Во власти желания - Стелла Камерон

После их первой встречи, которую, совершенно очевидно, устроили его родители и графиня, он безуспешно пытался вызвать в своей душе хотя какие-то чувства к леди Гермионе.

Она опустила густые ресницы и провела кончиками пальцев по столешнице. Бледно-лиловое платье с глубоким декольте облегало ее изящную фигуру.

— Ну… не совсем помощь. О, я так смущаюсь! Я знаю, ты ко мне равнодушен, но надеюсь, что со временем это изменится в ты меня полюбишь.

— Как ты сюда попала?

Она пожала обнаженными плечами.

— Очень просто. — Ее пышная грудь вздымалась. — Буду с тобой откровенна, Макс. Я подкупила кучера графини, и он привез меня обратно. Потом я спряталась в саду и дождалась, когда выйдет дворецкий, после чего пробралась в дом. Дворецкий не запирает двери, когда выходит на прогулку. Я знала, что твои покои находятся где-то здесь, в башне, и занялась поисками. А когда я попала в эти комнаты, то сразу поняла, что они — твои.

Максу очень хотелось ей нагрубить, но он сдержался.

— Шанкс ушел на прогулку?

— Да, он гуляет каждый вечер. Иногда вместе с экономкой. Они берут книжку и уходят в сад. «'«

— Странно… — проговорил Макс. — Я сейчас же провожу тебя домой.

— Нет! — Гермиона обошла стол и, бросившись к Максу, обняла его и прижалась к его широкой груди. — Не прогоняй меня? Я в отчаянии.

Эта женщина была ему совершенно чужая.

— Тебе не следовало сюда приходить, — сказал Макс, пытаясь отстраниться.

— Скоро я стану твоей женой — как т&лько наши родственники все подготовят. Но у меня такое чувство, что я совсем тебя не знаю. Мне страшно. — Она дрожала и все крепче к нему прижималась. — Прогони мои страхи. Макс. Сделай меня своей, сделай сегодня же. Докажи, что я тебе небезразлична.

Видимо он не правильно ее понял…

— Ты не в себе. Это тяжелое время для молодой женщины — во всяком случае, так я слышал.

— Ты имеешь в виду то время, когда женщина помолвлена и предвкушает счастливые перемены, ожидающие ее в браке?

Макс и сам не знал, что имел в виду. И даже не знал, хотел ли он жениться на этой женщине.

— Я повторяю: тебе не следовало сюда приходить. Если тебя увидят, твоя репутация будет погублена.

— Меня никто не видел, — сказала она, не поднимая глаз. — Пожалуйста, не гони меня! Позволь мне остаться с тобой. Если хочешь, я буду сидеть у твоей постели. Но только не гони. Рядом с тобой я успокаиваюсь.

— Ты меня почти не знаешь. — «И никогда не узнаешь», — добавил он мысленно.

— Зато я чувствую… Чувствую, что ты очень добрый и отзывчивый. Я чувствую это вот здесь. — Она прижала ладонь к своей полуобнаженной груди, подняла голову и с мольбой в глазах посмотрела ему в лицо.

Макс невольно обратил внимание на ее груди, видневшиеся в вырезе платья. Эти налитые, пышные груди могли бы возбудить любого мужчину.

— Ты неравнодушен ко мне, — прошептала она, — я чувствую.

— Я хочу, чтобы ты ушла, — пробормотал Макс, но в его голосе слышались нотки неуверенности.

Гермиона приподнялась на цыпочки, обвила руками его шею и поцеловала.

Макс в изумлении отшатнулся и, чтобы не упасть, машинально обхватил ее за талию. И тотчас же язык Гермионы проник ему в рот, и она прижалась к нему всем телом. В следующее мгновение Макс почувствовал, как она взяла его за руку и сунула ее себе за лиф. Потом тихонько застонала и, еще крепче прижавшись к Максу, положила ладонь ему на пах. Из груди Макса вырвался прерывистый стон, и он почувствовал, как твердеет его мужская плоть. Одновременно Гермиона пыталась приподнять свои юбки. Наконец ей это удалось, и она прижалась к нему бедрами.

Макс был ошеломлен. Пот струился по его лбу и заливал глаза. Подобного ему еще не доводилось переживать. Гермиона оказалась слишком уж смелой дамой…

Да ведь она самая настоящая шлюха!

Нет, этого не может быть!

— Прекрати! — Он схватил ее за руки и, преодолевая сопротивление, завел их ей за спину. — Ты сама не понимаешь, что делаешь!

Глаза ее сверкали, щеки пылали. Было очевидно, что она до крайности возбуждена.

— Я еще никогда не испытывала… такого, — проговорила Гермиона, с трудом переводя дух. — Знаю, что поступаю очень дурно, но я не владею собой Я хочу, чтобы ты сделал меня своей. О… пожалуйста, Макс, пожалуйста!..

Может, и впрямь исполнить ее просьбу? В этом не будет большого греха.

— Успокойся, — сказал он. — Прошу тебя, подумай о том, что ты собираешься совершить. Я уверен, ты пожалеешь о своем опрометчивом поступке, и мой долг — остановить тебя.

— Нет! — От резкого движения ее грудь совершенно обнажилась. — Я вижу, как ты на меня смотришь. Ты тоже желаешь меня. Мы не должны лишать друг друга такого наслаждения.

И нам надо поторопиться с венчанием, Макс. Но я не могу уйти от тебя сегодня вечером, не узнав, что такое близость между мужчиной и женщиной.

А может, и впрямь овладеть ею? Может, забыть на время о том, чего она действительно хочет?

Гермиона повернулась к нему спиной.

— Расстегни мне платье, пожалуйста.

Как легко ею овладеть…

Она взглянула на него через плечо.

— Прошу тебя. Макс, помоги мне.

Он попятился к письменному столу и упал в кресло.

— Зачем ты меня искушаешь?

— Искушаю? Скоро мы обвенчаемся и будем заниматься… этим, когда захотим. Я не должна была тебя искать, но, Макс… ты мне нужен! Ты пробудил во мне женщину, и я хочу, чтобы ты утолил мою жажду.

Макс отрицательно покачал головой, ухватился за подлокотники кресла — и вдруг обнаружил, что выдвижной ящик его стола открыт. А ведь он всегда запирал все свои ящики тщательнейшим образом…

— Гермиона, ты давно сюда пришла?

Она охнула.

— Как ты можешь быть таким спокойным, когда я вся сгораю от страсти? Я же сказала тебе, что пробралась в замок после того, как ушел Шанкс. Это было примерно час назад.

Интересно, знает ли Гермиона о том, что он привел сюда Керсти? Она могла даже видеть их вдвоем. Но почему же тогда она ни о чем не спрашивает?

Макс выдвинул ящик и увидел, что его содержимое сдвинуто со своих мест. Менее аккуратный человек мог бы этого не заметить. Однако как бы тяжело ни было у него на душе, он всегда держал все свои бумаги в идеальном порядке.

Следующий ящик тоже оказался открытым. И следующий.

Повсюду чувствовались следы вторжения постороннего.

— В чем дело? — спросила Гермиона, повернувшись к нему лицом.

Макс промолчал.

— Я спрашиваю тебя: в чем дело? Макс, у тебя какой-то странный вид… Что случилось?