Чужестранка в гареме - Патриция Грассо

– Я думала, ты на борту варварского корабля, и чуть не утонула, пытаясь тебя вызволить. Вернее, это он чуть меня не утопил.

– Но как тебе удалось выбраться из лагеря? Эти люди, которые охраняют шатер... – При мысли о зловещих воинах принца Эйприл поежилась.

– Ты даже не представляешь, как это оказалось просто, – возразила Хедер. – Эти турки такие простачки, ты бы знала!

– Не думаю, что принц такой уж простачок, – отозвалась Эйприл.

– Внешность обманчива, – сказала Хедер и показала кузине золотую цепь, приковавшую ее к кровати. – Смотри, он привязал меня, как собаку.

– Принц беспокоится о твоем самочувствии. – Эйприл решила сменить тему, чтобы успокоить кузину.

– Неужели? – удивилась Хедер. – Что-то не верится.

– Принц рассказал мне, что ты плачешь по ночам, – сказала Эйприл, искоса поглядев на кузину.

– Прошлой ночью мне снился папа, – призналась Хедер и погрузилась в молчание.

Эйприл чувствовала себя предательницей. Если Хедер поделится с ней своими страхами, то ей, несомненно, станет легче, но если она все передаст принцу, он может использовать эти сведения в качестве оружия и сделать Хедер еще больнее.

– Поделись со мной, тебе станет легче, – сказала Эйприл.

– Наверное, ты права, – вздохнула Хедер, и взгляд ее затуманился, словно она перенеслась на много лет назад. – Мне все время снится один и тот же день. Тогда мне исполнилось десять лет. Отец подарил мне серого в яблоках жеребца, и я, не думая об опасности, одна поехала кататься за пределами Базилдона. Разумеется, отец поехал следом за мной. Но те люди... разбойники с лесной поляны... Отец кричал, чтобы я позвала па помощь, но от страха я буквально приросла к месту. Кровь... – По бледным щекам девушки заструились горячие слезы, и руки у нее задрожали.

Глядя на мучения кузины, Эйприл пожалела, что задала этот вопрос.

– Истекая кровью, один из разбойников замертво упал к моим ногам, – продолжала Хедер. – Если бы я только схватила его кинжал, если бы только я послушалась отца... Господи, он погиб из-за меня!

– Это не твоя вина, – мягко проговорила Эйприл, обняв кузину за плечи.

– Но ведь если бы я не выехала одна за пределы Базилдона...

– Земли Деверо строжайше охраняются, – возразила Эйприл. – Ты не могла знать.

– Я должна была поднять кинжал и изрезать проклятого разбойника на мелкие кусочки. Я должна была...

– Хватит! – Не в силах больше выносить самобичевание кузины, Эйприл решительно сменила тему разговора, поинтересовавшись: – А у принца есть гарем?

– Что-что? – Хедер вытерла слезы тыльной стороной ладони.

– Гарем.

– Не знаю, а что это такое?

– В гареме мужчина держит своих женщин, – поведала Эйприл.

– Каких женщин?

– По традициям этой страны мужчина имеет нескольких жен. – Осознание собственной осведомленности прибавило Эйприл уверенности в себе и чувства превосходства.

Хедер была потрясена.

– У мужчины может быть четыре жены и сколько угодно любовниц.

– О Боже, нам надо убраться из этой варварской страны, – сказала Хедер. – И чем быстрее, тем лучше.

– И куда мы пойдем? – возразила Эйприл. – Ни один мужчина больше не возьмет нас в жены.

– Почему?

– Ты всерьез полагаешь, что граф де Болье женится на женщине, которая жила с принцем?

– Этот хорек? – переспросила Хедер. – Он сам виноват в том, что мы оказались здесь.

– Что ты имеешь в виду? – удивилась Эйприл.

– Принц держит нас в заложницах, чтобы отомстить Фужеру.

– А что такого сделал граф?

– Всего я не знаю, – сказала Хедер, – но шрам на щеке принца достался ему от Болье.

Искоса взглянув на кузину, Эйприл заметила:

– Несмотря на шрам, принц очень красивый мужчина.

– Да не особо, – проворчала Хедер.

– Как ты себя чувствовала? – прошептала Эйприл.

– То есть?

– Ты знаешь, о чем я.

– Если бы я знала, – возразила Хедер, – разве стала бы спрашивать?

– Что ты чувствовала, когда спала с принцем? Несмотря на испытанный шок, Хедер всего лишь пожала плечами. Если Малик спал с Эйприл, то почему принц не попробовал сделать то же самое с ней? Видимо, пират был очень нежен с кузиной, иначе она не смогла бы так спокойно рассказывать об этом. Почему принц не может вести себя так же по отношению к ней?

– А ты как себя чувствовала? – поинтересовалась Хедер.

– Мне было страшно, – призналась Эйприл, – но мой повелитель был очень нежен. Он вел себя так же страстно и романтично, как рыцари из романов, которые так любила читать твоя сестра.

Хедер скептически изогнула бровь.

– Бриджит всегда была нюней.

– Но когда настал тот самый момент, – продолжала Эйприл, – я дрожала от жара.

– Люди дрожат от холода, – фыркнула Хедер, – а не от жара.

– А я дрожала именно от жара, – настаивала Эйприл. – А кровь... у тебя было много крови?

– Достаточно, – осторожно проговорила Хедер.

– Но целоваться мне тоже понравилось, – сказала Эйприл. – А тебе?

Перед внутренним взором Хедер возник образ Халида. И снова она ощутила, как его твердое натренированное тело прижимается к ней, как в нос ударяет чистый аромат мужественности...

– Вижу, что понравилось, – усмехнулась Эйприл.

– Хватит об этом! – За раздражением Хедер попыталась скрыть свое смущение. – Давай лучше воспользуемся случаем и придумаем план побега. Когда сегодня вечером все в доме Малика заснут, ты сбежишь и придешь за мной.

– Я не смогу, – решительно возразила Эйприл.

– Но ты должна это сделать, – настаивала Хедер. – Я не смогу прийти за тобой. Это чудовище приковывает меня к постели цепью и...

Внезапно полог шатра откинулся, и на пороге возникли Халид с Маликом. В темных глазах Малика искрилось веселье, но принц явно не разделял его чувств.

– Ты никогда от меня не сбежишь! – прорычал Халид, надвинувшись на девушек. – Только дурака можно провести дважды.

– Как вы смеете подслушивать мои приватные разговоры?! – воскликнула Хедер, вскочив с кровати.

– Нет, – попыталась удержать ее Эйприл.

Хедер смело кинулась на обидчика. Столкнувшись с ним, она взглянула на его разъяренное лицо и проговорила по-английски:

– Пронырливый сукин сын. – Не дожидаясь ответа, она накинулась на Эйприл: – А ты, ты предала собственную кузину.