Сказание о демоне - Айла Берен

— Стой! Глупый-глупый птенчик, ты же не умеешь летать!

Меня резко дернули за платье, прихватив волосы железной хваткой, за мгновение до того, как я едва не сорвалась в пропасть. Запаниковав, я сделала шаг назад. Этот голос… Значит, кошмар продолжается!

Я отпрянула, стараясь вырваться, но монстр не отпускал. В конце концов, я уперлась спиной ему в грудь. Тогда демон потащил меня обратно в пещеру и толкнул к холодной сырой стене.

— Здесь тебе будет безопасней. Полетать ещё успеешь, — прорычал он. — А сейчас лучше утоли моё л-любопытство! Оно п-п-просто с-сводит меня с ума!

Демон возбуждённо жестикулировал, расхаживая туда-сюда по гроту. Я же лихорадочно соображала, как выбраться живой и невредимой.

Когда демон, наконец, остановился рядом, я смогла как следует разглядеть похитителя. Длинный извилистый шрам, рассекающий густую черную бровь надвое. Смеющиеся узкие глаза, тонкие губы, искривленные в усмешке. Волосы собраны в высокий хвост, длинные пряди спадали ниже плеч. Чёрное кимоно украшали алые нити с узором из кленовых листьев.

— Чего вам всем от меня надо?! — не выдержала я. — Задавай свои вопросы и отпусти!

— Какая смелая! — рассмеялся демон. — Видишь ли, мой друг, Кагецуя… он не любит людей. И мне очень любопытно, как так вышло, что после встречи с ним ты осталась жива и невредима? А ещё после разговора с тобой он внезапно исчез, даже не предупредив меня. Так что же ты ему такое пропела, птичка?

— Он хотел меня убить, — сдавленно пролепетала я. — Но не стал, когда я сказала, что мне его жаль. Что он проклят бессмертием в мире ненавистных людей. Но Кагецуя лишь рассмеялся и ответил, что нашел долгожданный ответ. Вот и все, клянусь! Могу я идти?

Но демон приблизился вплотную, настойчиво тыча пальцем мне в лоб:

— Думай, птичка! Вспоминай точные слова!

Его лицо расплылось в безумной улыбке, а глаза совсем исчезли. Я в отчаянии выкрикнула:

— Я назвала это проклятьем — вечно жить среди ненавистных людей за злодеяния, что он совершил!

— Глупый птенчик! — взревел монстр и швырнул меня на пол. — Ты даже не представляешь, что натворила! Нет, ты не можешь этого понять, мерзкая тварь!

Он возбуждённо метался по пещере, то и дело поглядывая на меня с неистовой злобой. Я же испуганно жалась к сырой скале, не решаясь пошевелиться. Что я такого ляпнула? И как мне выбраться отсюда?

Демон в отчаянии вцепился себе в волосы, его глаза вспыхнули обсидиановой чернотой. Я в ужасе прижалась к скале, глядя, как он меняется, обращаясь настоящим чудовищем.

Кожа побледнела до трупной синевы, вздулись вены. Череп вытянулся, скулы заострились, раскрылась пасть с длинными клыками. Демон что-то бормотал, впиваясь пальцами себе в виски:

— Он может догадаться… Догадается… Уже догадался! Смотри, что ты натворила! — взревел демон, подскочил ко мне и, схватив за волосы, поволок к обрыву.

Я визжала и царапала каменный пол грота, но демон продолжал тащить меня за собой как тряпичную куклу. Земля ушла из-под ног, и я зажмурилась, предчувствуя скорый конец. В последнем усилии я вцепилась мёртвой хваткой демону в запястье…

— Постойте! — в ужасе закричала я, глядя в зияющую бездну.

— Пора полетать, птенчик! Расправь крылышки! — расхохотался демон, вытянув руку над пропастью.

— Что я сделала?! Скажите! — взмолилась я, пытаясь хоть как-то отсрочить неминуемое.

Демон приблизил меня к себе, и я почувствовала его дыхание на коже:

— Знаешь… За то, что ты натворила, просто убить тебя на месте — слишком просто!

И он швырнул меня обратно в пещеру. Я ударилась о камень, едва оставшись в сознании. Долго лежала, пытаясь сделать один единственный вздох.

Хохоча и потирая рук, монстр наблюдал за моими страданиями. Шаг за шагом он обретал прежний облик. Когда демон присел передо мной, от звериной сущности остались лишь дикие горящие глаза.

— Знаешь, зачем демоны убивают людей? — спросил он, облизнувшись, и приложил палец к губам, стоило мне открыть рот. — Тссс! Думаю, кое-что ты знаешь о нас, демонах… — и он снова схватил меня за волосы. — Но не всё. Убив человека, мы забираем его душу, силы, чтобы продлить собственную жизнь. Выгодно, правда?

Я в ужасе замотала головой. Демон наклонился еще ниже, пытаясь заглянуть мне в глаза. Я отвела взгляд.

— А знаешь, зачем убивают бессмертные? Вроде меня? Ради удовольствия! Это доставляет наслаждение — наблюдать, как угасает жизнь, слушать предсмертный хрип… Ощутить аромат теплой крови…

Он с восторгом облизнул губы длинным багровым языком. Я едва смогла выдавить сквозь сдавливающие рот пальцы:

— Что… что я сделала?!

Демон гневно сплюнул и отпустил мои волосы. Я сжалась, ожидая новых мучений. Но он лишь тяжко вздохнул и заговорил:

— Мой друг Кагецуя когда-то был богом. Но совершил ошибку — его изгнали и превратили в демона. Он страстно мечтает вернуть божественность. А ты, тварь, подбросила ему идею, как этого добиться! Он мне нужен, слышишь?! Нужен!

После этих слов монстр вцепился мне в горло и принялся колотить об каменную стену. С каждым ударом он вскрикивал все громче:

— Нужен! Нужен!

В глазах темнело — еще немного, и он убьет меня в безумном порыве ярости.

— По…жалуйста!.. — прохрипела я из последних сил.

Глава 14

— Нобору! — прогремел голос у входа в пещеру, и демон остановился. Удары прекратились, и я немного перевела дух.

Демон же вскочил и бросился к выходу:

— Кагэ! — радостно выкрикнул он.

На пороге выросла фигура, подсвеченная ярким солнечным светом — то был Кагэцуя, из-за которого я уже не раз избегала смерти.

— Что здесь происходит? — спросил он холодно. — Зачем ты притащил сюда «это»?

Нобору смутился:

— Т-ты исчез, ни слова мне не сказав, — забормотал он. — Я забеспокоился и подумал, что эта девушка поможет мне отыскать тебя. Кагэ, куда ты запропастился?

Кагэцуя фыркнул с раздражением:

— Я навещал старого друга, между прочим.

— Д-друга? Но как?! — удивился демон. — Разве у тебя есть ещё друзья? Я-то полагал, что после предательства остался лишь я, твой единственный и преданный друг! Ты же помнишь, как они поступили? Помнишь?!

Кагэцуя лишь презрительно скривил губы и бросил на меня холодный взгляд.

— Помню и очень надеюсь, что ты останешься моим другом, Нобору. Ты же не предашь меня? — Кагэцуя прищурился и нахмурил брови.

Нобору заволновался:

— Нет! Как ты можешь так говорить! — чуть не дрожа пролепетал Нобору. — Меня обижают такие слова…

Между ними повисло напряженное молчание. Кагэцуя смотрел исподлобья, мрачнея с каждой секундой.

Наконец Нобору решил сменить тему:

— Что мне делать с этой девчонкой? — он ткнул в меня пальцем.

— Мне плевать! —