Это случилось осенью - Лиза Клейпас

Такого закоренелого циника, как Сент-Винсент, Маркус никогда не встречал. Виконт никогда не говорил то, что думал. Если же ему доводилось испытать вдруг симпатию к кому-нибудь, он умел искусно скрыть свои чувства. «Пропащая душа», — говорили о нем. Действительно, он был неисправим, и весьма вероятно, что Хант с Шоу вряд ли бы терпели Сент-Винсента в своей компании, если бы он не дружил с Маркусом.

Что же касается самого Маркуса, то его связывали с Сент-Винсентом только воспоминания о временах, когда они учились в одной и той же школе. Иногда Сент-Винсент проявлял себя как настоящий друг, на которого можно было положиться. Он помогал Маркусу выбираться сухим из воды, бескорыстно делился присланными из дому конфетами. И в любой драке он всегда вставал на сторону Маркуса.

Сент-Винсент понимал, что это значит — терпеть презрение отца, ведь его собственный отец вел себя ничем не лучше. Оба мальчика умели смотреть на жизнь с мрачным юмором и помогали, друг другу как могли. С тех пор как они закончили обучение, характер Сент-Винсента сильно изменился в худшую сторону, но Маркус был не из тех, кто отворачивается от старых друзей.

Сент-Винсент бросился в кресло рядом с Гидеоном Шоу. Маркус невольно сравнивал сидящих рядом мужчин. Оба светловолосые и наделены незаурядной внешностью, но какой контраст! Природа наградила Шоу утонченной, изысканной красотой, а его беззаботная улыбка могла очаровать кого угодно. Немного обветренное и загорелое лицо слегка намекало, что жизнь не всегда благоволила к нему, несмотря на богатство. Какие бы испытания ни выпадали на долю этого человека, он неизменно выходил победителем, не утрачивая бодрости духа и остроумия.

Напротив, Сент-Винсент был красив какой-то экзотической мужской красотой. У него были светло-голубые кошачьи глаза, а рот кривила жестокая улыбка. Он усвоил манеру двигаться и говорить с ленивой медлительностью, которой пытались подражать многие лондонские модники. Он мог бы одеваться, как денди, но понимал, что роскошные наряды только затмят его природный шарм. Поэтому Сент-Винсент носил исключительно строгие темные костюмы безупречного кроя.

В обществе Сент-Винсента разговор, как правило, всегда заходил о женщинах. Совсем недавно одна замужняя и занимающая видное положение в лондонском свете дама даже сделала попытку самоубийства. Это случилось после того, как ее роман с виконтом закончился. Дело получило огласку. Сент-Винсент предпочел сбежать в Стоуни-Кросс-Парк, пытаясь переждать бурю.

— Какая глупая мелодрама! — произнес виконт с издевкой, поглаживая кончиками тонких пальцев край бокала с бренди. — Говорили, что она изрезала запястья, а на самом-то деле просто расковыряла вену шпилькой для волос и принялась вопить со страху. Прибежала горничная, и ее спасли.

Он с отвращением покачал головой.

— Идиотка. Мы так старались сохранить нашу связь в тайне, и вот она делает такое. Теперь все в Лондоне узнали, в том числе ее муж. И чего она думала этим добиться? Хотела наказать меня за то, что я ее бросил? Так ей теперь придется мучиться в сотню раз сильнее. В таких случаях люди всегда осуждают женщин, особенно замужних.

— А что муж? — спросил Маркус, которого всегда интересовала практическая сторона дела. — Он не будет мстить?

Сент-Винсент скорчил презрительную гримасу.

— Вряд ли. Он в два раза старше жены и не прикасался к ней многие годы. Не тот он человек, чтобы рисковать жизнью ради так называемой чести. Думаю, он позволял жене делать все, что угодно, лишь бы она все хранила в тайне. Ведь никто не хочет славы рогоносца. А она-то сделала все возможное, чтобы оповестить весь свет о своем неблагоразумии! Вот дура! Саймон Хант вопросительно посмотрел на виконта.

— Интересно, — сказал он мягко, — ты считаешь, что дело только в ее неблагоразумии?

— При чем здесь я? — с жаром воскликнул Сент-Винсент. — Я хранил тайну, она — нет.

Он покачал головой и обреченно вздохнул с видом смертельно уставшего человека.

— Зря я позволил ей меня соблазнить.

— Это она тебя соблазнила? — скептически спросил Маркус.

— Клянусь всем, что для меня свято… — Сент-Винсент замолчал. — Погодите. Для меня нет ничего святого, поэтому позвольте выразиться иначе. Вам придется просто поверить в то, что это она начала нашу связь. Она делала намеки направо и налево, появлялась там, где должен был присутствовать я, посылала записки, умоляя навестить ее в любое время. Уверяла, что живет отдельно от мужа. Я ее даже не особенно хотел. Заранее знал, что будет скука смертная. Но дело зашло так далеко, что было неучтиво отказывать даме. Я отправился к ней, и она встретила меня голой прямо в прихожей. Что мне, по-вашему, оставалось делать?

— Может быть, уйти? — предположил Гидеон Шоу, слегка улыбнувшись. Он разглядывал виконта, словно экзотическое животное в Королевском зверинце.

— Видимо, да, — мрачно согласился Сент-Винсент. — Но я не мог отказать женщине, которая хочет поразвлечься. И прошла чертова уйма времени с тех пор, как я спал с женщиной. По крайней мере неделя. Я был…

— Неделя без женщины — это так долго? — перебил Маркус, вскидывая брови.

— Ты считаешь, нет?

— Сент-Винсент, если мужчина укладывается в постель с женщиной чаще раза в неделю, это означает, что ему больше нечем заняться. Многочисленные обязанности не оставляют времени на… — Маркус замолчал, подыскивая фразу, — бесконечные совокупления.

Его слова были встречены гробовым молчанием. Шоу с преувеличенным вниманием выбивал пепел из сигары на хрустальное блюдо. Маркус нахмурился.

— Ты ведь занятой человек, Шоу. Ведешь дела на двух континентах. Разве ты со мной не согласен?

Шоу слегка улыбнулся.

— Милорд, с тех пор как я стал «совокупляться» исключительно с женой, кстати, твоей сестрой, из соображений порядочности мне следует держать рот на замке.

Сент-Винсент лениво улыбнулся.

— Прискорбно слышать. Какое отношение имеет порядочность к интересному разговору? — Он перевел взгляд на Саймона Ханта, который сидел, слегка хмурясь. — Хант, выскажи свое мнение. Как часто мужчина должен спать с женщиной? Чаще раза в неделю — это непростительная жадность?

Хант виновато взглянул на Маркуса.

— Не хотелось бы мне соглашаться с Сент-Винсентом…

— Хорошо известно, что чрезмерная невоздержанность в половой жизни вредит здоровью точно так же, как обжорство и пьянство, — настаивал на своем Маркус.

— Ты только что перечислил мои излюбленные занятия, Уэстклиф, — усмехнулся Сент-Винсент, а потом снова спросил Ханта: — Как часто ты спишь с женой?

— То, что происходит в моей спальне, не подлежит обсуждению, — твердо сказал Хант.

— Чаще раза в неделю? — не сдавался Сент-Винсент.

— Да, черт возьми, — пробормотал Хант.

— Еще бы, с такой красавицей, как миссис Хант! — примирительно сказал Сент-Винсент и рассмеялся, заметив предостерегающий взгляд Ханта. — Успокойся, твоя жена — последняя женщина на земле, на которую я бы мог иметь виды. Не хочу быть избитым до полусмерти. У тебя кулаки, как молот. Кроме того, я не интересуюсь женщинами, которые счастливы в браке. Хватает несчастных! Это намного более легкая добыча.