Огонь неукротимого сердца - Кристи Голд

Адан не видел причин скрывать свои сомнения теперь, когда он в ней был уверен.

– Я только знаю, что не похож на него и на братьев. Мои волосы светлее, как и глаза.

– Это еще ни о чем не говорит.

– Я видел несколько фотографий матери. У нее были почти черные волосы и очень темные глаза, как у Рафика.

– Если так, почему ты думаешь, что другой мужчина был твоим отцом?

– Мать была очень несчастна, и думаю, она могла найти любовника. Бывшая жена Рафика, Римма, сделала именно так.

– Ты уверен, что не домысливаешь?

У него были причины для подозрений, особенно учитывая двадцатилетнюю интрижку отца с гувернанткой.

– Брак моих родителей был заключен согласно традициям. Брачные контракты выгодны обеим семьям. К сожалению, когда в дело вступают неконтролируемые эмоции, сложно следовать условиям контракта.

Она нахмурилась.

– Ты имеешь в виду любовь?

– И ее тоже.

– Думаю, нет большей любви, чем та, что существует между родителем и ребенком, если родитель открыт к ней.

– Согласен. Но я никогда не приветствовал романтическую любовь, я всегда руководствуюсь только логикой.

Пайпер подняла голову и посмотрела на него.

– Иногда любовь приходит, когда меньше всего ожидаешь.

Пайпер словно говорила о собственном опыте.

– Ты когда-нибудь любила?

– Не до безрассудства. – Она быстро отвела взгляд, прежде чем снова посмотреть на него.

– А я не любил никогда. Но… Честно говоря, весь этот разговор о проблемах в семье меня утомляет. – Он встал и предложил ей руку. – Не хочешь поплавать?

– Да, определенно. Но ты уверен, что готов? Кажешься усталым – наверное, из-за Сэма.

– Да, мне с трудом удалось уложить его спать после двухчасового кормления. Но я привык мало спать.

– Почему ты не разбудил меня? Я могла бы принять смену.

– Потому что это мой ребенок, не твой. – Адан немедленно пожалел о колком замечании и попытался загладить ситуацию: – Я правда ценю все, что ты сделала, но не хочу пользоваться твоей щедростью.

– Я не возражаю, Адан.

– Мы подумаем об этом через два дня, когда вернемся.

Девушка раскрыла глаза от удивления.

– Два дня? Я думала, ты говорил о сегодняшнем дне.

Принцу приносило наслаждение притворяться, что он не имеет понятия, о чем она говорит.

– Правда?

Ее взгляд мог послать его прямо в ад.

– Да.

– Прошу прощения. Король приказал нам уехать на два дня во избежание нападок прессы. Правда, я думаю, что нам лучше вернуться завтра до заката, чтобы не оставлять Сэма надолго.

– Но дедушка просил меня проверить работу инженеров…

– Рафик подписал контракт, и завтра он будет направлен твоему дедушке. Он также договорился, чтобы инженеры утром отправились в Штаты.

Пайпер прикусила губу.

– Тогда, полагаю, все улажено.

– Да, и ты можешь расслабиться и получать удовольствие. В любом случае, если ты хочешь вернуться раньше, мы так и сделаем.

Она улыбнулась.

– Где я могу сбросить шкурку, чтобы начать двухдневный праздник?

Он поймал ее руки и поцеловал.

– Не надо сбрасывать шкурку, Пайпер Макадамс, ты мне нравишься такой, какая ты есть.

К его разочарованию, она отстранилась.

– Мне нужно надеть купальник.

Он бы предпочел, чтобы она вообще была без одежды.

– Ты можешь воспользоваться ванной внизу, она находится между моим кабинетом и гостевой комнатой, прямо за кухней. Или, если хочешь, наверху есть та, что примыкает к моей спальне, и она больше.

– А где ты переоденешься?

– Я не планировал вообще ничего надевать. – Адан не мог сдержать смех при виде ее удивленных глаз. – Шучу, не стоит так на меня смотреть. Мои плавки наверху.

Она направилась к выходу.

– Я выбираю ванную на первом этаже. И лучше мне не видеть тебя обнаженным в бассейне, когда я вернусь.

Вернувшись, Пайпер обнаружила, что Адан сидит и смотрит на горизонт. Она не видела его лица или глаз, но почувствовала, что мысленно он со своим сыном. Девушка скользнула взглядом вниз, бесстыдно изучая его спину и впечатляющие ягодицы, облаченные в темно-синие плавки. Она медленно подошла к нему, борясь с желанием обнять, но вместо этого лишь туже закрепила полотенце, которым обернулась вплоть до груди.

– Вполне уверена, что, как бы долго ты ни смотрел на гору, она не двинется с места.

Адан повернулся: в его взгляде читалась тоска.

– Если бы это было в моих силах.

Оправившись от шока, Пайпер наконец поняла, что обретает дар речи.

– Ты беспокоишься о Сэме?

– Я беспокоюсь о том, что не стану для него хорошим отцом. Я также беспокоюсь, что неправильно просить Талию отказаться ото всех притязаний на него.

– Не хочу оскорбить Талию, Адан, но она явно далека от материнства.

– Возможно, да, но для малыша лучше такая мать, чем полное ее отсутствие.

– Не согласна. – Она не колебалась с ответом. – Моя так называемая мать никогда не заботилась о своих дочерях. К счастью для нас, бабушка по собственному желанию вмешалась в ситуацию и одарила нас такой любовью, о которой мы и мечтать не могли.

Он нежно провел пальцами по ее щеке.

– Ты получилась очень хорошей девочкой. И если ты сейчас будешь так любезна и уберешь полотенце, мы проведем день на солнце Беджула.

– Прежде чем я это сделаю, тебе стоит знать: я не высокая и изящная модель, как Талия.

Он мягким движением ослабил узел, так что полотенце мгновенно упало на землю, окинул ее внимательным взглядом с ног до головы, прежде чем снова посмотреть в глаза.

– У тебя очень красивое тело, Пайпер. У тебя есть формы, о которых мечтают многие мужчины.

Ему нравятся ее формы? Невероятно.

– Твоя фигура – предел мечтаний для многих. Но вопрос в том, как хорошо ты плаваешь? Должен предупредить, я чертовски хорош в этом.

Без предупреждения он уплыл в дальний конец бассейна, где тут же погрузился под воду. Спустя несколько мгновений Адан снова появился на поверхности, откинул назад волосы и улыбнулся.

– Теперь твоя очередь показать свои умения.

Пайпер проплыла несколько вперед и погрузилась под воду. Когда ее глаза привыкли к воде, девушка нашла место, где стоял Адан, и, доплыв до него, показалась на поверхности и вздохнула.