – тебе придется что-то с этим делать.

– С чем?

И опять она почувствовала прикосновение большого пальца там, где бешено пульсировала жилка.

– С тем, как отчаянно ты меня хочешь.

Мел хлопнула его по руке, но Бо молниеносно схватил ее запястье, потом второе – как раз в этой руке она держала машинку для открывания конвертов, – и с веселым любопытством посмотрел на стальное острие. Машинка с грохотом упала на пол, когда он разжал ей пальцы.

– И ты, возможно, захочешь поправить дело. Это умерит те тайные чувства, которые ты, очевидно, ко мне питаешь.

– Ты бредишь.

– Почему? – Он поймал ее взгляд. – Ты занята?

– Занята?

– Отношения?

– Нет. Никаких отношений.

То есть теоретически она ничего не имела против. За эти годы у нее был то один любовник, то другой, но Мел всегда умудрялась найти в парне какой-нибудь непростительный изъян и рвала с ним прежде, чем возникало что-то серьезное. Шер называла это явление хрониками Андерсон, а Дайми говорила – «жалкие отговорки».

Преодолев последнее пространство, что их разделяло, Бо накрыл Мел своим телом. Ее соски тут же отвердели и вонзились ему в грудь. Чувствовал ли он их? Похоже, что да – судя по выражению его лица.

– Итак, ты меня не хочешь, – проговорил он хрипловато. – Совсем нисколько.

Ей пришлось откашляться, чтобы заговорить.

– Совсем нисколько.

– Докажи, – прошептал он, склоняясь к ней так, что их губы едва не соприкасались.

– Ничего я не обязана доказывать.

Бо засмеялся.

– Это совсем по-детски.

Мел положила ладони ему на грудь: чтобы оттолкнуть, напомнила она себе, – вот только попытка вышла совсем слабой. Скорее даже вцепилась, так будто тонула, а он был ее единственной надеждой на спасение.

– Я не собираюсь с тобой целоваться лишь для того, чтобы доказать, что совсем тебя не хочу!

– Замолчи и просто сделай это!

– Знаешь что? Прекрасно!

Схватив Бо за уши, Мел притянула к себе его голову и потянулась к нему сама. Но оказалось, что подшутила она сама над собой. Стоило ей ощутить прикосновение его теплых сладких губ, как она забыла, что собиралась что-то там доказывать, и отдалась жаркой волне чувственного удовольствия, которая подхватила ее, унося остатки здравого смысла.

Очевидно, то же случилось и со здравым смыслом Бо, потому что Мел получила гораздо больше, чем ожидала. Он потянулся к ней сам, жадно и властно завладел губами, а потом опрокинул на стол, прижимаясь бедрами к ее бедрам. А руки… О боже, его руки!

Мел могла бы позволить Бо сделать все, что захочет: наверное, даже раздеть ее, в то время как сама стала бы умолять его о самой интимной ласке, потому что полностью отдалась потрясающим ощущениям, – но тут рация щелкнула и голос Шэрон возвестил:

– Мел? У Бо входящий звонок. Он еще там?

Ее сердце глухо билось в груди как сумасшедшее, соски напряглись, ноги дрожали, между ног было влажно. Мел посмотрела на Бо. Он, как и она, тяжело дышал, лоб его был влажным от пота.

У него, как и у нее, сбилось дыхание.

– Это… насчет того… самолета… классическая модель «Стирмен РТ-13D», который я подумываю купить.

Мел кивнула и поднесла рацию к губам:

– Спасибо, Шер. Я ему передам.

Бо подарил Мел последний долгий взгляд, исполненный жаркой страсти и обещания, отчего у нее екнуло сердце, а потом спокойно вышел.

Мел с трудом перевела дух. Отлично. Кажется, это был самый жестокий из тех фокусов, что проделал Бо, разжигая ее страсть. Дрожащей рукой она пригладила волосы. Один из них не переживет этой игры. И сейчас, ощущая дрожь, волнение и страстную тоску во всем теле, Мел имела все основания сомневаться, что выйдет победителем. Зачем врать себе? Ей нужно, чтобы Бо, прежде чем уедет как можно дальше отсюда, с ней переспал и тем самым положил конец этому наваждению. Право же, она не просто потеряла голову, а покинула реальный мир, ввергая себя в полное безумие.