Обожаю тебя ненавидеть - Джо Уотсон

Я планировала купить их вместе с ней на следующий день, а заодно попытаться поговорить с матерью – хотя надежда убедить ее была очень маленькой. Она могла думать только об отце и заявляла, что все еще его любит, несмотря ни на что. Я прочитала достаточно книг на эту тему, чтобы убедиться в том, что это созависимость. Матери была необходима поддержка психолога, чтобы найти силы вырвать его из сердца и никогда больше не впускать в свою жизнь.

С отцом была другая история. Несколько лет назад я пыталась уговорить его пойти на встречу анонимных игроков, но он отказался, так как не видел в этом проблемы. Он сказал, что проблема не в том, что он играет, а в черной полосе, которая наступила в его жизни. Только она никогда не заканчивалась.

Отца уволили сразу после того, как нас выселили из дома. Он работал в бухгалтерии городского совета. «Подозревается в мошенничестве» – таким было обвинение. Эта замечательная история даже попала в местные газеты, так что мы не только все потеряли, но и были выставлены на всеобщее посмешище. Удивительно, как люди начинают на тебя смотреть, когда узнают, что твой отец преступник. Удивительно, как друзья внезапно перестают общаться с тобой. А еще удивительно, как быстро в школе начинают дразнить крутые девчонки, и ты чувствуешь себя полным ничтожеством.

Но моя мать ничего не замечала. Она спустила все свои скромные сбережения на адвокатов, хотя в виновности отца никто не сомневался. Я так надеялась, что его посадят в тюрьму и мы спокойно будем жить дальше, но его выпустили досрочно, чего я до сих пор не понимаю.

Я наивно полагала, что мама, наконец, уйдет от него, особенно когда начался суд, а она снова поймала его за игрой, а потом застала с проститутками. Но она не ушла. Когда нас вышвырнули из дома, несколько родственников предложили нам остановиться у них. С одним условием – без отца. Он воровал вещи, брал «в долг» у всех, кого знал. Но мать отказалась от всех предложений, потому что хотела «остаться со своим мужчиной». Так мы оказались на парковке в трейлере.

Часть меня ненавидела мать за это, хотя Джей-Джей все время напоминал мне, что она, как и отец, больна, но я не могла ничего с собой поделать. Если бы у меня был ребенок, я бы поставила его на первое место. Я бы не променяла безопасность и благополучие своих детей на пьяного, ворующего, лгущего, изменяющего игрока. Мои дети были бы всегда на первом месте. Уверена, отец Ли-Хау так и относится к ней, поэтому она растет умной, сообразительной девочкой, без забот и проблем. Наверняка она вырастет, не стыдясь и не стесняясь своей семьи, у нее не будет чувства предательства со стороны родителей, которые должны были ее оберегать.

Вернувшись домой, я обратила внимание на конверт с моим именем, торчащий из двери. Я улыбнулась, потому что знала отправителя. У Бена очень узнаваемый почерк – крупные, округлые, четкие буквы. Я посмотрела на его дверь. Интересно, он уже спит? Если верить сплетням, он вообще никогда этого не делает. Я открыла конверт и обнаружила странную карточку.

«Код для перестукивания». Я пробежалась глазами по таблице.

Что это вообще такое? Я думала об этом, пока переодевалась и принимала душ. На самом деле, единственным желанием было забраться в постель и уснуть, но как только я легла, то услышала стук в стену.

Я вскочила. Так вот что такое «Код для перестукивания»! Бен, Бен, Бен — самый удивительный человек из всех, кого я знала. Изучив табличку, я пересчитала удары.

«Привет», – отстучал он.

«Привет», – ответила я. Это был медленный и трудоемкий процесс.

«Как ты?» – разобрала я.

«Устала».

Пауза, затем следующее сообщение:

«Сладких снов, красавица».

Я растаяла, как пломбир под июньским солнцем.

«Ц» – отстучал он. От пломбира почти ничего не осталось. Терзали сомнения, стоит ли ответить ему тем же, но это было бы слишком.

«Ч» – было моим сообщением.

Я уже неплохо знала Бена и понимала, что ему это понравится.

«Ш» – ответил он, и стуки прекратились.

Я смотрела в темный потолок, расплываясь в улыбке. У него хорошо получалось. Флиртовал он профессионально. Если бы флирт и ухаживание были представлены на Олимпийских играх как отдельный вид спорта, Бен однозначно взял бы золото. Я надеялась, что все это было всерьез, – потому что по-настоящему чувствовала головокружение и опьянение.