День Проклятого Валентина - Инна Инфинити

Моя жизнь снова превращается в жалкое существование, каким была до встречи с Артемом. Дом-работа-дом. И такой день сурка каждый день. Я даже попросила Максима пореже забирать к себе Лизу. Он от этой идеи в восторг не пришёл, потому что я знаю, что он скучает по дочке, когда долго ее не видит, но остаться на целый день, а уж тем более на сутки, без Лизы для меня сейчас смерти подобно. А так я смотрю на своего кудрявого ангелочка и понимаю, для чего вообще живу.

— Мама, почему ты все время такая грустная? — Лиза забирается ко мне под одеяло.

— Нет, зайка, тебе кажется. — Я прижимаю дочку к себе и вытираю снова выступившие на глазах слезы.

С момента нашего с Артемом расставания прошло две недели. Он не пытается со мной связаться, из чего я делаю вывод, что совершенно правильно поступила, когда выставила его за дверь.

Максим все-таки звонит и говорит, что хочет взять дочь на полдня в выходной. Скрипя душой, я соглашаюсь, хотя не понимаю, что мне делать эти полдня без Лизы. Разве что лежать умирать. Бывший муж забирает ребенка, а я сажусь у окна и просто смотрю на улицу. Сегодня солнечный апрельский день, скоро Лизе исполнится 4 годика.

Я решаю немного пройтись, раз хорошая погода. Одеваюсь в удобные джинсы и легкий свитер, усилием воли заставляю себя сделать макияж.

Смотреть на счастливые семейные пары в парке возле нашего дома — самая настоящая мука. Целый час я брожу по дорожке между деревьями, выхожу к пруду и сажусь кормить уток. Когда плейлист в плеере начинает играть по второму кругу, я медленно направляюсь домой. К тому же я просила Максима привезти Лизу обратно, как можно скорее. О том, чтобы дочь оставалась у него дома на ночь, теперь не может быть и речи.

Я уже подхожу к подъезду, когда его дверь открывается и на улицу выходит Артем. Мы оба резко останавливаемся, смотря в ступоре друг на друга. Я вытаскиваю из ушей наушники.

— Что ты тут делаешь? — Сухо бросаю ему.

А сама смотрю на него — на такого красивого и любимого — и еле слезы сдерживаю. Хорошо, что на мне сейчас солнечные очки.

Он медленно делает пару шагов и останавливается почти вплотную ко мне.

— Я приходил к тебе. Звонил в дверь, но никто не открыл.

— Что тебе нужно?

— Я хотел поговорить…

Он смотрит на меня с такой тоской в глазах, что сердце непроизвольно сжимается. Быстро сглатываю образовавшийся в горле ком.

— О чем? Не хватает информации для книги? Решил доспросить?

Он медленно качает головой.

— Нет, не будет никакой книги. Я сразу, как начались наши с тобой отношения, решил бросить эту затею. Но сестра требовала, и тебе пришлось стать свидетельницей того разговора. Но если ты слышала его до конца, то знаешь, что я отказался писать книгу. — Он переводит дыхание, будто нервничает. — Оля, я хочу быть с тобой. Ты нужна мне.

Я чувствую, как слеза срывается с нижнего века. Она скатывается под солнечными очками вниз по щеке, и Артем замечает ее. Тянется ладонью вытереть мою щеку, и я непроизвольно подаюсь назад от прикосновения его пальцев к коже. Артем резким движением перехватывает меня за талию и крепко прижимает к себе.

— Я так сильно соскучился по тебе, мне так тебя не хватает. — Он сжимает меня обеими руками. — Оля, я люблю тебя.

Я просто каменею в его руках от этих слов. Никто никогда не говорил мне их, да еще и с такой интонацией. Такой любимый запах Артема наполняет мои легкие и заставляет слезы литься с удвоенной силой.

— Прости меня, пожалуйста, — шепчет на ухо. — Я очень сильно тебя люблю и все сделаю для того, чтобы ты была счастлива. Оля, я прошу тебя, дай мне шанс… Клянусь, я больше никогда не разочарую тебя.

Губы Артема касаются моей шеи. А потом еще один раз и еще. Я не сопротивляюсь его поцелуям, но все еще продолжаю стоять, будто статуя.

— Я люблю тебя, — повторяет тихо. — Очень сильно люблю, Оль. Эти дни без тебя сущая мука. Прости, пожалуйста. Я ведь влюбился в тебя с первого взгляда, как увидел, моя дорогая двадцатипятилетняя стюардесса. — Он говорит это с иронией, и я вдруг тихо смеюсь ему в плечо.

— Потому я тебе и понравилась, что представилась стюардессой, — на удивление мой голос выходит ровным и спокойным, несмотря на слезы.

— Нет. Я сначала влюбился в тебя, а уже потом ты представилась стюардессой.

Артем берет мое лицо в ладони, поднимает на макушку очки и смотрит в заплаканные глаза.

— Оля, пожалуйста, дай мне шанс. Я обещаю, что никогда тебя не обману и не разочарую.

Я долго и внимательно смотрю на Артема. Скольжу глазами по такому любимому лицу, вдыхаю запах его одеколона, а потом тихо шепчу:

— Поцелуй меня.