Украденный экстаз - Ханна Хауэлл

– Угу. То-то я смотрю, ты все время думаешь, думаешь. – Он как ни в чем не бывало продолжал сворачивать папиросу.

– Пусть я и ходила в школу на востоке, но все же эти места мне не чужие.

– И что это значит?

– Значит, что я прекрасно понимаю: эта листовка все равно что петля на моей шее.

– Не все, за чью голову обещана награда, кончают жизнь таким печальным способом.

– О, конечно, нет. Подозреваю, что пятерым-шестерым из сотни удается избежать виселицы, чтобы умереть на галерах.

Он поморщился. В ее словах была доля правды. Хотя в листовке и не говорилось, что награда вручается за живого или мертвого преступника, но всякий, кто прочитал ее, поймет – нужен человек или труп. А гораздо легче доставить труп, чем поймать такого опасного и сопротивляющегося до последнего преступника. Или преступницу. И охотник за наградой предпочтет, конечно, легчайший путь. Но Хантер не собирался соглашаться с Линой. В его намерения входило успокоить ее, а не расстроить еще больше.

– Не думаю, что наши перспективы столь мрачны. Тебя разыскивают не за убийство, а всего лишь за ограбление банка.

– Тем, кто бросится по моим следам, важно одно – я стою пятьсот долларов. Среди них будут и снайперы.

– За нами и сейчас гоняются мужики с ружьями.

– Но не платные киллеры. Разумнее, если я немедленно покину вас. Не хватало еще, чтобы за мной потащился целый хвост охотников за наградой из всех штатов.

– Неужели ты тревожишься о моей безопасности?

– Ни в коей мере, – бросила она сердито. И спросила себя, зачем только спорит с этим упрямцем. – До сих пор я не была виновата в том, что вас преследуют. Теперь же совсем другое дело. У меня, представь себе, есть совесть.

– Нас ведь тоже не забыли на этой листовке.

– Да. Но описали так неопределенно, так смутно, что без меня вам может повезти. А вот если заметят меня, то сразу станет ясно, что вы и есть те самые разыскиваемые грабители.

– И куда же ты собираешься податься?

– У меня есть друг, который поможет мне. Старина ОМалли знал мою семью всю жизнь. Я проводила каждое лето с ним и его сыновьями в его охотничьем домике.

– Где это?

– Вон там. – Она махнула рукой в сторону гор Сан-Хуан, громадой высившихся на горизонте.

– И охотники за наградой, конечно же, моментально струсят и не станут преследовать тебя в горах.

Лина почувствовала, как ее охватило отчаяние. Даже горы перестали быть убежищем для нее. Если вдуматься, то эти прожженные снайперы привыкли загонять свои жертвы именно в горы. Так им даже легче расправляться со своей жертвой. А она может привести у себя на хвосте к порогу ОМалли парочку самых отъявленных, так что опасность грозит и ее другу.

– Но он смог бы найти человека, кто выслушал бы мою версию случившегося, – задумчиво произнесла она.

– Как раз этого я и стараюсь не допустить.

Она подавила в себе желание завопить от отчаяния. Если она останется, то подвергнет опасности шайку. Если доберется до ОМалли, то в опасности окажется его жизнь.

Хантер заметил, что на щеки девушки вновь вернулись краски, да и ее загнанный, смертельно испуганный взгляд исчез. Она выглядела почти как всегда – вот-вот заедет ему по голове чем-нибудь тяжелым. Если он и не утешил ее, но явно привел в чувство. Это его полностью устраивало.

– Попробую-ка я что-нибудь раздобыть для нашего ужина, – пробормотал он удаляясь.

Лина лишь немного успокоилась, когда он вернулся со связкой перепелок. В прерии их полно, только не ленись стрелять. Ее так и подмывало посоветовать ему самостоятельно приготовить их, но она вовремя вспомнила его жалкие кулинарные потуги. Все мужчины в шайке как один абсолютно не умели сделать пищу съедобной. К тому времени, когда все вернулись в лагерь, она успела приготовить отличный ужин. Но все ее хорошее настроение мигом испарилось, когда она заметила в руках Чарли листовку.

– Ты только взгляни, Хантер. Они предлагают за нее пятьсот долларов! – воскликнул он.

Сунув смятый листок в руки Хантера, Чарли присел на корточки возле костра и налил себе кружку кофе.

– Пять сотен! – Голос Люка выразил полное ликованье, он глотнул кофе и радостно заулыбался. – И их не надо будет отдавать Уоткинсу!

– Ты не можешь выдать ее этим ищейкам! – возмутился Джед.

– Интересно, какой дьявол помешает мне сделать это?

– А кому ты собираешься вручить ее, а, Люк? – мягко спросил Хантер, – Шерифу? Како-о-й подарок судьбы! Он и тебя заодно заграбастает.

– Вот именно, – поддакнул Чарли. – Тебя в бумаге тоже описали.

– Там не особенно разберешь, я это или не я, – пробурчал Люк. – Ладно, черт с ней, с наградой. Мы просто оставим ее здесь, и дело с концом.

– Но мы же не можем просто бросить ее, – выдавил из себя Чарли.

– А что плохого в этой идее? Она всю дорогу была только обузой. А теперь из-за нее за нами увяжется армия охотников за наградой.

– Угу. Оставим ее здесь, а она возьмет да и опишет вас поточнее, так, чтобы уж ловили нас не наобум, а наверняка, – усмехнулся Хантер.

Люк любовно погладил рукоять своего «кольта».

– Тогда давайте застрелим ее. Девушка замолчит навсегда и никому ничего не расскажет. Затем ее труп отдадим шерифу ближайшего городка, получим награду и тут же смоемся.

Том поднял голову от тарелки, потемневшим взглядом обвел своих компаньонов и прорычал:

– Не был никогда охотником за наградами. И ни в жизнь не стану!

Это заставило Люка замолчать, но ненадолго. Вскоре он снова заговорил о том, что надо бы бросить Лину прямо тут. Хантеру пришлось затратить уйму времени, чтобы положить конец вспыхнувшему спору.

Когда Лина отправилась спать, голова у нее раскалывалась от боли. Страх скрутил всю ее в тугой узел. Люк становился для нее более реальной опасностью, чем любой из охотников за наградой. Кто знает, как долго Хантеру удастся держать Люка в узде? Или когда ему самому надоест защищать ее от нападок Люка?

Свернувшись клубочком под одеялом, Лина обхватила себя руками, закрыла глаза и молилась, чтобы ей удалось поскорее уснуть. Лишь во сне страхи отпускали ее. Сон был спасением и от все возрастающего искушения, которым являлся Хантер. Хотя теперь и это уже не так. Ее сны обрели скандально сексуальную направленность. Но во сне хотя бы не было стыдно.

Сон упрямо не шел к ней, когда под одеяло скользнул Хантер. Она напряглась, почувствовав, как его рука обвилась вокруг ее талии и прижала ее к себе. То, как он уткнулся носом в ее волосы, тут же заставило ее затрепетать.

– Я пытаюсь уснуть, – прошептала она, но предательская хрипотца выдала ее.

Он тут же потянул ее губами за мочку уха, и она мысленно прокляла его нежность.