Малыш для стервы и холостяка - Анастасия Градцева

Она сидела, обняв руками колени, и слушала его шаги. Слушала, как Марк шел по коридору, как прошел мимо ее комнаты, а потом…а потом он внезапно остановился. Рита замерла в неясном предвкушении.

Шаги тоже замерли, а потом явно изменили направление. Марк шел обратно. К ней. Дверь у Риты была приоткрыта, чтобы не было душно, и он осторожно заглянул к ней в спальню.

— Ты… не спишь? — прошептал Марк.

— Нет, — так же шепотом ответила Рита, отчего-то ужасно волнуясь.

— Чай будешь?

— Пошли.

На кухне она убедилась, что Марк держит обещания: сегодня он действительно надел штаны и выглядел вполне прилично, от чего Рита ощутила смутное сожаление.

В этот раз Марк себе тоже сделал чай, и они сели — как вчера — друг напротив друга. С одинаковыми кружками в руках.

— Я вчера и правда уснул, когда ты пела, — вдруг сказал Марк, глядя куда-то в сторону. — Не ожидал.

— Совпадение, — пожала плечами Рита. — Ты просто уже слишком устал, вот и заснул.

— Может быть.

Они снова замолчали. Рита рассматривала лицо Марка, думая, что она ничего о нем не знает. Практически ничего. Ему около тридцати лет, живет в Америке, родители погибли, есть сестра и племянник. Все.

— Кем ты работаешь?

Марк вздрогнул от неожиданного вопроса и удивленно посмотрел на Риту. Потом дразняще ухмыльнулся.

— Скажу, если ты скажешь.

— Ты первый!

— Нет ты!

— Ты!

— А давай скинемся, — серьезно предложил Марк, вытягивая вперед руку. — На «цу-е-фа».

— Чего?! — обалдела Рита.

— Ну камень-ножницы-бумага.

— А, поняла, — рассмеялась она. — Просто у нас во дворе говорили «ван-ту-фри». Давай! — И тоже вытянула над столом руку.

С максимально серьезными лицами они проговорили каждый свой вариант и выбросили фигуру.

— Черт! — Рита расстроенно смотрела на пальцы Марка, вытянутые в «ножницы», которые по правилам побеждали ее «бумагу» — прямую ладонь.

— Все по-честному, — сверкнул он улыбкой, от которой у Риты сладко замерло внутри. Блин, этому Рихтеру нельзя улыбаться, он моментально превращается в оружие массового поражения. Пусть лучше ходит со своим привычным выражением лица а-ля кусок льда — так намного безопаснее для всех. И для Риты в первую очередь.

— Я жду! — напомнил Марк, в голубых глазах плясали лукавые чертики. — Так кем ты работаешь, Рита?

— Я эйчар, — неохотно призналась она. — А если точнее, хэдхантер, специализируюсь в основном на айтишниках. Ищу перспективных работников, переманиваю их в другие компании.

— Для такой работы должны быть стальные нервы и гигантское обаяние, — заметил Марк.

— Точно. И много знакомств в нужной сфере, — кивнула Рита, ничуть не смущаясь. — Я до этого просто на подборе персонала работала, только год как хантить начала, но получается хорошо.

— Не сомневаюсь, — в голосе Марка не слышалось привычной иронии. — А я, представь себе, юрист.

— Обидно, когда твоя мечта сбывается у кого-то другого, — хмыкнула Рита.

— Мечта не равно реальности, — пожал он плечами. — Боюсь, тебе работа юриста показалась бы очень скучной, тем более такая, как моя. Я ведь не судья и не адвокат, ведущий громкие дела. Я просто ключевой сотрудник в одной крупной консалтинговой компании.

— Просто, — фыркнула Рита. — Ну да, ну да. Что-то я сомневаюсь, что туда берут всех подряд. А ты в США получал юридическое образование?

— Да, — Марк отпил почти остывший чай. — Один год здесь отучился, а потом отец отправил в Америку. Мне пришлось вернуться, когда… — его голос чуть дрогнул, но он быстро с собой справился. — Когда это случилось. Но я решил все вопросы и уехал обратно. Доучился и вот работаю по специальности.

— А почему ты Марту с собой в Америку не забрал? — задала Рита давно мучивший ее вопрос.

— Пытался, она не захотела.

Марк дернул уголком рта, и Рита почти увидела, как он снова от нее закрывается, решив, видимо, что откровенных разговоров на сегодня достаточно.

— Хочешь, я тебе опять спою колыбельную? — быстро спросила она.

Марк помедлил с ответом, а потом обвел взглядом ее лицо так, что Рите казалось, будто он ее трогает. Будто ведет своими длинными пальцами по лбу, спускается к скулам, обводит губы и напоследок нежно касается подбородка.

— Хочу, — наконец проговорил он. — И кстати в твоих интересах, чтобы я быстрее заснул.

— А что будет, если не уснешь? — неожиданно для себя промурлыкала Рита, понимая, что флиртует. Она, черт ее побери, флиртует.

— Что-то… будет, — сказал вкрадчиво Марк. — Если не усну, то что-то обязательно будет.

От его слов и от того, каким тоном они были сказаны, у Риты пробежал сладкий озноб по позвоночнику, будто спину лизнуло сквозняком. А Марк хорош! Когда ему надо, он умеет быть таким притягательным, что все тело плавится от его взгляда и голоса. Но зря он думает, что все будет так просто. Не с ней. С кем угодно, но только не с ней. С Ритой ему легко не будет.

Потому что, если будет легко, Марк мгновенно потеряет к ней интерес. А ей почему-то хотелось оставаться ему интересной.

— Какой ты самонадеянный, Рихтер, — насмешливо улыбнулась Рита. — Как будто это ты решаешь, будет у нас что-то или нет.

— Понятия не имею, о чем ты там подумала, — хмыкнул он. — Я вообще-то имел в виду исключительно массаж, который попрошу тебя сделать, если песен окажется недостаточно, чтобы уснуть.

«Массаж, ну да, — хмыкнула про себя Рита. — Знаем мы эти массажи, не первый день живем».

— Посмотрим на твое поведение, Марк, — ослепительно улыбнулась она. — Колыбельную я тебе обещаю, а вот массаж, — Рита выделила голосом это слово, чтобы оно стало звучать максимально пошло, — еще надо заслужить.

— Боюсь даже представить, чем, — в тон ей ответил Марк. — Так что, идем?

— Идем, — прищурилась Рита.

В этот раз Марк включил ночник, и возле кровати теплилась лужица света. Мягкий, приглушенный, он не бил в глаза, но смущал. Вчера, в темноте, было проще.

— Я планирую раздеться и лечь под одеяло, — предупредил ее Марк, насмешливо сверкая глазами. — Не спать же в одежде.

— Совсем раздеться? — со смутной надеждой уточнила Рита.

— Нет, — широко улыбнулся он. — Только если попросишь.

«Не дождешься», — подумала она и вежливо отвернулась, когда Марк стягивал с себя штаны, но воровато бросила взгляд, когда он нырял под одеяло. Ага, футболку тоже снял. Молодец.

Пелось в этот раз плохо — Рита постоянно сбивалась от того, как Марк жарко смотрел на нее из-под полуприкрытых ресниц. Они у него были короткими, темными, красиво оттеняющими ярко-голубые глаза.