Девиантное царство - Трейси Лоррейн

— О Боже мой, — шиплю я, молча ругая себя за то, что была такой жалкой.

Ты в безопасности. Ты дома.

Схватив свой телефон, виновник моего грубого пробуждения, я нахожу поток сообщений от Тео, и мне сразу вспоминается наш разговор.

В течение нескольких часов я говорила себе, что достаточно того, что Калли сказала мне, что с ним все в порядке.

Но, в конце концов, мое беспокойство плюс моя вина за всю ситуацию взяли верх надо мной, и я включила свой старый телефон, мои глаза расширились от огромного количества сообщений и голосовых, которые он оставил мне, когда я сбежала с новогодней вечеринки.

Я их не читала.

Ладно, это ложь.

Я прочитала только последние несколько, которые были видны на моем экране, когда я открыла наш предыдущий разговор.

Мое сердце гулко стучало в груди, а рука дрожала, когда голос Тео громко и ясно звучал в моей голове, когда я читала его слова.

Ты моя, Эмми. Ты можешь бежать, ты можешь прятаться, но в конце концов, я найду тебя, и я покажу тебе, где твое место.

Это была угроза, или, по крайней мере, я думаю, что это должно было быть, но ничто в его словах меня не испугало. Я не была уверена, было ли это потому, что то, через что я прошла за предыдущие двадцать четыре часа, было намного ужаснее, чем все, что мог сделать со мной Теодор Чирилло, или мне просто не хватало острых ощущений.

Наше короткое время, проведенное вместе в классе в Найтс-Ридж, кажется, что это было миллион лет назад. И после того, как я увидела, как он уходит от меня, обращаясь со мной так же, как я обращалась с ним несколько раз до этого, я не могу не втайне желать его.

Я всегда хотела того, чего не могу иметь.

Открыв чат, я прочитала сообщения, которые пропустила.

Его светлость: Какие у тебя планы на неделю?

Его светлость: Ты думаешь, что ненавидишь меня?

Его светлость: Я расцениваю это как «да». Или это, или ты слишком занята тем, что получаешь удовольствие, представляя, как я лежу здесь в своей постели с моим членом, умоляющим тебя…

Весь воздух вырывается из моих легких, когда я перечитываю это сообщение.

Он лжет.

Он, должно быть, лжет. Верно?

Я прикусываю нижнюю губу, представляя его посреди его черной спальни, его мускулистое тело, вытянутое на огромной кровати, и его пальцы, обхватившие его длину.

Меня охватывает жар, жидкая похоть наполняет мои вены и пульсирует в моем клиторе.

Его светлость: Я не собираюсь кончать. Я хочу твою руку, а не свою. Я хочу твое тело, а не холодные простыни, окружающие меня. Я хочу, чтобы твой злой, грязный рот говорил мне, что я недостаточно хорош, что я тебя не заслуживаю.

Мое сердце учащенно бьется, когда я улавливаю каждую частичку его уязвимости в этих словах.

Его светлость: Все, что ты сказала обо мне, правда. Но ты меняешь меня. Ты изменила меня. Я хочу быть лучше. Для тебя. Только для тебя. Всегда для тебя. Моя жена.

Мои глаза так широко раскрыты, что, клянусь, они вот-вот выскочат.

Я сбрасываю с себя одеяло, когда мое тело горит, и неверие омывает меня.

Я не могу поверить, что он действительно признает эти вещи о себе.

Его светлость: Я надеюсь, что ты уснула и что ты не просто игнорируешь меня, когда я истекаю кровью через телефон. Хотя, я не могу винить тебя, если ты читаешь все это и злобно хихикаешь, планируя лучший способ использовать это против меня. Если да, то сделай это. Я уверен, что Себ поможет, если тебе это нужно. Но если ты спишь и не замышляешь мое эпическое грехопадение, то я надеюсь, что ты спишь хорошо и тебе снятся все те ужасные вещи, которые ты хочешь, чтобы я с тобой сделал. Сладких снов, Мегера. x.

— Вау, — выдыхаю я.

Я на полпути к прочтению этого сообщения, предполагая, что мне все это померещилось, когда из моей двери раздается тихий стук.

— Эм? — Раздается голос отца.

— Да, я не сплю, — отвечаю я, с сожалением блокирую телефон и бросаю его обратно на кровать.

Пододвигаясь, я сажусь спиной к изголовью кровати, когда он входит.

— Привет, как ты себя чувствуешь? — Спрашивает он, его брови озабоченно хмурятся.

— Лучше, раз у тебя есть кофе, — говорю я, мои глаза следят за кружкой, когда она движется ко мне.

Он передает его, и я немедленно обхватываю его обеими руками и подношу к носу, вдыхая насыщенный аромат, когда он опускается на край моей кровати.

— Как у тебя дела? — Он спрашивает снова после того, как я делаю глоток, о чем я сразу же жалею, когда он обжигает кожу на моем языке.

— Я в порядке, — говорю я, но из-за боли в моем голосе мои слова звучат неубедительно.

— Эмми, тебе не нужно притворяться со мной. — Он обхватывает мою ногу своей гигантской, испачканной чернилами рукой и сжимает в знак поддержки. Я смотрю ему в глаза, когда эмоции и усталость, несмотря на то, что я только что проснулась, захлестывают меня.

— Д-да, я знаю, — выдавливаю я сквозь комок в горле, когда слезы обжигают глаза докрасна. — Просто… сейчас легче притворяться, понимаешь?

Его плечи опускаются в поражении, когда он слышит меня. — Черт, Эм. Мне чертовски жаль.

Слезы, наконец, наполняют мои глаза, когда я смотрю на расстроенное выражение лица моего отца.

В этот момент ясно видно, что он берет на себя вину за всю эту ситуацию.

— Папа, нет, — говорю я, наклоняясь вперед, ставя свою кружку сбоку и обнимая его за плечи и крепко сжимая его. — Ни в чем из этого нет твоей вины.

— Эм…

— Ты ошибаешься, — уверяю я его. — Мы ни в чем этом не виноваты.

Его тело содрогается рядом с моим, заставляя мою грудь болеть.

Мой папа — лучший человек, которого я знаю. Я ненавижу тот факт, что он страдает из-за моих глупых решений.

— Я говорил тебе, что это безопасно, что Волки не представляют угрозы. Если бы я не сказал тебе этого, ты бы не оказалась среди них.

— Я доверяю тебе, папа. Если ты говоришь, что они не были угрозой, то я верю, что ты действительно так думал. Они солгали тебе, и мы ничего не можем с этим поделать.

— Мне следовало быть более осторожным. Я не должен был верить Луису Чертову Вульфу на слово, когда он сказал мне, что