Кристалл памяти - Эра Шер

— И я о том же! — сказала я, обнадежённая тем, что получилось так легко его убедить — а теперь надо лишь захотеть проснуться, и мы сможем вернуться назад!-

— Ну… понимаешь… — замямлил вдруг Апчхи — тут леди Катарина любит меня, и ценит, а в жизни…-

— Ката ценит тебя! — горячо возразила я. И я говорила чистую правду, сердце Катарины было настолько огромным в плане любви, что хватило бы на этот мир и ещё тысячу таких, наверное.

— Сейчас всё внимание этому выскочке! — уныло воскликнул гном, и я готова была поддержать его досаду, ведь и мне не хотелось излишнего внимания от Каты в сторону чародея.

— Нет! — не очень уверенно сказала я, и неожиданно для себя склонилась чтобы обнять гнома за плечи — Катарина очень надеется на тебя, ты помогаешь нам, веришь в нас, ты ведь покинул отчий дом ради неё!-

— Думаешь? — с надеждой спросил он.

— Знаю, даже уверена! — улыбнулась я — скажи, что ты желаешь проснуться, потому что честное уважение от Каты намного ценнее фальшивой любви её двойника!-

— Ты права! — подмигнул Апчхи, и мне в глаза резко ударил свет. Мы с гномом уже лежали на той же земле возле водопада.

— Ну, надо же! — воскликнул дух, даже как-то ошарашенно — у тебя получилось!-

— Не ожидал? — усмехнулась я, поднимаясь на ноги.

— Нет, — честно ответил дух — ну, что следующий сон ждёт тебя!-

— Я пойду с тобой! — грозно сказал гном.

— Мы договорились с кошкой о том, что она одна будет будить своих друзей, — напомнил дух воды.

— Действительно Апчхи, — решительно сказала я — со мной всё будет в порядке, тебя же я разбудила, хотя это было довольно-таки легко! -

— Ну-ну! — хмыкнул Апчхи и я вновь шагнула в предоставленную мне духом дверь.

В этот раз я оказалась на улице, но на какой-то очень знакомой мне улице. В голове начали всплывать обрывки картинок, фраз. Старые дома, пекарня, сапожник Джейми Санчес.… И тут же воспоминания нахлынули на меня, не все, частями, как будто куски одной картины.

Я, совсем маленькая, иду вместе с родителями в гости к семейству Бруно. Папа отнёс свои сапоги на починку, мама купила мои любимые яблочные булочки… Я прижала пальцы к вискам, чувствуя, как закипает голова. Я действительно стояла прямо перед самым домом Катарины Бруно. На ослабевших ногах, я подошла ближе к дому и, поднявшись по ступенькам, дотронулась до двери. Запах блинов миссис Бруно хлынул мне в нос, и я слегка пошатнулась. Как же я скучала по этому аромату! Толкнув дверь, я обнаружила, что она не была закрыта, и я тихо пошла по знакомому мне коридору.

Фотографии с семейством всё так же весели на стенах. Я смотрела на двух маленьких девочек на одном из снимков. Одна была с золотыми глазами и с пушистыми волосами шоколадного цвета, а вторая с кошачьими зелёными глазами и с длинными черными волосами, обе улыбались. Глядя на этих давно чужих мне девочек, я почувствовала, как к горлу подкатывает ком. Вдруг захотелось побежать к себе домой и увидеть своих родителей, живыми! Пусть я плохо помнила себя, но точно была уверена, что моя семья делала меня очень счастливым ребёнком!

Но сейчас главное было не забыть, зачем я здесь. Ведь это всего лишь сон, прошлого не вернуть даже магам.

Набрав в лёгкие больше воздуха, как перед прыжком в воду, я пошла дальше и, подойдя к хорошо знакомой мне двери, застыла. Это была дверь в гостиную семейства Бруно. Там мы с Катариной играли, веселились, пели и танцевали. Снова вздохнув, я открыла эту дверь. Моему взору предстал диван с золотистым покрывалом, большой коричневый ковёр с красивой вышивкой и камин, горящий розовым пламенем. Его огонь освещал эти живые отрывки из моей памяти.

— Во имя кошачьего созвездия! — прошептала я, и одинокая слеза скатилась по моей щеке. Всё было настолько знакомым, настолько родным, что даже я, не очень сентиментальная девушка, не выдержала. Упав коленями на ковер, я мелко задрожала и обхватила себя руками. Вновь и вновь я осматривала всё близкое мне, и казалось, что и не уходила никогда из этого места, что не было смерти родителей, что не было колледжа! Ничего не было!

Вдруг я услышала, как кто-то весело смеётся! Я быстро встала и, стерев с лицо ладошкой слёзы, пошла на голоса.

— Дорогая, где же ты была всё это время? — спросил женский мягкий голос, и я сразу узнала его. Он принадлежал Хелен Бруно!

— Ох, мама, ты даже не представляешь, что мне и Лив пришлось пережить! — воскликнула Катарина.

— Моя маленькая девочка, — снова добрый голос Хелен — будешь ещё блины с клубничным сиропом? -

— Я так по ним соскучилась! — обрадовано вскрикнула Ката.

— Лив! — услышала я голос позади себя. Едва сдержав испуганный визг, я обернулась и увидела Яна Бруно, отца Катарины. На его лице было недоумение — почему ты не заходишь?-

— Я…я… — замямлила я, не зная, что ему ответить.

— Как ты выросла милая! Родители будут рады тебя увидеть! — улыбнулся мистер Бруно и, обняв меня за плечи, открыл дверь в столовую, где сидели Хелен и Катарина.

— Лив? — хором удивлённо спросили они.

— Добрый…добрый день миссис Бруно! — хрипловатым голосом сказала я, разглядывая красивую женщину. Светлые волосы были затянуты в тугой узел на затылке, золотые глаза по-доброму сверкали, прямо как у Каты. Не контролируя себя, я подошла к женщине, и дотронулась до её лица.

— Как по-настоящему, — прошептала я и тут же опомнилась — извините, мне что-то нехорошо!-

— Лив ты поешь? Я достану тебе яблочный джем! — улыбнулась Хелен.

— Спасибо, но я не голодна! — я подошла к Катарине и, взяв её под руку, вытащила из-за стола — мне с тобой кое-что обговорить надо!-

— Ладно! — как-то грустно сказала Ката и, улыбнувшись своим родителям, вышла со мной. Мы пошли в гостиную и сели на диван, Катарина сразу взволновано посмотрела на меня:

— Оливия, ты это видела? — держа меня за руку, громким шёпотом спросила она — я так рада, мне так хорошо Лив! Как будто ничего не было! Не было этих ужасных одиннадцати лет!-

— Как же ты права, — пробормотала я, и слёзы покатились из моих глаз, понимая, что и мне тяжело её убеждать в обратном. Но надо.

— Катарина, это всё ложь, иллюзия! Это невозможно, понимаешь? Они умерли Ката!-

— Нет! — зарыдала