Теория ракушек - Лана Вейден

Около подъезда они попрощались, но открыть рот я смогла только в квартире.

– Крестная, откуда ты знаешь Марка Эдуардовича?

– Я… – она подозрительно запнулась. – Знаю, потому что он был моим учеником.

– Что?

– Он тоже раньше учился в твоей… в нашей школе.

– И ты в курсе, что теперь он там работает? Ведет у меня немецкий?

Вообще-то, ответ был очевиден. Она не представила мне Марка при встрече и совсем не удивилась, что я знаю его отчество. Значит,  в курсе.

– Эм… ну да.

– А почему ты мне раньше не сказала?

– А что, это важно? У тебя с ним какие-то проблемы? – ответила она вопросом на вопрос и посмотрела на меня непонятным пристальным взглядом.

Мозг работал с бешеной скоростью, в голове стал складываться пазл, но мне еще о многом нужно было подумать. Я пробормотала, что проблем нет, но чай пить отказалась и под предлогом важных дел отправилась домой.

Вот там я налила себе большую кружку чая, села в кресло и стала думать. Чем больше я думала, тем больше меня одолевала злость и даже ярость. К восьми вечера я была уже просто вне себя, оделась и направилась к дому Вебера. Клянусь, я была готова разорвать его на кусочки!

Слава богу, мамы дома не было, она работала до десяти, так что отпрашиваться не пришлось.

Подойдя к подъезду, я отправила сообщение.

«Вы дома? Надо срочно поговорить»

Ответ пришел почти мгновенно.

«Что за срочность?»

«Спускайтесь вниз, я жду около подъезда».

А вот здесь последовала пауза. Минута ожидания показалась вечностью.

«Поднимайся».

Я даже не стала лифта дожидаться, бегом понеслась наверх.

– Ну и как это называется, Марк Эдуардович? Решили из меня дурочку сделать? Теперь-то мне всё понятно! – закричала я, как только он закрыл за мной дверь.

– Что тебе понятно? Только не ори, пожалуйста. Раздевайся и проходи в гостиную.

В квартире Вебера вкусно пахло едой: видимо, он готовил ужин. Ну ничего, потерпит.

– Да уж всё-всё понятно! – снова повторила я, на ходу снимая куртку. – Значит, вы знали тетю Надю! Были ее учеником, да?

– И что?

Он присел на диван и скрестил руки на груди, а я стала посреди гостиной и продолжила кричать.

– И то! Вы были в нее влюблены, ведь так? Да и сейчас ее любите!  Может, даже жениться на ней собирались? Тогда понятно, почему вы меня так ненавидите, ведь я нарушила все ваши планы!

– Что? – Марк удивленно поднял брови, а потом вдруг засмеялся.

– Ага, смейтесь, смейтесь! Но я видела, как вы на нее смотрели!

– Как? – не переставая смеяться, спросил он.

– «Как, как?» – злобно передразнила я, а потом попыталась изобразить взгляд влюбленного, – вот так.

– Поверить не могу!  Ты серьезно?

– Можете не признаваться. Но я всё-таки не вчера родилась, – я нахмурилась и закусила нижнюю губу.

– Лика, – внезапно он перестал смеяться, – поверь, всё совсем не так.

– А как?

– Я и правда давно знаю твою крестную и очень хорошо к ней отношусь. Но никогда не был в нее влюблен.  И у меня нет к тебе никакой ненависти, с чего ты вообще это взяла? Да, когда-то Надежда Николаевна рассказывала мне историю про любопытную крестницу, которая нашла ее дневник, но без подробностей. И я не знал, что ты и есть та самая крестница, пока твоя тетя не позвонила и не спросила, как у тебя дела. Это было примерно в середине сентября. А когда просила прийти на замену, я понятия не имел, что ты учишься в этом классе.

– Что? – я была так удивлена, что непроизвольно плюхнулась на диван. – Так это тетя Надя попросила вас прийти к нам на замену?

– Ну а кто бы еще мог уговорить меня на такое? – хмыкнул он.

Я была в курсе, что крестная до сих пор поддерживает дружеские отношения с коллегами, но чтобы искать замену? С чего бы? А еще…

– Так говорите, она звонила и спрашивала про меня? У вас?

– Да, несколько раз.

– Что именно спрашивала?

– Я уже точно не помню, – он неопределенно махнул рукой, –  кажется, что-то про учебу.

Ну и ну, тетя Надя! Ну и ну! Неужели она просила для меня каких-то поблажек? Тогда понятно, почему Марк не стал говорить про своё знакомство с ней. Наверное, решил, что в этом случае я потребую к себе особого отношения.

– А почему вы как-то сказали: «Я не сомневался в твоей любознательности»?

– Я же не знал подробностей той истории. То, что дневник нашла нечаянно, ты рассказала совсем недавно.

– А до этого вы думали, что я в чужих вещах специально рылась? Наверное, крестная тоже так думает, хотя я ей сто раз объясняла.

– Ну что я могу поделать? – Марк развел руками.

– Да, кстати. С «человеком без свойств» тоже случайно вышло. Можете не верить, но это просто совпадение.

Марк прищурился и в его взгляде мелькнула насмешка. Наверное, всё-таки не верит. Ну и пусть! Я тоже еще не решила, верю ему или нет.

– Ладно, всё ясно. Я пойду, – я поднялась с дивана.

– Поедим, а потом я тебя провожу, а то уже поздно.

– Странное предложение.

– Это не предложение. Пошли, – он направился на кухню.

Вот же властный зануда, в очередной раз отдает приказы. Но что заставляет меня подчиняться? Разве что сейчас я и правда не против поесть.

Пока Марк раскладывал по тарелкам рис с креветками, я снова уставилась на магнит. Интересно, крестная всем своим ученикам такие подарки привозит?

– А ты правда хочешь стать историком? – внезапно спросил Марк после того, как мы начали ужинать.

– Ага. Тетя Надя со мной с детства очень много занималась, а еще возила по всяким музеям. Только в школе я работать не собираюсь. И вообще, мне больше нравится историческая антропология.

– Любопытное увлечение.

– Да, очень! – с жаром ответила я. Никто в моем окружении, кроме крестной, не считал это увлечение «любопытным». Поэтому слова Марка обрадовали и меня понесло.

– Мне интересны обычаи древних народов. Вот взять, к примеру, опыт переживания смерти в разных культурах. Я живу недалеко от кладбища и могу сказать точно: ритуалов, связанных со смертью – не счесть. А вы знали, что раньше эти ритуалы были очень необычные? Например, в некоторых культурах было принято смеяться на похоронах. Считалось, что смех  уничтожает смерть и превращает ее в новое рождение.

Я не умолкала еще минут двадцать, рассказывая про погребальные традиции разных народов, а потом заметила, что Марк смотрит на меня как-то непонятно, и остановилась.