Игра - Лорен П. Ловелл

Мы не останавливается, проходя комнату за комнатой. В каждой из них находятся разные люди, разного пола, и кто-то обязательно, иногда даже группа людей, смотрит на действия за стеклом, как на представление. Мы двигаемся все дальше по коридору, и, когда останавливаемся под вывеской "Подиум 3", я слышу жужжание галогенного светильника. Тобиас открывает дверь, и мы заходим внутрь. Белый, гладкий кожаный диван расположен в самом центре помещения, прямо напротив огромного окна. За стеклом находится маленький подиум с кроватью, на которую направлен яркий свет. Я перевожу взгляд на Тобиаса, и, конечно же, он не говорит ни слова, мужчина с равнодушным выражением лица смотрит на меня. Мой взгляд перемещается обратно к окну, именно в тот момент, когда спрятанная панель выезжает из двери, и две девушки входят в комнату. Когда они пересекают сцену, панель вновь скрывается.

Более высокая девушка - блондинка, одетая в красивое нижнее белье. У второй же черные волосы, золотистая кожа, а также на ней нет ничего, кроме стрингов. Обе ее руки и вся спина покрыты цветными татуировками. Блондинка соблазнительно взбирается на кровать, и ее глаза встречаются с взглядом Тобиаса, прежде чем она опускается на спину. Менее чем через секунду вторая девушка седлает ее, наклоняется и целует. Блондинка проводит руками по голой груди другой девушки, щипая за соски.

Длинные пальцы обводят округлости ее груди, и что-то сжимается в моем желудке, наполняя меня нервной энергией. Их языки сплетаются в агрессивной схватке, но одновременно это происходит с нежностью и чувственно. Есть нечто особенное в наблюдении за тем, как целуются две женщины, что-то более чувственное, чем такое же взаимодействие между мужчиной и женщиной, или, может быть, что-то более запретное. Каждое их движение идеально выверено, с целью произвести наибольший эффект, и от этого зрелища мое дыхание ускоряется. Блондинка проводит рукой по талии второй девушки, хватаясь за крошечную полоску стрингов и спуская их вниз по ее ногам. Темноволосая девушка обхватывает руку блондинки и опускает ее между своих бедер. Она стонет, и этот звук наполняет комнату через колонки за диваном. То, как соединяются их тела, это так прекрасно и сексуально. Девушка, сидящая сверху, откидывает голову назад, ее волосы эффектно рассыпаются темной волной по спине. Я ерзаю в кресле, крепко сжимая бедра, чтобы избавиться от ненужных желаний.

- Ты чувствуешь себя неуютно, Элла? - протягивает Тобиас рядом. Когда я поднимаю на него взгляд, то обнаруживаю, что все его внимание полностью сосредоточено на мне, он даже не смотрит на обнаженных девушек за окном.

Я сглатываю, мой взгляд возвращается обратно к происходящему окном, и я продолжаю наблюдать за этим с извращенным любопытством.

- Нет, - шепчу я.

- Ты хочешь быть на ее месте? - спрашивает он, его соблазнительный голос гипнотизирует меня.

- Почему? Неужели ты платишь ей два миллиона долларов? - я усмехаюсь, посмотрев на него.

- Второе нарушение.

Меня опаляет жар, и я отворачиваюсь, сжимая челюсть.

- Блять, - бормочу я.

- Такой грязный ротик у такой невинной маленькой девочки, - говорит он, и в его голосе проскальзывает нотка удивления.

- Я не невинная, - я вновь разворачиваюсь в его сторону.

Он усмехается и тянется к моему лицу. Его большой палец ласкает мою щеку, а взгляд опускается на мои губы.

- Ты красивая, когда краснеешь, - он наклоняется, его губы почти касаются моих. - И милая, когда пытаешься врать. - Я тяжело сглатываю, посмотрев на его рот. - А теперь следи за представлением, - говорит он, повернув мою голову к окну. Его рука отпускает мое лицо, и он откидывается назад, наблюдая, но не за девушками, а за мной.

Когда я вновь сосредотачиваю все внимание на происходящем, то обнаруживаю, что лицо темноволосой девушки находится между бедрами блондинки. Она улыбается, когда, дразня, проводит снова и снова языком по ее клитору. Мои щеки краснеют, и я вновь ерзаю в кресле, то скрещивая ноги, то ставя их прямо. Девушка, раскинувшаяся на кровати, выгибается навстречу ее движениям. Ее тело поглощено удовольствием. Ее щеки пылают, а пальцы запутываются в волосах. Из динамиков доносятся ее соблазнительные стоны и прерывистое дыхание. Каждый вздох, каждая тихая мольба отзывалась в моих ушах. Внизу живота зародились болезненные ощущения, опаляющие меня жаром потребности. Я хочу этого. Я хочу почувствовать прикосновения ее языка, это эйфорическое наслаждение, которое сейчас чувствует эта блондинка.

- Не прикасайся к себе.

Я почти подпрыгнула на месте от голоса Тобиаса, и посмотрела вниз, обнаружив собственную руку, лежащую на моем бедре, в то время как подол моего платья задрался угрожающе высоко. Я убираю руку, и он порочно мне улыбается, прежде чем положить свою ладонь на мое бедро, его пальцы впиваются в мою кожу. Я прикусываю изнутри щеку, пытаясь не двигаться или сжаться, когда его теплые пальцы скользят в легкой ласке по внутренней стороне моего бедра. Я ерзаю, шире раздвигая ноги.

- Наблюдай за ними, - приказывает он, придвигаясь ближе. Я делаю, как мне велено, подчиняясь приказу, как он и хотел. В это время темноволосая девушка уже глубоко погрузила пальцы в блондинку, издевательски медленно вводя и выводя их из нее. Пальцы моего спутника скользят выше, и я почти хнычу. Горячее дыхание ласкает мою кожу, а затем мои веки трепещут, когда он нежно касается меня губами.

- Тобиас, - выдыхаю я.

- Тебе что-то нужно, ягненок?

Схватив его за запястье, я поворачиваюсь. Его лицо так близко, а губы в расстоянии шепота. Я знаю, что он играет со мной. Знаю, что это лишь очередная игра, но я просто хочу его. Его лицо приближается ко мне, его рот оказывается возле моего.

- Ну? - его губы медленно касаются моих, он настаивает на ответе.

- Пожалуйста, - умоляю я, дрожа всем телом, пока пытаюсь заставить его прикоснуться ко мне, но у меня не получается. Я пытаюсь придвинуться ближе, прижать свои губы к его, но он отодвигается.

- Как бы мне ни нравилось слышать твои мольбы, ты получишь лишь то, что я даю, только тогда, когда я сам решу это дать, - он хватает меня за волосы, запрокидывая голову назад и прижимаясь своими губами к моему уху. - Как только ты захочешь этого, то считай,