Scherzo - Элисон Крафт

— Помощь — это не то, что мы делаем для других. В нас, как в зеркале, отражаются только проблемы смотрящего. Поняв это, можно придти к пониманию как преобразовать свои проблемы в энергию решения. Своими опытами никого ничему научить нельзя. Обучение происходит только через то, что человек сам являет собой… — она говорила очень медленно, подбирая слова.

— Так. Ты что-то узнала о нем, верно? Говори.

— Томмасо передал мне записку. Алекс хочет, чтобы я встретилась с его адвокатом, — и помолчав, добавила, — и хочет, чтобы я непременно оказалась в тайных живописных садах Ватикана. Адвокату я завтра позвоню.

— Что еще за хрень с адвокатом?! И что, ничего не написал о том, где он сам?

— Нет… Но я думаю, что ему пришло время все-таки спуститься… к истоку своих прежних проблем, чтобы он смог наконец их высвободить. Я знаю, не следует удерживать человека от дна, если он решает спуститься. Он решает это независимо от того, что кто-то сделает или скажет…

— Люси, мне всегда было трудно понять ваши отношения. И то, что ты говоришь сейчас это…

Люси перебила его:

— Я говорю только о том, что не следует вовлекаться в проблемы людей, которым вы хотели бы помочь. Душа — это механизм для приобретения опыта. Когда он это сделает, с ним все будет в порядке. Неважно, со мной или без меня.

— Так ты, что ли, знаешь, где он может быть?

— Нет. Но надеюсь, он там, где должен.

Видно было, что Сержио лихорадочно пытается осмыслить сказанное. Они смотрели друг на друга, ломали пиццу руками, молча ели и запивали вином. Зашел Томмасо с еще одним графином и присел рядом.

— Tommo, а ты знал, что наш пропавший друг когда-то соврал этой сеньоре, что знает меня, и мы якобы дружим больше двадцати лет? — резко поднял голову Сержио.

— Хотел, наверное, привлечь ее внимание. Ну это и понятно, я ж такой красавчик популярный, — Сержио действительно относился к своей популярности со здоровой иронией, — а потом, когда он попал в беду, она нашла меня и нагло спросила, как могу я быть не в курсе того, что происходит с моим другом… Вот тогда мы и познакомились. Благодаря этой ненормальной «друг нашел друга».

Наконец стало совсем тихо, ресторан опустел, пора было уходить. Они тепло попрощались с утомленным Томмасом и медленно двинулись в сторону отеля. Они не говорили об Алексе, хотя каждый напряженно пытался понять, что же произошло. Время от времени Люси, прерывая их невысказанные раздумья, называла что-нибудь особенно любимое из его репертуара и тогда Сержио напевал вполголоса пару строк.

Они почти приблизились к ярко освещенному входу.

— Все. Дальше не провожай. Иди спать. И передай привет семье. Я обязательно приеду к вам. Но после Садов. — Люси улыбнулась и приподнялась, чтобы поцеловать его в заросшие щетиной щеки.

Он потрепал ее по волосам и сказал:

— Почему-то я думаю, что ты знаешь где он и верю, что все с ним в порядке. Хотя иногда хочется тебя из-за него убить. Но я рад, что ты так странно явилась в моей жизни и я не хочу тебя потерять.

На ресепшн Люси попросила, чтобы из ее номера забрали еду, к которой она так и не притронулась:

— И еще, пожалуйста. Могли бы вы где-нибудь приобрести для меня купальник. Я хотела бы завтра в 7 уже плавать в бассейне.

В планах на утро у нее было не менее 2 км воды и полтора часа в спортзале, лучше с тренером, до изнеможения. Потом спа и массаж. Люси нажала кнопку лифта и тут же его двери бесшумно раздвинулись.

SCHERZO 15

15/// звуковая волна раскаляет порядок окружающего пространства, очищая кристалл вашей души и преподносит его в подарок миру

Музыка: Achraf Kallel/La Bohème

Она шла в самое сердце Рима. В пять часов утра по широкой и пустынной улице Примирения. В прохладе перламутрового утра площадь святого Петра была поглощена торжественной тишиной. Над ее головой растворялась таинственная, уже еле различимая прозрачно-голубоватая луна. И просыпающееся солнце своими тонкими серебряными, еще не согретыми, нитями-лучами ощупывало землю. Шаги приближали ее к границе Ватикана. Открывался вид на грандиозный Собор. За правой колоннадой Люси остановилась у Папского фонтана с четырьмя тиарами и ключами. Держала руки под тонкой прозрачной струей. И уже после поднялась по широкой, блестевшей от утренней росы, лестнице.

У входа ее встречал «человек в штатском», а не представитель папской гвардии «в полосатом», как она себе воображала накануне.

Итак, ей дано благословение, и она проведет здесь ровно сутки. Ее жизнь здесь начнется сегодня с шестичасовой трапезы в компании служителей, ухаживающих за садом. А в шесть утра завтрашнего дня закончится этот, казавшийся невероятным, эпизод ее жизни. Много лет ватиканские сады были ее тайной мечтой. Место мирского великолепия, создаваемое в течение нескольких веков теми, кто уже навсегда остался в его истории.

После завтрака Люси проводили к небольшому каменному зданию, скрытому в тихой атмосфере сада. Здесь находилось еще два таких же небольших дома, которые построил во времена своего правления Папа Пий IV, любитель паркового искусства. Встреча с нынешним Папой, конечно, здесь вряд ли состоится, но в жизни возможно всё.

Окно ее крошечной комнаты было распахнуто прямо в обильноцветущий сад. В этой его части много цветов было посажено в горшки, расставленные прямо на земле. И еще было много античных глиняных сосудов, разбросанных, казалось бы, в беспорядке, однако выглядящих гармонично и очень эллинистически.

Утро было еще свежо. И для намеченной длительной прогулки Люси надела толстый синий кардиган. Подумав, обмотала шею тонким шерстяным серым шарфом. Положила в глубокий карман плитку горького шоколада, горсть орехов, взяла тетрадь, справочник по истории Ватикана и вышла в сад. «Ватиканские холмы, я здесь для отдыха и созерцания», — мысли Люси текли плавно и наполняли всю ее звенящим предвкушением.

Она шла в южную сторону сада, защищенного от ветров каменной глыбой знаменитой стены, которая почти вся была теперь покрыта плющом сверху донизу. Садовники занимались своей привычной и как нетрудно было заметить, любимой работой. Погуляв пару часов среди экзотических растений, фонтанов и водопадов, Люси нашла себе уголок под прикрытием стены. Она просто сидела расфокусировав взгляд и отпустив на свободу всякие мысли…

Совершенно неожиданно она обнаружила стоящую прямо перед ее носом мужскую фигуру. Люси нехотя и медленно возвращалась в