Его строптивая малышка - Саша Кей

Он разворачивает меня лицом к себе и прижимает к прохладному зеркалу спиной.

— Закинь на меня ножку Машенька, я возьму тебя стоя, — эта похабщина вызывает у меня румянец и острый прилив желания. Я слушаюсь, Данил подхватывает меня под колено, и, приставив к моей дырочке головку, впивается мне в губы поцелуем, чтобы выпить мой похотливый стон, который я не могу сдержать, когда он медленно входит в меня.

Это воспоминание проносится в моей голове за мгновение, Староверов внимательно следит за моим лицом. Нет никаких сомнений, что он напомнил мне тот эпизод специально.

Хочу сказать ему какую-нибудь гадость, но замечаю выпуклость на брюках в паху.

Значит, и у него были красочные воспоминания.

В какую игру ты играешь, Данил? Зачем ты дразнишь нас обоих?

— Ну, что? Ты согласна, что мне нет равных? — это звучит двусмысленно и самодовольно.

— Раз ты такой умный, скажи мне, зачем мне могло понадобиться тебя подставлять? Ты же сам говоришь, что сейчас ты мой единственный спасательный круг. В свете ситуации с неутвержденным макетом, я бы решила, что тут именно я — жертва подставы. Кто-то настойчиво хочет от меня избавиться. Возможно, твоя крыса хочет подобраться к тебе поближе, а я ей каким-то образом мешаю.

— Возможно, — соглашается он.

— Хорошо, — сдаюсь я. — У тебя есть какие-то доказательства моей вины?

— А я и не говорил, что подозреваю только тебя, — Данил садится напротив. Стоя перед ним, чувствую себя как нашкодившая ученица.

— Неужели? — усаживаюсь на свое место. — Надеюсь, я в приятной компании? Взять хотя бы автора твоего нового проекта. Полюбуйся.

Я разворачиваю свой ноут к Староверову.

А Данил пробежав глазами по моим заметкам, хмыкает:

— Ты же у нас — подающий надежды бизнес-аналитик в сфере информационной безопасности, если я не ошибаюсь?

Что-то мне нравится в его словах, но не могу сообразить, что именно.

— Это моя специальность.

— Из-за отца выбрала? — как бы невзначай спрашивает Данил.

— Ты знал отца? Работал с ним? — напрягаюсь я.

— Я не такой старый, Вика, — хмурится Староверов. — Но в некоторых кругах Юрий Долецкий — легенда.

Молчу, мне нечего сказать. Отец никогда не рассказывал о своей работе, скупо называя себя программистом. Лишь после его смерти, потратив много времени и сил, я выяснила, что за секретная работа у него была.

Не хочу об этом говорить, потому что не знаю, какие новые проблемы это мне принесет, мне и старых выше крыши.

— Я дам тебе задание, — видимо, почувствовав мое настроение, Данил меняет тему, но я понимаю, что он к ней еще вернется. Староверов никогда и ничего не делает просто так. Раз Данил упомянул моего отца, это что-то значит. — Я сброшу тебе контакт, ты сейчас поедешь к нему, и вы вдвоем попытаетесь разобраться в нестыковках этого проекта.

— Ты же мне не доверяешь, — удивляюсь я.

— Удиви меня, Вика. Но если тебе так спокойнее, службе безопасности я тоже дам поручение, — усмехается Данил.

Пиликает мобильник, я просматриваю сообщение от Данила, и от удивления у меня открывается рот. Я смотрю на контакт не верю своим глазам.

Да ладно? Он?

Глава 21. Все средства хороши

Недоверчиво перевожу взгляд с экрана телефона на Староверова.

А он явно проверяет мою реакцию.

Мне все больше кажется, что он только играет в такого сумасшедшего параноика, а на самом деле, с самого начала он исполняет одному ему известный план. Хладнокровно и неукоснительно. Мне скрывать нечего, но я чувствую, словно вокруг меня сжимается петля. Хотя, как говорится, если у вас паранойя, это не значит, что за вами не следят.

В последнее время ошарашенная происходящими в моей жизни событиями я перестала отслеживать причинно-следственные связи, и только сейчас, когда я вижу номер телефона и адрес своего преподавателя по спецкурсу, я понимаю, что вокруг меня закручивается что-то масштабное.

Следя за работой мысли на моем лице, Данил откровенно наслаждается моим шоком.

— Знакомые все лица, не правда ли?

— Дмитрий Алексеевич работает на тебя? — хмурюсь я.

— Дмитрий Алексеевич? Как официально. Раньше ты называла его прости Димой.

Да, Дима Коробов в недавнем прошлом аспирант старше меня всего на три года, поэтому быстро перешли на «ты».

— Скажем так, — все-таки Староверов соизволяет ответить на мой вопрос. — Мы сотрудничаем с Дмитрием в некоторых областях.

— Любопытно, — это действительно любопытно, и мне стоит поразмыслить об этом на досуге. Серьезно поразмыслить, учитывая всю историю наших с Димой отношений.

— Любопытно? И только? — удивляется Данил.

— А какую реакцию ты от меня ожидал? В нашем с ним знакомстве нет ничего противозаконного, он даже ухаживать за мной начал, только когда курс уже закончился.

— Даже так? Ухаживал? — напряженно переспрашивает Староверов. — А вот об этом я не знал.

Черт. Кто меня за язык все время тянет. Хорошо, еще про остальное не ляпнула.

— В общем так, задание остается прежним — езжай к Дмитрию и постарайся вместе с ним добыть как можно больше информации. Вечером доложишь.

— Мне вызвать еще одну служебную машину?

— Не стоит, в «Старз» я не афиширую, что привлекаю Коробова к работе. Возьми такси.

Прямо шпионские игры!

— Как идут переговоры?

— Пока все выглядит перспективно, но Лидия всегда берет паузу перед принятием решения. Думаю, что на более неформальной части встречи я сумею ее убедить.

— И как же ты будешь ее убеждать? — вырывается у меня. Спохватываюсь поздновато. Хочу подколоть, а сама веду себя как отвергнутый гарем.

Глаза Староверова смеются.

— Помнишь, как я убеждал тебя попробовать что-то новенькое?

Мои руки сами собой сжимаются в кулаки.

Я прекрасно помню его методы убеждения!

— Говоришь, что не хочешь пустить меня в свой аппетитный зад? — между поцелуями в шею переспрашивает у меня Данил. Его руки как раз мнут вышеупомянутую часть тела. Я сижу верхом на нем в джакузи, подставляя ему для ласк горло и грудь, и ему удобно дотягиваться везде.

Как бы ни было сильно во мне любопытство, но даже для моей неизбалованной киски его член слишком толстый, что говорить про мою девственную нерастянутую попку.

— Нет, к таким экспериментам я не готова.

Хмыкая Данил оставляет эту тему, продолжая увлеченно целовать горло, затем сгиб шеи, ласкать языком ушко, ловит мои губы своими.

Тягучий медленный поцелуй, полный обещания.

Чувствую под собой напряженный член и трусь об него, давая понять, что я уже совсем не против покататься еще разок.

А Данил, не обращая внимания на эти непрозрачные