Дзен московского олигарха - Евгения Кретова

Ее еще никогда так не целовали. Ни разу не было таких обжигающих прикосновений, которые будто заводили внутри пружину, огненную и ослепляющую.

И еще никогда она сама не отдавалась поцелую так, как минуту назад. Без остатка растворяясь в нем.

– Как так можно, а?! – не выдержала, воскликнула в полумрак и всплеснула руками.

– Ты о чем? – Фадеев перепрыгнул через канавку, подхватил Варвару, не позволив упасть. Удобнее перехватил сумку и, оглянувшись на дорогу, уже совсем скрывшуюся за листвой, шагнул дальше.

– Как можно вот так целоваться и через минуту «Все, они уехали»?!

Глеб усмехнулся.

– Жить захочешь – не так научишься… А вообще совмещать приятное с полезным – очень ценный навык, – добавил уклончиво.

Вдалеке что-то отрывисто прогрохотало. Послышался треск. Три короткие очереди. Фадеев распрямился, замер.

Варвара была слишком увлечена своими мыслями, чтобы обратить внимание на такую «мелочь» как отдаленная стрельба.

– Кому это, интересно из нас было приятно, а кому – полезно? – проворчала сварливо.

Мужчина посмотрел на нее с удивлением, коротко хохотнул:

– Будем считать, что мне было приятно, а тебе полезно, – он притаился на опушке небольшой, залитой лунным светом поляны. Оглянулся на девушку и усмехнулся: – Хотя, как мне показалось, тебе тоже ничего было, тоже приятно.

Даже сквозь полуночную темень, он видел, как она покраснела.

– Дурак, – пробормотала, прихлопнув на плече засидевшегося комара.

Фадеев тайком улыбнулся: девчонка была явно смущена. И это неожиданно будоражило и отвлекало. Опасно тянуло на геройства.

На просеке прошелестели шины приближающегося автомобиля. Фадеев посерьезнел, уставился в темноту.

Увидев, что за машина и кто за рулем, вышел на свет, потянул за собой Варвару. Автомобиль тихо остановился рядом с ними.

– Живы? – приоткрыв окно, спросил пожилой водитель.

– А что с нами станется, – небрежно отозвался Фадеев, будто пару минут назад их не собирались поймать. Подталкнул девушку к автомобилю. – Прошлись, прогулялись. Верно, Варвара Степановна? – ей показалось, или он специально, подсаживая ее в машину, погладил ее по бедру. Варвара обернулась через плечо в надежде поймать его взгляд, но Глеб по обыкновению невозмутимо и рассеянно смотрел куда-то в сторону.

И загадочно улыбался.

Усаживаясь на переднее сидение, уточнил у Юркова:

– Чего там за шум был? Не стрельба?

Юрков кивнул.

– Она самая. Хорошо, что Тарасов вас высадил.

Глеб захлопнул за собой дверцу:

– Тарасов жив?

– Жив. Даже тачка ваша цела. Ну, если колеса не считать…

– Переживу, – вздохнул Фадеев.

Машина тянулась по просеке, аккуратно, не привлекая внимания, не включая фар и габаритов, выехала к задним воротам усадьбы, около которых уже дежурила охрана и мелькала грузная фигура Анатолия Ивановича, начальника охраны.

– Притормози здесь, – приказал Фадеев, вышел. Обернувшись, коротко приказал: – Варвару Степановну домой.

– Есть, – кивнул Юрков и рванул вглубь территории.

Варвара оглянулась: Глеб подошел к Анатолию Ивановичу, пока выслушивал доклад безопасников, набрал по сотовому номер, что-то приказал. Варвара, конечно, уже не могла слышать, что и кому – группа мужчин все удалялась, пока совсем не скрылась в предрассветной серости.

Он ни разу не посмотрел на нее, ни разу не обернулся, словно забыл о ее существовании, стоило ему выйти из автомобиля.

Колкая обида закралась в сердце, устроилась неуютным, жестким комком. И разум мог сколько угодно уговаривать и приводить свои доводы – девичья гордость оставалась глуха.