Девочка с Севера - Анна Трефц

— Не поверишь, тока что притащился из командировки.

— Поздравляю с прилетом. Как погода в Лос-Анджелесе?

В ухе младшего потомка всех Доудсенов что-то хлюпнуло, потом меценат тихо спросил:

— Откуда ты знаешь?

— Хм… — Сэр Александр удовлетворенно улыбнулся. — Я долго размышлял, куда бы вы могли отбыть столь внезапно, и пришел к некоторым выводам.

— А башка у тебя варит, — после минутной паузы изрек Серж. — Что еще надумал? Впрочем, молчи, лучше при встрече. Вечером приглашаю тебя в ресторан.

— Уф… — выдохнул аристократ, понимая, что удивительным образом соскучился именно по ресторану. Все четыре дня он питался исключительно полезными продуктами, стороной обходя заведения массового питания, а теперь при одном упоминании о них у него засосало под ложечкой.

— И еще… я тут нашел для тебя работенку…

— В каком смысле? — удивился сэр Доудсен.

— В прямом! Моему другану нужна реклама в регионах. Ну, сам понимаешь, предвыборный год, лохадрон начинается…

— Что начинается в регионах?

— Да выборы грядут! — Серж расхохотался. — Типа честные, нужно деньги вкладывать в рекламную кампанию. Сложная схемка, но твоему предприятию в помощь. Так что выше нос, бизнесмен хренов!

— Я не могу понять, что нужно перевозить? Бюллетени?

— Какие еще, на хрен, бюллетени? Рожу евонную будешь перевозить!

— Прости меня, но я не понял, — Александр совсем растерялся.

— Ладно, не телефонный разговор. К тому же я уже приехал. Мне выходить надо, а не по мобильному трепаться со всякими англицкими щенками…

Сэр Александр положил трубку и улыбнулся.

***

Серж выглядел не слишком хорошо. Это молодой аристократ сразу отметил, едва опустился напротив него за столик в ресторане. Физиономия Боброва, еще неделю назад являющаяся рекламной этикеткой здорового и жизнерадостного человека, порядком осунулась и приобрела болотный цвет. Глаза налились красноватой усталостью и какой-то безысходностью. Он даже улыбался обреченно.

— У вас неприятности? — тихо спросил сэр Доудсен.

— У меня всегда неприятности, — буркнул меценат. — Неприятности — мое второе имя. И мой гребаный бизнес!

— Хм… — Александр принялся детально изучать меню, поняв, что лучше оставить плохое настроение его владельцу.

— Хватит хмыкать! — вдруг рявкнул Серж.

Англичанин вздрогнул. Вздрогнули и посетители ресторана за соседними столиками.

— Почему ты решил, что я летал в Америку?

Сэр Доудсен медленно поднял голову и внимательно посмотрел на сотрапезника:

— Я только предположил…

— То есть на понт меня взял? — так же неожиданно развеселился Бобров. — Смело! А почему предположил?

— Вы действительно хотите поговорить на эту тему?

— Если бы не хотел, то валялся бы ты сейчас в темной подворотне с простреленной башкой, — хмуро заметил Серж. — Валяй, выкладывай.

— Меня удивило ваше стремление отыскать что-то в гримерке артистки. Вас так поглотили поиски, что вы не слишком стеснялись покойной. А поскольку до вас кто-то уже обыскал гримерку, я предположил, что, движимый желанием найти что-то важное, этот «кто-то» наведался и в квартиру мертвой особы. И сделал это, по всей видимости, раньше вас. А раз вас постигла неудача в поисках в Москве, то вы, разумеется, захотели повторить попытку в Лос-Анджелесе в надежде, что искомый предмет остался там. Вот и все.

— Вот и все, — передразнил его Серж. — И что я, по-твоему, искал?

— Вот это уж мне не дано угадать. — Александр улыбнулся.

— Почему я тебе не верю?

— Потому что в данных обстоятельствах вы никому не верите.

— Черт! — Серж рубанул ребром ладони по столу. Бокалы подпрыгнули, жалобно звякнув.

На этот раз Александр, в отличие от остальных посетителей в зале, остался спокоен.

— Что тебе известно?

— Уверяю вас, ровным счетом ничего. Все это лишь умозаключения. Если человек столь лихорадочно что-то ищет, значит, он попал в ужасную ситуацию. Ему необходимо отыскать эту вещь, но у него полно конкурентов, а потому каждый ему видится врагом. Это нормально для охоты. Для любой охоты.

Собеседники надолго замолчали. Каждый думал о своем. И почему-то потомку всех Доудсенов совсем не хотелось знать, о чем думает Серж. Только после того, как официант уставил стол закусками, а Бобров к тому моменту выпил третью рюмку, разговор возобновился.

— У этой дуры был кулон, — мрачно изрек меценат.

Александр отправил в рот устрицу, блаженно закрыв глаза, проглотил и только после этого предположил:

— Верно, дорогой…

— Дороже его для меня ничего нет. Жуть какой дорогой, мать его!

— Теперь вам нужно его найти?

— А какого ляда тогда мне рыскать по всему белу свету?! — возмутился Бобров. — Делать мне, что ли, нечего?!

— Но кулон привлекает не только вас. И, судя по тому, что вы его и в Лос-Анджелесе не нашли, он в чужих руках.

— Жестоко с твоей стороны тыкать меня мордой в дерьмо. Найти бы этих гадов, что Ирму хлопнули!

— Вы полагаете, певицу убили из-за кулона? — Сэр Доудсен покончил с устрицами. От спиртного он категорически отрекся, а потому отхлебнул обыкновенную воду из бокала.

Что заставило Сержа брезгливо поморщиться.

— Еще бы! — с жаром ответил он. — Кулон одуренной цены. Из фамильной коллекции Николая II. Чуешь, сколько денег стоил?

— Думаю, немало. Зачем же она его носила?

— Да дура потому что! Я ей тыщу раз говорил: не таскай ты эту штуковину на шее — головы лишишься. Не послушалась.

— Кулон был вашим подарком?

— Нет, но этому человеку он очень нужен. А я с ним завязан, поэтому…

— Зачем Юрию Касальскому деньги в английской тюрьме? Кормят там, по слухам, бесплатно. Да и, скорее всего, его выпустят.

Серж, собравшийся опрокинуть в себя очередную рюмку водки, так и застыл, поднеся ее к губам. Когда шок частично прошел, он выдавил с трудом:

— От… от… откуда, мать твою, ты про Юрчика знаешь?!

— Хм… Не вы ли рассказывали мне о нем в самолете? — Александр улыбнулся, с удовлетворением отметив, что опять попал в точку. — Кроме того, пока вас не было в России, все газеты только и писали, что о последней связи Ирмы Бонд с бизнесменом Юрием Касальским, который задержан в Англии по подозрению в отмывании денег через британские банки. Вот я и подумал: странно, чтобы такому бизнесмену вдруг срочно понадобился кулон, пусть и очень дорогой.

— Гм… — Меценат медленно поставил рюмку на стол и задумчиво посмотрел на потомка английских аристократов. — А ты парень не промах. Шибко умный. И чертовски любопытный.

— Трудно не заметить то, о чем кричат на всех перекрестках. Даже если не имеешь на то большого желания.

— Допустим, — после недолгого размышления согласился Бобров. — Но ведь кулон этот Юрка тиснул у жены.

— Если Ирма носила кулон повсюду, не слишком разумно надеяться, что жена до сих пор не догадалась, куда он делся из ее