В Ночь Седьмой Луны - Виктория Холт

– Ильза, что случилось со мной?

Она внимательно следила за мной.

– Ты не помнишь?..

– Со мной было все в порядке, когда мы приехали сюда, вчера вечером?

Она прикусила губу в нерешительности.

– Не тревожься, моя милая, мы позаботимся о тебе.

– Но...

– Ты неважно себя чувствуешь. Постарайся отдохнуть. Постарайся снова заснуть.

– Отдохнуть! Зачем? Что случилось? С чего это вы напускаете на себя такой таинственный вид?

– Все в порядке, Елена, не беспокойся. Тебе следует попытаться заснуть и забыть...

– Забыть! Что вы имеете в виду? Забыть, что забыть?

– Я пойду позову Эрнста, – ответила Ильза. Когда она шла к двери, ужасное предчувствие охватило меня. Неужели Максимилиан мертв? И они готовят меня к этому известию?

Вошел Эрнст с мрачным выражением лица. Он взял; меня за руку и пощупал пульс, словно был врачом. При этом он многозначительно взглянул на Ильзу.

– Вы пытаетесь доказать мне, что я больна? – спросила я требовательно.

– Лучше ей все сказать, Ильза, – посоветовал Эрнст.

– Ты не вставала с постели с тех пор, как вернулась ночью домой. Вот уже шесть дней.

– Я не вставала с постели шесть дней? Максимилиан знает об этом?

Ильза положила руку на мой лоб.

– Елена, ты была в забытьи. С тобой случилась ужасная беда, за которую я казню себя. Мне нельзя было разрешать тебе идти на площадь и отлучаться от меня.

– Не понимаю.

– Лучше, я думаю, сказать ей всю правду, – повторил Эрнст.

– В Ночь Седьмой луны, – сказала Ильза, – мы отправились в город. Ты помнишь?

– Конечно, и что?

– Ты помнишь, как мы стояли на площади и смотрели на гуляющих?

Я кивнула.

– Я страшно испугалась, когда ты потерялась. Я повсюду искала тебя в городе, а потом решила, что ты пошла домой, но тебя не было. Мы с Эрнстом снова отправились на поиски. Мы чуть не сошли с ума от страха за тебя. Мы уже собирались идти снова, когда ты вернулась. Ох, Елена, я никогда не смогу забыть, в каком ты была виде. И мы это допустили.

– Но когда я вернулась, вы поняли, что меня привез Максимилиан.

Ильза смотрела на меня, покачивая головой..

– Ты явилась в плачевном состоянии. В разорванном платье, в бреду, в шоке! Тебя нельзя было понять, но мы догадались, что случилось. Такое бывало и раньше с юными девушками в ночи Седьмого полнолуния, но то, что это случилось с тобой, Елена, целиком наша вина. Воспитанная в тепличных условиях девушка, без знания жизни. Я не знаю, что сказать твоим тетям. Ох, Елена, мы с Эрнстом вне себя от беспокойства за тебя.

У меня вырвался крик.

– Все это неправда! Меня привез Максимилиан. На следующий день он приехал и сделал мне предложение. Нас обвенчал священник в охотничьем домике.

Ильза закрыла лицо руками, а Эрнст отвернулся, не сумев сдержать свои чувства.

Наконец она села на кровать и взяла меня за руку.

– Мое дорогое дитя! Тебе нельзя волноваться. Мы позаботимся о тебе. Чем быстрее ты осознаешь реальность случившегося, тем быстрее оно будет отдаляться от тебя. Я вынуждена рассказать тебе жестокую правду о том, что случилось с тобой в Ночь Седьмой луны. Ты потерялась, тебя утащили в лес и, я думаю, изнасиловали. Ты нашла дорогу домой и в шоке, кажется, не помнишь, что с тобой произошло. Мы положили тебя в постель, вызвали врача, старого друга Эрнста. Он рекомендовал давать тебе успокоительное, пока твой разум и тело не оправятся от шока. Он посещал тебя все эти дни...

– Каждый день! Но меня здесь не было!

– Нет, Елена, ты не вставала с постели с той ужасной ночи.

– Этого не может быть!

– Успокойся. – Ильза погладила мою руку. – Этот кошмар ты должна выкинуть из головы. Это единственный путь. Но он приезжал сюда, – закричала я. – Вы знаете, он приезжал сюда. Мы поженились, и вы оба были свидетелями.

Я дотронулась до пальца, на который он надел мне кольцо, и похолодела от ужаса – кольца не было.

– Мое кольцо, где мое кольцо? Кто-то взял его.

– Кольцо? О каком кольце ты говоришь, Елена?

– О моем обручальном кольце.

Они снова многозначительно переглянулись.

– Елена, попытайся отдохнуть, – сказала Ильза. – Поговорим обо всем завтра.

– Завтра! – закричала я. – Как я могу отдыхать до завтра?

– Мы должны поставить все точки над i, потому что мне очевидно, что ты не успокоишься до тех пор, пока не освободишься от этих галлюцинаций.

– Галлюцинаций?

– Возможно, мы ошибались, Эрнст, но мы хотели, как лучше. Доктор Карлсберг – выдающийся врач, опередивший свое время. По его мнению, он должен был сделать все, что в его силах, и вычеркнуть из памяти это страшное приключение до тех пор, пока твое сознание полностью не восстановится.

– Бога ради, расскажите мне, что случилось?

– Ты вернулась домой в этом ужасном состоянии. Какой-то мерзавец отыскал тебя в толпе и ему как-то удалось затащить тебя в лес неподалеку от Старого города изнасиловать. Слава Богу, ты смогла найти дорогу домой.

– Я не верю этому. Я знаю наверняка, что случилось со мной. Меня привез сюда Максимилиан, граф Локенбургкий. И вы знаете, мы поженились. Вы с Эрнстом были свидетелями на бракосочетании.

Покачав головой, Ильза медленно повторила:

– Когда ты вернулась домой, мы уложили тебя в постель и вызвали доктора Карлсберга. Мы знали, что случилось, увы, это было очевидно. Чтобы снять боль и помочь тебе уснуть, он дал тебе лекарства. По его мнению, ты перенесла ужасный шок, и, когда мы рассказали ему о твоей семье, он счел целесообразным, чтобы ты осталась под его наблюдением до выздоровления. Ты находилась под действием успокоительных лекарств последние несколько дней, и он предсказал, что они могут вызвать галлюцинации.

Во второй раз она употребила это слово. Теперь я действительно испугалась.

– Елена, ты должна верить мне. С того времени, когда ты вернулась домой в ту ужасную ночь, ты не вставала с постели.

– Не может быть.

– Но это так. То же скажут тебе Эрнст и доктор Карлсберг, когда придет навестить тебя. Ты бредишь каким-то Максимилианом. Но ты не вставала с постели все это время.

Но... я вышла замуж.

– Дорогая, попытайся отдохнуть. Давай разберемся во всем утром.

Я переводила взгляд с Ильзы на Эрнста. Они смотрели на меня с состраданием. Ильза пробормотала:

– Если... если мы пошли бы с тобой, Эрнст! Если бы мы остались дома. Боже мой, почему мы не остались дома!