Деда Мороза вызывали? - Юлия Набокова

– Егор, привет! – проворковала в трубку она и дрогнула, услышав громогласное: «Продолжается посадка на рейс Москва – Париж» и только затем – еле слышный голос Егора. – На посадку торопишься? – расстроенно протянула она. – Ну, счастливого полета. Привет Парижу, – пожелала она и добавила, сбросив вызов: – И твоей ревнивой кисуле!

«А ведь на ее месте могла бы быть я», – подумала Настя, почувствовав себя несчастной, но тут же опомнилась. Егор никогда не вызывал в ней романтических чувств, а лететь в Париж с нелюбимым – еще хуже, чем провести новогоднюю ночь в одиночестве перед телевизором.

«Похоже, придется мне провести новогоднюю ночь в одиночестве перед телевизором», – невесело думал Андрей, направляясь навстречу Насте. Он уже успел сделать круг по этажу, обзвонив еще троих друзей. Кого-то не было в Москве, кто-то отмечал праздник в компании родственников, кто-то хрипел в трубку, жалуясь на некстати схваченную простуду. Безо всякой надежды Андрей набрал еще несколько номеров.

– Кирилл, здорово! С наступающим! Как встречать собираешься? У тещи в Саратове? Ну, держись там, друг!

С тем же настроением Настя брела мимо украшенных по-новогоднему витрин и дозванивалась до знакомых мужчин, более-менее пригодных на роль Вадима:

– Олег, а какие у тебя планы на Новый год? Ах, с женой? Я и не знала, что ты женился. Поздравляю!

– Юр, – кричал в трубку Андрей, – что у тебя? Жена рожает? Слышу-слышу! Держись, друг! Я тебе попозже… – Из телефона полились короткие гудки. – Перезвоню, – добавил Андрей, когда его уже никто не слушал.

Он уставился на дисплей мобильного. Юра был последним в списке друзей-приятелей, а сразу после него высвечивалось имя Анжелы, которое Андрей так и не удалил из памяти телефона. «А вдруг Анжела сейчас тоже грустит, не зная, с кем встречать праздник? Случаются же чудеса под Новый год», – подумал Андрей и набрал номер. Если бы он оторвался от мобильного, то мог бы заметить девушку, которая идет ему навстречу и с таким же потерянным видом нажимает кнопки своего телефона. Но для этого чуда время еще не пришло. Поэтому пока Андрей слушал долгие гудки, Настя удивлялась в трубку, откуда звучал заплетающийся голос:

– Ром, это ты? Кто-кто! Ну и надрался же ты, дружок! С наступающим тебя… похмельем!

– Анжела! – обрадовался Андрей, когда бывшая подружка наконец соизволила буркнуть: «Алло». Его не смутил недовольный тон девушки. А чего ожидать после скандала с 8 Марта и разрыва длиной в десять месяцев? Но Корнилов не терял надежды растопить сердце капризной красавицы. – Чего звоню? С Новым годом поздравить. Ты мне не рада? Замуж выходишь? – Если бы только Андрей читал «Сплетницу» так же регулярно, как вахтер Фомич, эта новость, обмусоленная журналистами во всех подробностях, вплоть до намечающейся лысины жениха и увеличения невестой груди ради эффектного декольте свадебного платья, не стала бы для него ударом. – Поздравляю! Желаю счастья… – Анжела бросила трубку, и Андрей добавил в никуда: – В новом году, с новым мужем.

Настю отделяли от Андрея десять метров, когда их телефоны одновременно зазвонили. Оба с надеждой схватились за мобильные, не сбавляя шага. Оба едва скрыли разочарование, услышав голоса в трубке. Андрея поздравлял с наступающим один из клиентов, Настю – школьная подруга.

– С наступающим, – откликнулась Настя, машинально двигаясь вперед.

– Веселого Нового года! – повторил Андрей за секунду до столкновения.

– Ой! – одновременно воскликнули они, налетев друг на друга.

Настя выронила свой телефон, и Андрей торопливо поднял его и протянул девушке:

– Простите, пожалуйста!

– Спасибо, – поблагодарила Настя.

Их пальцы встретились на секунду, заставив сердца забиться чаще. Взгляды задержались чуть дольше, чем того позволяют приличия. В глазах мелькнул интерес. «Вот бы встретить Новый год с таким мужчиной!» – подумалось Насте. «Какие у нее глаза синие! Как море», – заметил Андрей и смутился.

– С наступающим, – неловко улыбнулся он.

– Веселого Нового года! – откликнулась Настя и сделала шаг, чтобы обойти мужчину.

Одновременно Андрей сделал шаг в ту же сторону, и они снова налетели друг на друга. На этот раз толчок получился сильнее, поэтому Корнилову пришлось приобнять девушку, чтобы удержать от падения.

– Простите!

– Извините!

И снова шаг в одну и ту же сторону, снова неудачная попытка разойтись, снова невольные объятия. «Судьба не хочет нас отпускать?» – невольно подумала Настя. «Надо пригласить ее на чашечку кофе», – решил Андрей.

Но в этот момент некстати вмешался рок в лице Тамары Петровны. Она закончила мучить продавщицу в отделе мужской одежды и теперь стояла перед витриной с тортами, разглядывая шоколадно-бисквитное великолепие. Она набрала номер дочери и прокричала в трубку:

– Настя, ты торт уже купила? Еще нет? Тогда не бери, я куплю!

– Хорошо, мама, – пробормотала Настя, отходя в сторону от мужчины, с которым ее столкнула сама судьба. – Да, Вадим любит шоколадный торт. Он тоже мечтает с тобой познакомиться. До вечера.

Андрей, стоявший за ее спиной, отвернулся и торопливо зашагал прочь. Какой же он дурак! Конечно, такие девушки, как Синеглазка, не страдают от одиночества. У нее есть любимый мужчина, которого она собирается представить родителям. Нужен ей Андрей со своей чашкой кофе!

Закончив разговор, Настя обернулась, но незнакомец уже растворился в толпе. Может, это и к лучшему. Она не будет позориться перед чужим человеком, приглашая его домой на Новый год. Каковы шансы, что он согласился бы? Один к ста, и это еще по самым оптимистичным меркам.

Настю вдруг бросило в жар. Что же ей делать? Никто из знакомых не придет ей на помощь. Сказать матери правду у нее не хватит духу. Чувствуя, что ей нечем дышать, Настя бросилась к выходу из торгового центра.

Морозный воздух освежил, снежинки таяли на щеках невыплаканными слезами, стало полегче. Настя вспомнила знакомого, имя которого пролистнула в телефонной книге. С Геной Чудилиным она познакомилась прошлым летом в Крыму, еще до встречи с Вадимом. Они отдыхали в одном пансионате, их номера были рядом, а за завтраком Гена норовил присесть к ней за столик. Его ухаживания были робкими и смешными, как и он сам – нелепый, застенчивый биолог, в благоговении замиравший перед ничем не примечательной травкой и с лету определявший, к какому виду принадлежит пролетающая бабочка. О травках, бабочках и прочей флоре-фауне Чудилин мог говорить часами. Поддавшись на уговоры Гены составить ему компанию в Никитском ботаническом саду, Настя затем под любыми предлогами избегала его общества. Под конец отпуска Гена с удивительной для него настырностью проследил, чтобы она занесла его телефон в свой мобильный. Настя свой номер дать отказалась, туманно пообещав позвонить, и за все это время о Чудилине ни разу не вспомнила. «Вадим из него, конечно, никакой», – уныло рассуждала она. Но в ее положении выбирать не приходится, лучше плохой жених, чем вообще никакого. Настя вздохнула и набрала номер Чудилина.