Сталь и шелк. Акт первый - Алиса Рудницкая

– Доброе утро, – садясь на постели и потягиваясь, сказала я. – Ты чего не спишь?

– Не привыкла я столько спать, – не отвлекаясь от бумажки, проговорила Яна. – Доброе утро.

– А что ты пишешь?

Вопрос был глупым, ответ на него я и так знала, но лучшего способа завести разговор на ум не пришло.

Яна просто поднесла листок к моему лицу и помахала.

–  Угадай с одного раза. Конечно возвращаю себе Фрая! Хорошо, что карандаш нашелся… Кстати, тут еще есть какие-то ленточки,  –  Яна открыла тумбочку и вынула запутанный клубок разноцветных атласных лент.  –  Сделаешь что-нибудь со своими волосами? Меня достала эта копна! Нет, красиво, конечно, но уж больно много ухода требует…

Я невольно улыбнулась и взъерошила свои короткие волосы. Понимаю, почему Яну достала моя коса. Без волос голове так… легко. Какое же все же странное чувство. Вроде и удобно – расческа не нужна, мыть наверняка проще – но страшно непривычно.

– Хорошо, – кивнула я, а потом с надеждой спросила, пересаживаясь к ней на кровать. – Значит, большой собак будет жить с нами? Ну, если мы, конечно, вместе жить будем. Он такой милый.

–  Большой собак? – Яна насмешливо приподняла бровь, что на моем лице выглядело немного непривычно. – Не издевайся над русским языком… Так, подожди-ка, а на каком языке мы вообще разговариваем?

– Разве не на искаре? – удивилась я, забирая у Яны ленточки. – А я еще думала, откуда ты знаешь наш язык? И почему все у вас там на нем говорят.

– Я как-то до этого момента и не задумывалась… Наверное,  здесь, в этом Междумирье, какой-нибудь великой магией организовано всеобщее понимание друг друга, на каком бы языке кто не думал и не говорил. Ну, а в наших мирах, допустим, знание вместе с телом сохранилось.

– Может, – не стала спорить я. – А теперь наклонись. Расчесать бы тебя, да вот где гребешок взять…

Стоило мне взяться за мои же волосы, как в дверь постучали. Я смутно припомнила, что вчера нам что-то говорили про переселение в другое общежитие. Хотя, на самом деле, я была готова провести в этой убогой комнатушке хоть всю оставшуюся жизнь, только бы не возвращаться домой и не видеть Хоука. Ох, Яна, как же я теперь ему в глаза-то смотреть буду?

– Мне открыть? – неуверенно спросила я, когда стук в дверь повторился. Все же Янка, даже в моем теле, была храбрее и сильнее меня.

– Сама разберусь,  – сказала подруга.

Она встала, подошла к двери и громко крикнула:

– Ну и кто там?!

– Извините, – раздался тоненький испуганный голосок. – Меня магистр ле Морта попросил всем сказать, что через десять минут нужно быть в главном корпусе академии. Сбор на первом этаже в общем зале…

– Пошли? – предложила я Яне. – Сейчас заплету тебе косу и пошли. А то знаешь… кушать хочется.

В животе у меня и правда было пусто, даже как-то болезненно. Покопавшись в памяти я поняла, что не ела как минимум с прошлого утра, когда проснулась в теле подруги. Пиво не в счет.

Янка плюхнулась рядом со мной, позволив закончить с ее волосами, и мы пошли. Благо одеваться не пришлось – спали-то в одежде. Умыться тоже было негде, причесаться – нечем. Мне даже начало становиться стыдно за наш помятый внешний вид. Однако как только мы вышли на улицу я выдохнула. Таких же помятых и потрепанных студентов как мы было немало. Это меня чуть успокоило.

Ну как успокоило. Какое там спокойствие, когда твоя жизнь так резко изменилась за каких-то два дня?! Внутри все бурлило от восторга и предвкушения, однако я как могла старалась скрыть это от Яны. Она не одобрит. Ей, кажется, вообще не особо нравится здесь – по крайней мере мне так казалось. Ну а мне…

...мне на самом деле было жутко любопытно.

Увязавшись хвостом за идущими к большому зданию студентами, мы вскоре оказались в том самом общем зале. Здесь уже толпился десяток вчерашних ребят, некоторых из них я даже узнала – например девушку в розовом свитере я уже видела. Благо, того жуткого типа, Фрино, пока еще не было.

Надеюсь, Яна больше ни с кем не подерется.

Хотя это и здорово. Даже завидно. Она за два дня успела побить в моем теле аж двух мужчин. Я что, действительно на такое способна? Я всегда думала, что если кого-нибудь ударю, то что-нибудь сломаю в первую очередь себе.

– Ян, слушай, – припомнив вчерашний рассказ подруги, вдруг дошло до меня. – А как ты вообще смогла из дома сбежать? Там же дворецкий… и служанки.

– А, сначала притворилась больной, потом, оставшись одна, сбежала через окно… ээ, еще я кое-что прихватила из кабинета твоего отца, – Яна отвела взгляд и быстро затараторила: – И, перепугала всех служанок. Но, думаю, ничего страшного. Блин, так пить хочется! Надеюсь нас тут и напоят, и накормят, и оденут – а то не могу же я все время ходить в этом дурацком платье!

– Я тебя понимаю, – вздохнула я. – Я бы с удовольствием поменялась. В брюках так непривычно. Я пыталась ходить в юбке… но твой друг заставил меня переодеться.

– Давай не будем про друга,  –  поморщившись, попросила Яна.  –  О, гляди, кажется Вальдор идет. Скажи, прикольный дядька?

– Уши у него какие-то странные, – пожаловалась ей я. – У людей таких не бывает. И вообще весь он странный, будто темным силам поклоняется.

Яна почему-то развеселилась.

– Ты что никогда про эльфов не слышала? В вашем мире нет легенд о дивных остроухих созданиях? Даже я, не любительница фэнтези, знаю. Но прикид у него, конечно, своеобразный...

– Прикид, – повторила я незнакомое слово. – Одежда?

Ответить Яна мне не успела. Вальдор протопал в центр зала и поманил студентов к себе. Мы подошли.

– Так, маловато вас что-то, – хмыкнул он. – Ну ничего, будет опоздавшим хороший урок – кто поздно встает, тому повар есть не дает. Все за мной. Сейчас позавтракаете и я отведу вас делиться на группы. Заявления на домашних животных с собой взяли? Давайте их сюда.

Янка тут же достала из выреза платья бумажку и