Полет в стратосферу. Полная версия книги - Гульнара Марселевна Ахметзянова

разбросанные в хаотичном порядке вдоль побережья. Лучи солнца отражались на небесно-голубой поверхности моря, не позволяя любоваться всем пейзажем без солнцезащитных очков. Взлетев, мы набрали высоту над акваторией Черного моря и сделав разворот, полетели над вершинами Кавказских гор. Горный пейзаж резко отличался от прибрежного. Между вершинами виднелись маленькие поселки и деревни, к которым вели узкие серпантины дорог, соединяя их с внешним миром. Чем выше мы взлетали, тем незаметнее становились рукотворные объекты. Едва ли можно было отличить общий фон городов, что оставались под нами. Зеленая поверхность Земли, голубые просторы неба и мы между ними летим на нашем прекрасном и уже таком родном самолете.

Глава 3

Мы подлетали к городу, когда попали в грозовое облако… Самолет раскачивало в разные стороны, дождь бил по корпусу с такой силой, будто на нас с неба падали камни. Алексей всеми силами удерживал штурвал и пытался установить связь с аэропортом города Нижневартовск.

– Диспетчер, ответьте! Мы попали в грозовое облако. Наши координаты…

Но нам не отвечали… До аэропорта оставалось больше ста двадцати километров, при таких погодных условиях мы не пролетели бы и половины пути. Вначале мы пытались набрать высоту, чтоб пролететь сверху шторма, но безрезультатно… Бортовой компьютер дал сбой и мешал нам облететь облака или поднять самолет до необходимой отметки.

– Диспетчер, ответьте! – В ответ мы слышали лишь помехи связи. – Диспетчер, вынужден идти на аварийную посадку. – Страх за свою жизнь и за жизнь любимого уже в полную силу бушевал во мне, но я старалась не показывать это.

– Анна, нам придется посадить самолет. Видимость нулевая, мы разобьемся если продолжим полет. – Сказал Алексей, сняв наушники, от которых все равно не было никакого толку.

– Да, хорошо. Я могу тебе чем-то помочь? – Я понимала, что сейчас самое лучшее, это размышлять без проявления эмоций, которые мне все равно ничем не помогут. Всеми силами я пыталась сохранять холодную рассудительность и не паниковать.

– Я подал сигнал бедствия! Надеюсь, кто-нибудь его получит. Посадка будет жесткая, пристегни ремни и крепче держись за штурвал. Мне нужна твоя помощь.

– Командуй!

– Будем снижаться вместе. Возьми штурвал. Снижаемся… Мягче… Не торопись… Выравнивай корпус! Держи штурвал крепче.

– Кажется, я вижу дорогу впереди! – Сквозь стену дождя, я увидела серую полосу асфальтированной дороги, которую окружали с двух сторон деревья.

– Молодец, это асфальтированная дорога, попробуем долететь.

Нас трясло, как на аттракционе в парке развлечений, с одним отличием: такого ужаса в парке аттракционов никто не испытывает. Единственное, что в этот момент было в голове: выжить! Было очень страшно, Алексей вновь надел наушники и продолжал делать попытки связаться с ближайшим аэропортом. По ту сторону была мертвая тишина. Мы были одни…

– Высота 500 метров… Держи штурвал! 350 метров… 200 метров… 100 метров… Выпускаю шасси. Анна, держись крепче!

Вибрация усилилась, я крепко сжала подлокотники кресла и зажмурилась. Резкий толчок означали, что мы сумели посадить самолет. Когда я уже подумала, что все закончилось и мы на твердой земле, в левое крыло ударила молния и двигатель загорелся. Огонь усиливался и подбирался к корпусу. Алексей пытался остановить самолет, мы съехали с дороги и в следующее мгновенье я почувствовала резкий удар и услышала громкий скрежет металла…

***

В книгах пишут, что люди видели свет, испытывали чувство умиротворения. Меня трясло от холода, и гул сирены заставлял открыть глаза. Мне не сразу удалось сфокусировать зрение, картинки расплывались, словно кто-то накапал краски в лужу воды. Постепенно четкость возвращалась. Первое, что я увидела: люди… Много незнакомых людей, все что-то кричали и носились из стороны в сторону. Затем я заметила около себя троих людей, двое из них осматривали меня, я перевела взгляд на третьего:

– Вы меня слышите? Девушка, вы меня слышите? – Голоса вначале сливались в какие-то непонятные далекие звуковые волны. Спустя какое-то время, возможность ясно слышать вернулась.

– Да!

– Вы помните, что с вами случилось? – Спросил мужчина в красной форме спасателей МЧС.

– Наш самолет… мы попали в грозу… Нам пришлось его посадить… – Я начала вертеть головой по сторонам, пытаясь понять, что вокруг меня происходит. И в этот момент я начала ощущать боль. Болело все тело, голова как будто стала тяжелее, мне не сразу удалось ее приподнять, чтоб осмотреться, но я сжала зубы и все же смогла это сделать.

– Не шевелитесь, у Вас могут быть переломы и сотрясение головного мозга. Сколько пальцев я показываю?

– Три.

– Отлично! А теперь следите за моими пальцами глазами… Хорошо. Взгляд фокусируется, реакция есть, зрачки расширены, одинакового размера. – Отчитался он двоим мужчинам в такой же форме. Один из них что-то записывал, второй в это время раскладывал носилки.

– Опишите пожалуйста, что где вы сейчас чувствуете боль?

– В груди, дышать больно, на животе, рука ноет, голова раскалывается.

– Я вам помогу, сейчас станет легче. Я введу вам сильное обезболивающее.

– Алексей! Где мой муж? – Моя память услужливо подкинула мне последние картинки, как мы терпели крушение, и меня вновь волной начал накрывать страх, но теперь за него!

– Пожалуйста, не разговаривайте!

– Но… Со мной был мой муж… – Я не понимала, почему его не было видно рядом со мной.

– Он здесь! Его сейчас осматривают врачи. Пока нет информации о его состоянии. Постарайтесь не двигаться, это может ухудшить ваше состояние!

– Я должна его увидеть… Пожалуйста! – Я пыталась пошевелиться, но мои усилия на деле не дали результатов, кроме еле заметных движений.

– Как вас зовут? Обратился ко мне другой мужчина.

– Анна. – Ответила я.

– Анна, меня зовут Рома. – Представился он, присев слева от меня. – Ваш сигнал бедствия был получен диспетчерами аэропорта, они сразу же связались со службой спасения, и мы вылетели в вашу сторону. По нашим расчетам, мы прибыли в течении двух часов после того, как ваш самолет совершил аварийную посадку и на высокой скорости врезался в гору…

– Где же мой муж? – Я перебила Романа, потому что мне сейчас был важен только Алексей, где он, что с ним.

– Его сейчас осмотрят, окажут необходимую помощь и подготовят к транспортировке, как и вас.

– Пожалуйста, дайте мне на него посмотреть! Я должна увидеть его! Должна! – В это время меня уже переложили на носилки и несли к вертолету. Я лежала укрытая одеялом и просила показать мне Алексея. Боль немного стихла, препарат начал действовать. Из глаз потоком катились слезы. Я уже не могла их сдерживать, из меня вырывались страх и отчаяние за наши с ним жизни.

– Мы Вам ввели успокоительное, когда Вы очнетесь, то уже будете в больнице. Мы сделаем все возможное,