Назови меня женой - Виктория Волкова

— А знаешь, — говорю еле слышно Никите, поравнявшись с ним в коридоре. — Если б тогда в Прасониси, ты бы поехал со мной, то мы бы с Архипом просто не познакомились. Он бы в тот же день улетел в Италию.

— Дураком был, — понуро вздыхает он.

— Это судьба, Никита, — отрезаю я, заходя на кухню. — И давай не будем ее искушать.

— Не рассказывай мне сказки, — упрямо бросает он. Тяжело плюхается на диван. Обводит строгим взглядом Илью и Дуську и заявляет сердито. — Я тебе при брате и сестре клянусь, я не отступлюсь, Яна. Если увижу, что ты счастлива, буду жить неподалеку и смотреть на тебя. А если этот козел…

— Никитос, — обрывает его Илья, когда на кухню вбегают дети. — Кто будет молоко? А кто компот? — спрашивает громко у малышни. Наши четырехлетки шумно толкутся. Занимают свои места и галдят хором. А Милана просто подходит ко мне и тянет ручки.

— Мама, вози-вози!

Беру дочку на руки, прижимаю ее к груди. Смотрю на вихрастые макушки сыновей. Вот как им объяснишь? Имею ли я право лишить их всех благ, которыми они обеспечены как Василиди? Только из-за любви к Макарову мои дети должны пострадать? А если Архип отберет их у меня? Как я смогу жить дальше?

Сажусь с другого края стола и чувствую на себе испепеляющий взгляд Никиты.

«Провалился бы ты!» — вздыхаю мысленно и содрогаюсь от резкого звонка домофона. Есть еще надежда, что это приехал Дуськин муж, но она исчезает, стоит мне только услышать протяжное «Янна!» и добродушное приглашение Вадима Ильича.

— Проходи, Архип. Все на кухне чай пьют.

31

Яна

— Пирог — это хорошо, — вздыхает полной грудью Архип и, усевшись рядом со мной, забирает к себе Милану. Нежно чмокает в макушку. Ну, вот прям идеальный отец, да и только! — Ты как себя чувствуешь? — спрашивает меня. Смотрит обеспокоенным взглядом.

— Голова болит, — жалуюсь тихо.

— Плохо, — бухтит муж. — А я думал, ты за руль сядешь. Я в травме спирта хлебнул.

— Зачем? — строго смотрит на Василиди Вадим Ильич.

— Да у травматолога главного днюха сегодня. Я забыл совершенно. Друзья напомнили. Это Петр Янович, — поворачивается ко мне муж. — Он меня несколько раз собирал…

— Оставайтесь у нас, — предлагает старший Макаров. — Утром поедете.

— Спасибо большое, — тут же отказывается Архип. — Мне обратно на галеры надо. Уже весь телефон оборвали. Ждут сотруднички. Документы им подписать надо. Я уже минивен вызвал из «Жемчуга», — улыбается муж. — У нас семья большая. Еле в одну машину помещаемся.

Украдкой смотрю на Никиту. А он совершенно спокойно пьет чай и снова отрезает себе кусок пирога.

— Кому еще? — спрашивает с хозяйским радушием.

— Мне, — довольно просит Архип и, взяв из рук Макарова тарелку, оглядывает хозяев. — Кто пек? Очень вкусно.

— Правда? — наивно интересуется Дуська. — Тебе понравилось?

— Обалденно, — тянет губы в улыбке Василиди. — Дай рецептик, Ева!

— Мы вместе пекли, — с другой стороны стола подает голос Тонечка и добавляет поспешно. — Я пришлю Яне в Телеграм.

— Буду признателен, — кивает мой муж. — Такую выпечку только в ресторане подавать, что я и сделаю.

Мои подруги млеют от каждого слова, а я смотрю на разыгравшуюся сцену будто со стороны и совершенно отчетливо понимаю, как меня угораздило вляпаться в Архипа Пантелеевича. Похвала, немного лести, открытый добродушный взгляд… Я и влипла в этот мед, как глупая муха.

— А где Михаил? — крутит башкой Василиди. — Хотел с ним кое-что обсудить.

— Он у Марка, — печально мяукает Дусинда. — Болтают о делах…

— А-а, — тянет Архип. — Ну, потом тогда перетрем. Нам пора, Янна. Собирай детей.

— Да она их вроде не разбирала, — весело подхватывает Илья.

Все смеются. А у меня холодеет спина. Чувствую напряжение, зреющее в Архипе, и точно знаю, что спокойно этот день не закончится.

Белый Мерс с темным логотипом отеля подъезжает прямо к калитке. Архип церемонно усаживает нас в машину и сам садится рядом со мной, позволяя второму водителю Юре в одиночку гнать наш Крузак.

Всю дорогу муж держит меня за руку. А оказавшись в фойе «Жемчуга», привычно чмокает в щеку.

— Я через час приду, Янна. Поговорим.

От липкого страха, расползающегося по коже, чувствую себя распоследней дурой. Схватить детей и удрать куда глаза глядят. От Архипа, от Никиты!

«Ты даже за территорию выйти не сможешь, — напоминает мне внутренний голос. — Сиди уже».

Зайдя в пентхаус, отдаю Милану няне, а сама, войдя в спальню, без сил опускаюсь в кресло. Обхватив себя обеими руками, пытаюсь унять дрожь. Невидящим взглядом смотрю на охапки цветов, расставленные по вазам. Неосознанно тянусь к ближайшему букету. Срываю ярко-алый бутон. И ощутив подушечками пальцев нежные бархатистые лепестки сорванного цветка, подношу ладонь к носу. Ощущаю сладкий обволакивающий аромат и неожиданно понимаю, кто является доверенным лицом Марка и Агафонова. Конечно, без Дуськи и Тонечки этот заговор не обошелся.

— Для чего вы это затеяли, друзья мои? — шепчу еле слышно. — И почему меня не спросили?

Архип наверняка в курсе. Не зря же поперся в травмпункт. А значит, жди беды.

Безотчетно срываю еще один цветок и сжимаю лепестки в руке.

«Вот так и моя жизнь в руках Архипа не значит ровным счетом ничего», — думаю, лихорадочно соображая, что предпринять.

«Бредовая идея, Дуся. Ох, бредовая! Теперь Архип точно запретит мне с вами видеться. А в худшем случае, снова изобьет как собаку!»

— О чем задумалась, Янна? — доносится от двери голос мужа. Вздрагиваю от неожиданности.

— Прости, не слышала, — лепечу тихо. — Ни о чем не думала. Нюхаю цветы, и боль уходит.

— Аромотерапия, — усмехается муж.

Архип в два шага оказывается рядом. Внезапно упирается коленом между моих ног и, нависнув надо мной, хватает меня рукой за подбородок.

— Ты на моей стороне, Янна? — спрашивает муж. Пальцы больно упираются в нижнюю челюсть. А в глазах полыхает злость.

Не знаю, к чему клонит Василиди, но лучше с ним согласиться. Иначе потом костей не соберешь.

— Да-да, Архип, — выдыхаю со стоном.

— Умница, — натужно улыбается муж и, поцеловав меня в лоб, так же внезапно отстраняется. Достает сотовый и приказывает кому-то.

— В пентхаус занесите жульен из морепродуктов, бутылку «Кристалл» и блюдо клубники. А потом кальян… Будем отмечать, — весело подмигивает мне Архип.

И когда через несколько минут у нас на террасе зажигают конусообразные газовые горелки, призванные обогревать холодными вечерами, и шустрые официанты быстро накрывают на стол, Архип берет меня за руку и торжественно ведет туда.

На черном