Опер. В плену у судьбы - Ольга Которова

Звягинцев не любил лишние вопросы. Да, всё, что у него лежало в этой аптечке, он изредка, но использовал. Бывали такие дни, когда не имелось возможности обратиться в больничку, и приходилось самому себя штопать. Врагов у него было много. И раз от раза кто-нибудь да объявлялся.

В ванной комнате повисла недолгая тишина, которую разорвал Альберт:

– Прости. Не хотел тебя напугать.

– Да ладно уж, – отстраненно пожала Лена плечами и поймала на себе потемневший взгляд подполковника. Его лицо медленно приблизилась к её. Она тут же перестала дышать, в голове в одно мгновение стало пусто, пропали все мысли, а сердце забилось где-то на уровне горла.

Горячие, сухие пальцы Альберта прошлись по её лицу, убирая прядь волос за ухо.

– Ты очень красивая, Лена, – чуть слышно сказал он и накрыл её губы своими в требовательном поцелуе.

Она не отпрянула. Целовался Звягинцев профессионально. Вчера он это доказал.

Подхватив её под бедра, Альберт понёс Лену в спальню. Он целый день ждал этого момента, и сейчас его радовало, что девушку не приходится уговаривать. Тогда, в комнате коммуналки, из которой он её забрал, она дала ему зеленый свет. Знала, что Звягинцев не борщи зовёт готовить. Ему нужна была та, которую он будет трахать в любое время и где угодно.

Осторожно уложил её на кровать и приподнялся, чтобы рассмотреть лицо Лены. Красивая. До безумия красивая. И этот её невинный взгляд, который прошибает до костей и ломает их. Хотелось взять её жестко, чтобы запомнила и больше не желала никого, кроме него.

Дёрнул на ней рубашку. Пуговицы со звоном разлетелись по полу, и взору Альберта открылась красивая грудь, облачённая в белый кружевной бюстгальтер. Встав с кровати, он сам снял с неё штаны вместе с трусиками. Лена хотела прикрыться ладонями, но Звягинцев властно её остановил:

– Руки убрала.

Голос его звучал с хрипотцой, а пальцы уже чесались потрогать её тело.

Она неохотно подчинилась. Альберт даже в полумраке комнаты разглядел, как заалели её щёки. Давно он не видел такого живого смущения. Те проститутки, с которыми он трахался раньше, не скромничали. Они сами лезли к нему в постель, и Звягинцеву практически ничего не нужно было делать. Но сейчас всё совсем по-другому.

– Красивая сучка.

Он склонился к ней, раздвигая её ноги и удобно там располагаясь. Ладонью провёл по шее, спускаясь ниже, к груди. Обвел её пальцами, прихватил набухший сосок и немного поиграл с ним. Изо рта Лены вырвался протяжный стон.

Альберт спускался всё ниже и ниже, пока не дошёл до клитора. Ласково прошёлся подушечками пальцев по горошине и вошёл пальцами во влагалище. Лена застонала сильнее и закатила глаза, выгибаясь. Она уже была готова его принять. Такая мокрая и узкая. Словно девочка.

Приспустив с себя штаны, он уперся в неё членом и медленно вошёл.

– Смотри на меня, красивая, когда я буду тебя трахать.

Захваченная ощущениями, Лена не сразу расслышала, что он сказал. Тогда Альберт схватил её подбородок и поднял.

– Смотри на меня. Поняла?

– Да, – хриплым голосом ответила она.

Звягинцев с каждой секундой наращивал темп, двигаясь быстро, вбиваясь в неё по самые яйца. Пальцы девушки схватились за его спину, оставляя следы от ногтей. Глухой вскрик, и Лена выгнулась дугой. Оргазм пришёл быстро. Её влагалище сдавило его член, и Альберт застонал от удовольствия. Вышел из неё, изливаясь на живот, помечая своим семенем. Вот теперь-то она точно его. А потом, упав рядом на кровать, поднял Лену и уложил себе на грудь.

Она лежала тихо. Изо рта вырывалось тяжелое дыхание, а на губах цвела улыбка. Такого удовольствия она никогда не получала с мужем. Кирилл был всегда ласков и нежен, не то что Звягинцев. Этот пёр как танк. Возможно, сыграло роль длительное отсутствие у неё мужчины, а тут такой большой, горячий… Даже сегодняшняя картина, которую она увидела в торговом центре, практически её уже не задевала. Но всё же хотелось узнать, кто та красотка. И пока подвернулся такой случай, Лена задала вопрос, разрывая тишину:

– Что за женщина была сегодня с тобой в ресторане?

– Откуда знаешь? – Альберт спросил спокойно, не открывая глаз. Его дыхание было размеренным и, кажется, он совсем не устал.

– Я сегодня по торговому центру гуляла и случайно увидела вас.

Сейчас она походила на ревнивую жену. Ну и пусть. Очень хотелось узнать, кем была спутница Альберта.

– Это так важно? – всё тем же спокойным голосом ответил Звягинцев.

– Нет. Просто спросила, – она проглотила обиду. – Я там ужин тебе приготовила, может, поешь? Я старалась, хотела сделать приятно.

– Ужин – это хорошо. Иди пока накрой на стол, а я сейчас.

Он шлёпнул её по голой ягодице. Лена тут же поднялась с Альберта и вышла из спальни. А он, сняв с себя рубашку, натянул домашние штаны и пошёл в душ. Нужно было срочно освежиться, а то сорвётся за ужином и возьмет её прямо на кухонном столе. Того, что произошло несколько минут назад, для него было мало. Хотелось ещё и ещё.

Они сидели за накрытым круглым столом и молча ели. Точнее, Альберт ел, а Лена ковыряла вилкой лист салата и хмурилась.

– Что-то не так? – спросил Звягинцев, закидывая в рот кусок мяса и тщательно его пережевывая.

– Нет, всё хорошо.

Она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла какая-то вымученная.

– Лен, прекращай этот цирк. Что случилось?

– Я же сказала, всё хорошо. Ты вроде говорил, что мы завтра куда-то поедем? Куда? – она ловко перевела тему и заинтересованно посмотрела на Звягинцева. Тот уже сидел на стуле, откинувшись на его спинку, и сверлил её недовольным взглядом.

– Вот завтра и узнаешь. А сейчас иди сюда.

Он похлопал себе по колену, и Лена, молча встав, поправила полы халата, прошла, огибая стол, и села на указанное место. Альберт наклонился, целуя её в шею, вдыхая аромат кожи и сильнее прижимая девушку за талию рукой.

– Это моя бывшая жена, – тихо на ухо проговорил он, не прекращая поцелуев.

– Что?

Лена не сразу поняла, о чем он говорит, а когда поняла, замерла.

– Сегодня ты меня видела с бывшей женой, – повторил Альберт и почувствовал, как Лена почти незаметно выдохнула и расслабилась.

Ревнует? От этой догадки стало весело. Настроение поднялось. Она его ревнует! Ревнует того, кто, можно сказать, не дав выбора, заставил лечь с ним в постель. Странная женщина и в тоже время прекрасная. На душе так тепло стало. Его ещё никто никогда не ревновал. И это оказалось приятно.

– Я не