Цветущий сад - Маргарет Пембертон

Глория налила себе еще немного мартини. То, что она сделала потом, было еще хуже. Щеки ее покраснели. Она решила доказать самой себе, что любой другой мужчина может занять место Рамона, и через несколько минут, бесстыдно позвонив Бэби Санторини, пригласила его на вечер. Бэби был тем самым любовником, из-за которого Лоретта приняла чрезмерную дозу снотворного. Он был трижды женат, и любовниц у него было больше, чем дней в году. Если уж и суждено кому-то вытеснить Рамона из ее сознания, так это, несомненно, должен быть Бэби. Однако эта затея оказалась неудачным экспериментом.

Глория вернулась в свой номер-люкс, чувствуя себя дешевкой, грязной шлюхой. Когда через полчаса ей принесли огромный букет белых роз, она со злостью швырнула его в мусорную корзину.

На часах было уже без четверти десять, а она выпила Только два крепких мартини и еще не завтракала. Голова у нее раскалывалась. Она все думала, где же Рамон провел ночь и с кем. Три раза она просила телефонистку соединить ее с ним и все три раза безрезультатно. Она попыталась восстановить в памяти короткую отвратительную сцену, которая произошла накануне. Она сгоряча заявила, что между ними все кончено. Он отнесся к этому холодно и безразлично. Очевидно, ее поведение было тому причиной. В душе Глории вспыхнула искра надежды. Может быть, еще не поздно. Если она извинится, будет мила с ним и сдержанна… Она позвонила и заказала черный кофе и тосты. Затем села за туалетный столик и принялась дрожащими руками наносить на лицо крем и пудру.

Через полчаса она покинула «Ритц», плотно закутавшись в белую норковую шубу. Когда она прибыла к дому, где Рамон снимал квартиру, ей пришлось унизительно долго ждать, пока швейцар удостоверится, что мистер Санфорд желает ее видеть. Рамон согласился принять ее, и она почувствовала внезапную слабость.

Все складывалось не так уж плохо. Он открыл ей дверь голый, с полотенцем, завязанным на талии. Волосы и грудь еще блестели от воды после душа. Похоже, что камердинер отсутствовал.

Она робко улыбнулась:

— Извини, милый. Я вела себя как торговка рыбой. Ты простишь меня?

* * *

В нескольких ярдах позади лимузина О'Шогнесси Чарли Добиней, загасив сигарету, вылез из помятого «форда». Шофер Глории в Нью-Йорке не был из числа постоянной прислуги семьи О'Шогнесси. На короткое время Чарли усомнился, не относится ли он к тому типу преданных слуг, которые могут устоять перед долларовыми банкнотами. Затем тихонько постучал в окно и прислонился к капоту. Шофер опустил стекло.

— Какого черта тебе надо?

— Хочу познакомиться, — сказал Чарли дружелюбно и распечатал пачку сигарет.

— Тогда катись куда-нибудь подальше.

Чарли протянул ему сигареты. Из-под пачки соблазнительно выглядывали доллары.

Глаза шофера сузились.

— В какие игры ты играешь?

Чарли кивнул в сторону самого шикарного в Нью-Йорке многоквартирного дома.

— Миссис О'Шогнесси частенько здесь бывает?

Шофер хитро улыбнулся, но не шевельнул и пальцем, чтобы взять деньги. Такие парни выкачивают тысячи из ревнивых мужей, а этот предлагает ему мелочь, которой хватит всего лишь на бутылку виски.

По выражению его лица Чарли все понял и усмехнулся:

— Это только для начала. Если ты расскажешь мне все, что я хочу знать, получишь несколько сотен…

— Земляных орехов, — насмешливо сказал шофер.

Чарли пожал плечами и убрал сигареты в карман.

— Может быть, и так. Джентльмен, которому нужна информация, не думает, что дело стоит большего.

Он поднял воротник пальто до самых ушей, защищаясь от резких порывов ветра.

— Приятно было побеседовать, — сказал он и поспешил к своему «форду».

Шофер наблюдал за ним в зеркальце заднего вида. Чарли хлопнул дверцей, завел двигатель, круто развернулся и, включив третью скорость, тронулся в противоположном направлении.

Шофер беспокойно посмотрел на входную стеклянную дверь. Миссис О'Шогнесси не появлялась. Он решительно повернул ключ зажигания и развернул автомобиль вслед за Чарли.

Чарли увидел его и усмехнулся. Он с удовольствием заставил бы этого жадного сукина сына погоняться за деньгами, но было слишком холодно, и к тому же чем скорее он получит нужную информацию, тем лучше.

Он прижался к тротуару и остановился. Черта с два, если он снова позволит заморозить себя до смерти. Шофер в своей машине меньше зависел от стихии, чем он, и потому без всякого приглашения Чарли открыл дверцу для пассажиров и уселся позади него.

— Это будет стоить по меньшей мере тысячу долларов.

— Тогда поговори с тем, кто заплатит такую цену, — небрежно ответил Чарли.

— Ее муж — мэр, не так ли? Сведения стоят этих денег.

— Он уходит в отставку, — соврал Чарли.

— Его жена ведет распутную жизнь. Ты нигде больше не получишь нужной информации. Как насчет восьмисот долларов?

— Пятьсот. Все это затеяно только ради любопытства, а не с целью развода. Мне строго приказано не тратить ни цента свыше пятисот долларов.

— Жмот ирландский, — проворчал шофер и протянул руку.

Чарли посмотрел на него с сожалением:

— После того как получу сведения, сынок. Я не собираюсь платить пятьсот долларов за открытие, что миссис О'Шогнесси дважды в неделю ходит к парикмахеру.

— Он вовсе не парикмахер.

— А кто же?

— Разве ты не знаешь?

Чарли тихо выругался.

— Если бы я знал, сынок, то не сидел бы здесь с тобой и не предлагал бы пятьсот долларов за такое удовольствие.

— Рамон Санфорд, — сказал шофер. — Он сущий кот. Она у него не единственная.

— Другие меня не интересуют. — Чарли постарался сохранить твердость голоса. Господи, из всех мужчин в Нью-Йорке эта глупая сучка выбрала Санфорда! Совсем недавно Чипс поручал Чарли заняться Санфордом. Дело было не из приятных, и Чарли до сих пор не мог забыть его.

— Назови мне даты и время свиданий, — потребовал он машинально. Может быть, Санфорд связался с Глорией О'Шогнесси с определенной целью? Неужели он пронюхал что-нибудь? Лоб Чарли стал влажным от пота.

— Он был у миссис О'Шогнесси вчера днем в отеле. Она никуда не выходила пятнадцатого и шестнадцатого числа. Семнадцатого швейцар сказал, что это ни на что не похоже. Он держит рот на замке и не называет имен, но несколько банкнот сделают его поразговорчивей.

— Меня не интересует список длиной в милю, — резко оборвал его Чарли. — А есть еще кто-нибудь, кто может подтвердить то, что ты сообщил?

— Я же говорю — швейцар. Кроме того, у Санфорда есть камердинер, но тебе вряд ли удастся вытянуть из него что-нибудь.

Чарли был того же мнения. Санфорда обслуживали слуги старой закалки. Он протянул шоферу деньги, и тот, улыбнувшись, спрятал их в нагрудный карман.