Наследство Найтингейлов - Кэтрин Коултер

— Хорошо. Не так крепко, как тот эль, которым столь любезно угостил меня Мэкки. Да и куда менее неприятно, чем этот чай. Никогда не пила бренди раньше.

— Думайте о нем как о лекарстве, — посоветовал Норт. — Не хотите попробовать булочку?

Девушка с сомнением оглядела странную штуку на подносе, посмотрела на Норта с недоумением, вызвавшим в нем еще большее желание врезать по каждой вышеупомянутой заднице куда сильнее, чем пять минут назад, и медленно покачала головой:

— Нет, я не голодна, благодарю вас. Норт, глядя на пляшущий огонь в камине, наконец заговорил о главном:

— Я хотел быть именно тем, кто сообщит вам о случившемся, но не имел ни малейшего представления, когда вы приедете и куда отправитесь сначала. Даже поехал в Скриледжи Холл, а там оказался ваш поверенный, мистер Броган, и я посчитал себя лишним в этом доме. Мне так жаль вашу тетю! Я очень любил Элинор Пенроуз. Она приехала сюда, когда мне было лет десять, и сразу завоевала симпатии всех соседей.

— Как оказалось, не всех.

Слезы снова засверкали на глазах девушки, но Норт, ничего не ответил, даже не шевельнулся, боясь расстроить ее еще больше.

— Миссис Фрили, та, что на постоялом дворе в Гунбелле, сказала, что именно вы нашли тетю Элли.

— Да. Послушайте, мисс Деруэнт-Джонс, вы очень устали. И сейчас слишком поздно, чтобы возвращаться в Скриледжи Холл. Вы переночуете здесь, а завтра я вас туда провожу.

К его удовлетворению, Кэролайн чуть криво улыбнулась:

— А можно вместо завтрака выпить еще бренди? Норт улыбнулся, чувствуя себя довольно неловко.

— За завтраком чай будет великолепным, даю вам слово. Придется немного поболтать с поваром насчет рецептов и всего такого.

— Я думала, ваш дворецкий захлопнет дверь у меня перед носом. Простите, что угрожала ему пистолетом, но я просто не знала, что делать.

— Он заслужил это. И переживет потрясение. Что же касается его поведения.., могу сказать только, что в Маунт Хок не ступала нога женщины с самых незапамятных времен. По-видимому, и Кум, и повар просто не ведают, что творят.

— Очевидно, они не желают меня здесь видеть.

— Мистер Полгрейн? Вероятно.

И, заметив, что девушку шатает, поднялся:

— Прошу извинить меня, мисс Деруэнт-Джонс. Сейчас приду, только велю Триджиглу приготовить вам спальню.

— Еще один мужчина?

— Да, Опост Триджигл. Как я сказал, здесь очень давно не было женщин. Холостяцкая обитель.

— О простите, должно быть, вам очень трудно приходится.

— Совсем нет, — заверил Норт коротко, но тут же улыбнулся, чтобы смягчить резкость.

И заметил, как эта улыбка против воли растягивает его губы. Легко, слишком легко… Подумать только! Она жалеет его, потому что в коридорах не топчутся женщины, то и дело нюхающие воздух из страха, что неприятный запах оскорбит их нежные ноздри; женщины, в огорчении ахающие над крошечной дырочкой в простынях; женщины, беспрестанно ноющие из-за невычищенных каминов… а он, лорд Чилтон, ничего лучшего не может придумать, кроме как широко улыбаться.

Норту хотелось объяснить, как он благодарен Господу за избавление его от всего этого. Может, это и неплохо для других мужчин, вроде его лучшего друга, Маркуса Уиндема. Но Чилтон благоразумно молчал, только заметил, что снова улыбается ей, хотя девушка уже засыпала, так и не увидев столь редкого, во всяком случае для него, явления.

Норт оставил Кэролайн дремлющей в кресле, придвинутом к пылающему в камине огню, и отправился на поиски Триджигла. Он надеялся, что Триджигл, мужчина с более пышной копной вьющихся белых волос, чем должно быть у человека его возраста, и красивым лицом, за обладание которым каждый его собрат готов был пойти на убийство, не успел еще свалиться под кухонный стол после огромного количества гунбеллского эля, которое обычно поглощал на ночь, и что тот еще сумеет увидеть разницу между чистыми простынями и ночным горшком.

Оказалось, Триджигл вовсе не собирался пить эль, напротив, был поглощен дружеской беседой с Кумом и Полгрейном, стоявшими около деревянного разделочного стола. Триджигл казался высоким, стройным и подтянутым, как молодой человек. Норт долго стоял в дверях, наблюдая за приятелями, знавшими его с пятилетнего возраста, и, выждав некоторое время, громко откашлялся, едва сдерживая рвущиеся с языка проклятия.

— А, милорд! — приветствовал его Кум голосом елейным, как у разносчика, только что продавшего лысому средства для ухода за волосами, и поспешил к хозяину, успев вытереть на ходу руки о передник Полгрейна.

— Вы, надеюсь, всем довольны?

— Отнюдь не всем, как вам отлично известно. Однако поговорим о вашем гнусном поведении завтра. Гриджигл, мне нужна спальня для гостьи.

— Но, милорд, у нас нет свободной спальни!

— Не будь ослом, Кум! Этот дом больше, чем вся деревня! Будь проклята твоя толстая шкура, да здесь не меньше двух дюжин спален!

— Все это прекрасно, милорд, — вмешался Триджигл, величественно выпрямившись во весь рост, чем явно намеревался устрашить всякого, кто осмелится приблизиться, хотя на Норта это не произвело ни малейшего впечатления, — но мистер Кум совершенно прав. Мы накормили Юную Особу. Мы оказали ей всяческую помощь и поддержку. Но оставить ее здесь? Неслыханно, милорд, невозможно! Это жилище джентльменов. Наша репутация будет…

— — Наша репутация?! Что за идиотская чушь? Нет, немедленно замолчите и слушайте меня! Она племянница миссис Элинор и только что узнала, что ее тетю убили.

— О Господи! — охнул мистер Кум, — она мне ничего не сказала, просто целилась из пистолета, и вид у нее при этом был самый злобный. Я и подумал, что она не в себе.

— Жаль, конечно, — покачал головой Триджигл, — подобной новости достаточно, чтобы вызвать истерику у любой женщины, что, как я понимаю, гораздо чаще встречается у представительниц ее пола, чем мы даже можем представить.

— Но она, несомненно, будет счастливее чувствовать себя в Скриледжи Холл, — вставил Полгрейн. — Там полно женщин, которые присмотрят за ней и утешат. Кроме того, я слышал, что там превосходно кормят.

— Во всяком случае, лучше, чем твой ужин, — рассерженно бросил Норт. — Иисусе, Полгрейн, да брось я в тебя этой булочкой, наверняка убил бы! Тверже, чем чертов камень! Ну хватит об этом, иначе я поверю, что вы не кто иные, как гнусное трио высохших старых женоненавистников. Неважно, что я уже давно знаю это, но все равно, поймите же, мисс Деруэнт-Джонс очень молода и никого, кроме меня, не знает здесь. Она устала и нуждается в отдыхе. Слишком поздно везти ее в Скриледжи Холл. Так что готовь спальню, Триджигл, и не смей больше ворчать!

— Конечно, милорд, — невозмутимо согласился Триджигл, — Думаю, можно поместить ее в Осенней комнате.

— Там слишком темно и сыро, — возразил Норт, обрадованный, что помнит эту спальню. — Она наверняка подхватит горячку, если проведет там ночь. Кроме того, комнату нужно проветрить.