Чемпион: Держись от него подальше - Людмила Белякова

Анжела вздрогнула и метнула непонимающий взгляд на Жанну.

— Миш, ты чего? — укоризненно протянул Костик. — Так с девушкой…

— А не надо свой длинный нос совать, куда не просят.

Перед самым выходом он обернулся:

— Стихотворная форма оплачивается по двойному тарифу.

«Так, — торжествуя, подумала Жанна. — Подарок дошел по назначению».

Миша исчез. Анжела сидела, пытаясь сдержать слезы, потом схватила сигареты и вышла.

«Представляю, как ей хочется спросить, что это все значит… Сейчас в курилке будет созван Большой Курултай на тему “Что связывает начальника отдела безопасности с переводчиком и насколько близко они подошли к койке?”».

Анжелка промолчала весь день, и Жанна ее чуть пожалела: быть увлеченной парнем, который не только не отвечает взаимностью, но еще и хамит при всех.

«Страсть безответная. Устаревшая версия».

Контрольную Мише Жанна сделала к концу следующего дня, отправила текст по электронной почте, спросив за труды пятьдесят долларов.

Когда Костик уже слинял, а девчонки красились на выход, в отдел вошел Миша, бросил короткое «здрасть» и подошел к Жанниному столу.

— Спасибо за помощь, — сказал он, вынимая из бумажника купюру. — Вы не продешевили? Я вас правильно понял?

— Если и продешевила, то не сейчас. — Она протянула ему брошюрку. — А поняли вы меня совершенно правильно.

Он хмуро кивнул, повернулся и пошел к двери.

— Жалюзи закрывать не забывайте, кто последний уходит, — бросил он через плечо для всех.

— Слушаемся, товарищ начальник, — проскрипела Анжела, но Миша даже не посмотрел в ее сторону.

Следующим утром Жанна была на переговорах, а когда вернулась в отдел, застала Катюшу за сортировкой каких-то цветных открыток.

— Это что такое?

— А мне Миша поручил… Я вам, Жанночка, уже положила.

— Дареев выпендривается, — презрительно прокомментировала Анжела.

Это было приглашение на банкет по случаю его чемпионства. Празднество должно было состояться в ресторане делового центра, на первом этаже того же здания, полпятого вечера пятницы.

— Пойдешь? — натянуто спросила Анжела.

— Наверное. А то обидится — там не была, здесь не почтила.

— Эх, гульнем на халяву! — потер руки Костик. — Я выйду на минуточку.

«Да, пойти надо. К счастью, народу будет много, и если он приведет с собой эту особу, не я одна буду сидеть с кислой рожей».

Жанна принялась писать отчет о встрече с иностранцами.

«А почему я должна сидеть с кислой рожей? — вдруг удивилась она самой себе, останавливаясь на полуфразе. — Я не Диана, ныне Ершова, и не Анжела, навечно Мартиросова, и никаких планов на его счет не строила. Я буду весела и беспечна».

Московская весна, окутавшая нежно-зеленым дымком обширный лесопарк за их окнами, была в самом будоражно-лирическом разгаре. Утром в пятницу Жанна явилась на работу с сумкой, в которой было вечернее платьице — платьем его можно было назвать с большой натяжкой. Было и еще кое-что, купленное на днях — во исполнение дьявольского плана.

Весь день фирма лишь притворялась, что работает. Два раза Жанна видела, как Майкл пробегал к гендиректору. На нем были синий бархатный костюм и белая рубашка в кокетливых рюшках.

«Не иначе та киска ему выбирала… Убиться можно!»

Потом в дирекцию пронесли букет алых гладиолусов. Анжела сидела молчаливая, одетая в самосвязанный свитер, и ни с кем не общалась. Ей приглашение послано не было.

«Да, да, правильно бабушка говорила: главное — девичья гордость!»

— Чего ты так злорадно ухмыляешься? — нервно спросила Анжела Жанну.

— Ответ пишу в «Купер энд Лайбрэнд» на их претензию по реинвестированию. А что?

— Так просто.

Пора было заканчивать работу и приводить себя в порядок. Анжела необычно медленно собиралась домой. Может, еще надеялась на что-то. Но в шестнадцать ноль пять она, буркнув «Желаю повеселиться», ушла. Костика не было, и Жанна, закрыв, по предписанию, жалюзи, стала переодеваться.

— Ой, Жанночка, — всплеснула руками Катя. — Вы мини решили надеть!

Жанна расправляла на себе голубое платьишко в блестках. Чуть вульгарно, но беспроигрышно.

— Да, Катя. Это тебе урок на будущее. Никогда не выкладывай все козыри, даже если они у тебя длинные и стройные. Но и это еще не все! — добавила Жанна голосом ведущего ток-шоу, извлекая из сумки нечто, похожее на шкурку марсианского туцеапля. — У-упс!

Это был парик, купленный на полтинник, отстегнутый Мишей, — золотисто-русый, длиной по шею.

«Месть женская, беспроигрышная версия».

— Ой, а я бы вас не узнала, Жанночка! Честное слово!

— Типичная плейбоевская красотка, да? — гнусаво, потому что напряженно впихивала свои черные волосы под резинку, ответила Жанна.

— Да, да! — восхищенно захлопала в ладошки Катя.

«Интересно, удастся ли мне повторить вторничный успех? Видеть у Мишки такую мину — для этого стоит жить!»

В ресторане метрдотель отвел Жанну с Катей за столик. На десертной тарелке лежали карточки с их именами.

— Надо же — второй раз в жизни вижу такое. Учись, Катюха, красивой жизни!

За столиком уже сидели начальник отдела маркетинга и Костик. Они удивленно посмотрели на Жанну.

— А… вы тоже у нас работаете? — подозрительно спросил маркетолог, оглядывая Жаннину фигуру.

— Да вроде. Не меня ли вы на днях облагодетельствовали талмудом на сорок страниц?

— Да это же наш переводчик! — хлопнул себя по лбу Костик. — Вот это да!

— Тише ты, — сказала Жанна, садясь. — А где ж наш чемпион? Время радости пришло.

— Он за гостями спустился. Сейчас все завертится, — ответил маркетолог.

Жанна оглядела зал, выполненный в лучших традициях артдеко. Перед сценой стоял шестиместный стол. Сейчас за ним сидели только Ершов с Дианой.

«И кто же эти гости, числом еще три?»

Жанна, разгадывая эту загадку, все же обратила внимание, что за другими столиками сидят и незнакомые люди, в основном атлетически сложенные парни. В это время в зале захлопали, потом прокатилось дружное «у-у!».

По залу шел Миша, уже в темно-сером костюме-тройке с жилетом и бело-золотистом галстуке. У Жанны тонко закололо сердце — он был восхитительно хорош.

Миша вел под руку чуть полноватую интересную даму лет пятидесяти с небольшим. С ними шли двое мужчин в возрасте, тоже хорошо одетые.

…Банкет удался — так уже через час начало казаться Жанне и всем остальным. Дама оказалась Мишиной мамой, мужчины — его тренерами. Потом говорилось много хороших слов, Мише вручили тот букет гладиолусов, а резвые официанты налили всем шампанского. Никаких посторонних блондинок не наблюдалось, и поэтому Жанна сделалась весела и беспечна. Потом дело взял в руки профессиональный конферансье, и про именинника благополучно забыли.