Бархатная маска - Эмилия Остен

– Ну что же… – нерешительно произнесла Мэри. – Не случится ведь ничего плохого, если вы попробуете? Лорд Эшли? – она оглянулась на Арчибальда. – Вы сочинили эту пьесу, вам и решать.

– Не думаю, что найду возражения, – буркнул лорд Эшли. Видно было, что ему смертельно хочется отказать Фламбару, однако глаза женщин горели таким искренним интересом, что лорд не решился.

Зато Лаис забеспокоилась.

– Мистер Фламбар, но ваше горло…

– Все давно в порядке, миледи, – Энджел взглянул на нее снизу вверх, гораздо менее любезно, чем на всех остальных.

– О, – растерялась Лаис, – ну хорошо.

Ей было немного обидно, и еще жгло непонятное чувство, которому графиня не могла найти названия.

– Приступим же, – предложил Фламбар. – И помните, леди Джейкоб, – ля второй октавы!

Зардевшаяся Мэри кивнула, Энджел заиграл, и прелестное сопрано вывело первые слова. Когда леди Джейкоб пела, казалось, она вся светится; мужчины не сводили с нее глаз, а женщины даже не пытались завидовать совершенству. Ее муж, лорд Джейкоб, смотрел на супругу с такой нежностью, что Лаис стало больно. Когда-то Роберт Ормонд так же смотрел на свою жену… Музыка то накрывала с головой, словно волна, то откатывалась назад. Мэри дошла до сложного кусочка, где должна была петь вместе с ангелом, и кивнула Фламбару. Тот кивнул в ответ и запел.

Лаис почувствовала, как земля уходит из-под ног, и сама не знала, как ей удалось устоять.

Настоящий голос Энджела оказался глубоким и красивым – драгоценный тенор, и, судя по еле заметной бархатистости, Фламбар способен петь и баритональные партии. Он с легкостью справился со сложным фрагментом, и Мэри, вдохновленная его поддержкой, исполнила свою роль правильно. Когда музыка завершилась, дамы зааплодировали, спустя мгновение к ним присоединились и джентльмены. Даже Арчибальд, вначале хмурившийся, теперь смотрел на Фламбара с неподдельным интересом.

– Это потрясающе! – заявила леди Мэрривезер и постучала Энджела по руке сложенным веером. – Да вы, мальчик мой, настоящий талант! Вы учились, разумеется?

– Герцог Аттенборо был столь любезен, что дал мне возможность заниматься с прекрасным учителем, – пояснил Фламбар. – Благодаря этому я смог помочь леди Джейкоб, – он взял руку Мэри и вежливо поцеловал, – которая, без сомнений, поет столь прекрасно, что ангелы восхищены.

Изысканность комплимента повергла дам в такой восторг, что они обступили Энджела, наперебой задавая тому вопросы. Фламбар сдержанно и почтительно отвечал, ни на миг не забывая о своем положении в этом обществе. Он разъяснял сложные места в партии, и Лаис видела, как нежно смотрят на него дамы. Всего за несколько минут Энджел умудрился завоевать их расположение. Джерри и Тамина, вначале стеснявшиеся, теперь тоже вставляли фразы в общий разговор.

Лорд Эшли тронул графиню за рукав.

– Где вы его отыскали?

– Лорд Эйвери прислал по рекомендации. По правде говоря, до сегодняшнего дня я была уверена, что он умеет хорошо фехтовать, но петь… – Лаис слишком растерялась, поэтому и заговорила с лордом Эшли о мучивших ее вопросах.

– Он упоминал о герцоге Аттенборо. – Арчибальд нахмурился, словно не доверял словам Энджела.

– Да, Фламбар воспитывался вместе с его детьми. – Лаис ответила уверенно, но ведь знала она об этом только со слов самого Энджела. Конечно, она до сих пор старалась не думать о многочисленных нестыковках в рассказах учителя фехтования о себе и своей жизни, но после сегодняшнего стало гораздо труднее верить, что Энджел Фламбар – простой сын управляющего герцога Аттенборо. Какие глупости! Кажется, нужно читать меньше романов, где красавцы-пастухи все как один оказываются графами и герцогами.

– Превосходно! – Лорд Эшли улыбнулся. – Как вы думаете, милая Лаис, если я предложу ему спеть партию ангела в нашем маленьком спектакле, он согласится?

– Не думаю, что вам стоит предлагать это вот так сразу, – пробормотала шокированная Лаис.

– Полагаете? – с сомнением протянул Арчибальд. – Что ж, я подожду еще некоторое время… но не слишком продолжительное, так как ангела нам очень не хватает. Энджела. – Он улыбнулся, оценив своеобразный комизм ситуации.

– Вы не спросили, не против ли я, – сдержанно заметила Лаис. Внимание к особе Фламбара внезапно стало раздражать ее, и очень сильно.

– Ах, простите мою неучтивость. Но неужели вы станете возражать против его участия в спектакле, когда мы, похоже, нашли ангела? – Эшли совершенно не понимал ее реакции и казался весьма удивленным.

– Я подумаю, – скрипнула зубами Лаис.