Тройняшки для миллионера-тирана - Анна Леманн

— Мириам, — настойчивый стук в дверь будит меня. — Мириам, ты ещё спишь? — интересуется Алим, и я накрываю голову подушкой, чтобы не слышать варвара, решившего побеспокоить мой сладкий сон.

Дверь медленно открывается, и утренний бодрый тиран решает продолжить свои пытки.

И почему его жертвой пала я? Мог бы и Розали оставить на ночь, а потом над ней измываться. Думаю, она была бы не против.

— Мириам, тебе сегодня ко второй паре? — интересуется Алим, остановившись около моей кровати.

— К первой, — бурчу из-под подушки. — Ещё пять минут и встану.

— К первой? — удивлённо переспрашивает. — Она начнётся через тридцать семь минут.

— Что?! — резко кидаю подушку, которой укрывалась, в сторону. — Как это?! Я же… — вскакиваю с кровати, игнорируя тот факт, что в довольно откровенной пижаме бегаю перед Лапиным. — Чёрт! Почему будильник не сработал?! Зараза! Подвела!

— Не переживай, — пытается меня успокоить Алим. — Одевайся скорее. Собирайся. И я жду тебя у своей машины. Отвезу тебя на первую пару и буду после неё ждать с кофе и какой-нибудь выпечкой.

— А ты ел? — обеспокоенно оборачиваюсь к нему, остановившись на секунду. — Мы же обычно вместе завтракаем и…

— Не ел, — на его губах появляется ухмылка. — Ждал тебя. А когда ты не пришла, то поднялся к тебе. Как оказалось, не зря.

— Тогда ешь! Я такси вызову, — говорю ему, принимаясь дальше тетради складывать в сумку. — Прости!

— Нет, я отвезу, — настойчивее повторяет и выходит из комнаты. — Жду у машины, Мириам.

Кивнув сама себе, берусь за дело с невероятной скоростью. Причёсываюсь, крашу ресницы и провожу блеском по губам. Быстро одеваюсь и даже успеваю переодеться, потому что первый наряд, в котором я обычно хожу в университет, после слов Розали кажется мне… безвкусным.

— У нас ещё девятнадцать минут, — оповещаю Алима, садясь в его машину. — Успеем? Я не люблю опаздывать.

— Успеем! — кидает Лапин и заводит автомобиль.

Поначалу едем в тишине и даже не думает заговаривать. После вчерашнего между нами появилась неловкость и словно какая-то пропасть. Мы вроде бы сблизились, но в тоже время отдалились.

— Мириам, я хочу с тобой ещё раз поговорить насчёт брака и ребёнка, — наконец заговаривает мужчина. — Я ни к чему тебя не принуждаю. Но подумай лучше. Я предлагаю тебе стабильность и семью.

— Я так не могу, Алим! — прерываю его. — Я мечтаю о нормальном развитии отношений. Где женщина и мужчина влюбляются. Встречаются. Общаются. И лишь через год женятся. Дети тоже потом.

— У меня нет столько времени, девочка моя, — Лапин мотает головой. — Я понимаю, что ты хочешь этого, и я могу тебе это дать, но… давай не будем юлить. Я старше тебя вдвое, и у меня другие приоритеты. Все эти ухаживания и романтическое общение я могу дать тебе и в браке.

— Когда я буду беременна? — напоминаю ему. — Ты говорил, что ребёнок будет сразу после свадьбы.

— Многие пары рожают детей в первый год брака. Это нормально.

— Пары, которые до этого встречались чаще всего! И замуж осознанно выходили! — отмечаю с нажимом на необходимых словах.

— Мириам, я не говорил, что ЭКО мы проведём сразу же после свадьбы. Я лишь сказал, что после неё я хотел бы завести ребёнка. Да, не тянуть, но не сразу же. Там же ещё куча анализов и процедур нужно пройти. Думаю, первые полгода мы будем заниматься только этим, а лишь затем пытаться что-либо сделать.

— Всё равно дурдом! И слишком быстро! И меня напрягает то, что я не смогу быть с другим мужчиной. Любовь бесконтрольна. Я могу влюбиться в кого-то… и… и вся моя жизнь пойдёт насмарку. Это будет мой ребёнок, и я могу его лишится! Это жестоко!

И я вру… Вру! Потому что, возможно, у нас так быстро не получатся дети. В моём организме не созревает яйцеклетка, а без неё ребёнок вряд ли получится. Знаю, что врачи в клинике могут что-то придумать, но… это всё сложно и стоит немалых денег.

Сейчас я лечусь сама у местного гинеколога, и у нас есть успехи, но их пока недостаточно.

— Ты сможешь видеться с нашим сыном, — произносит Алим, пожимая плечами. — В любом случае, вначале мне нужно будет убедиться, что ты можешь выносить ребёнка. Мы заключим первый контакт, и по нему ты получишь сумму, равную стоимости реабилитации твоего брата. Если у тебя всё будет в порядке, то брак и ребёнок, как только получится, — изрекает паркуясь у университета.

— А если не подойду, Алим? — оборачиваюсь к нему с вызовом во взгляде. — Тогда ты выкинешь меня из своей жизни? Как ненужного котёнка? — и не дожидаясь его ответа, выхожу из машины и бегу на пары.

После первой лекции на парковку не возвращаюсь, чтобы позавтракать. Не хочу видеть Лапина сейчас. Но его о своём решении оповещаю по смс, прося езжать домой и завтракать там. У меня не будет времени, чтобы спуститься.

Стыдно…

Может, я была резка, но это были мои мысли. Мои чувства. И моя боль.

Несколько дней избегаю дядю своей подруги, боясь того, что он вновь начнёт этот разговор, и в один из дней я соглашусь, рассказав о своей проблеме. Со здоровьем и не только… Есть ещё одно препятствие на пути к рождению ребёнка.

***

И как бы я ни пыталась забыть о предложении Алима, обстоятельства порой складываются против нас. А может, наоборот, за нас? Может быть, такова моя судьба? Выйти замуж за мужчину, который мне нравится, но сам великой любви ко мне не испытывает? Родить ему ребёнка и этим спасти своего брата?

Одно радует, что я могу сдерживать свои чувства и эмоции, не показывая никому того, что сама испытываю к Лапину.

Дедушка с бабушкой учили меня быть сдержанным и не поддаваться внутреннему огню, пожару, который изредка сносит всё в моей голове. И всё же они воспитали во мне чувство сдержанности и отстранённости. Порой это доходит до такой степени, что самой себе признаться невозможно в любви и симпатии.

Может, я смогу таким образом сохранить себя? Не стать мягким пластилином в руках будущего мужа? Не утрачу себя, погибая от невзаимности своей любви?

Глубоко в душе я хочу этого брака. Сверстники меня не привлекают. Они не разделяют и капли моих интересов. Они не понимают меня и мои мысли так, как это делает мужчина в два раза меня старше.

Они не умеют говорить и смотреть так, как это делает Алим. Они не умеют ухаживать и заботиться, как Лапин. В них нет и доли того, что я разглядела в этом мужчине.

И всё же… он любит свою бывшую жену. Любил и всегда будет любить.

Я лишь девушка, которая родит и будет воспитывать его ребёнка.

— И что он сказал? — спрашиваю бабушку, ожидая её ответ с таким волнением, какое не испытывала никогда в жизни. — Какие шансы?

— Шансы большие! — радостно отвечает бабуля. — Врач сказал, что у нас шансов на то, что Моисей станет полностью здоровым больше, чем то, что он никогда не встанет на ноги! Но нужна долгая реабилитация и моральная поддержка.