Королевство проклятое и пустое - Стейша Старк

Я бы работала с тем, что у меня есть.

— Ты не можешь сказать мне, где песочные часы. Но кто еще знает эту информацию?

Гордость вспыхнула в его глазах, хотя лицо оставалось бесстрастным.

— Твои братья к этому времени уже будут в землях фейри. Завтра я должен получить сообщение от Марта, поэтому я предлагаю тебе добавить сообщение для него, чтобы передать его своим братьям.

Потому что они могли бы узнать информацию, которую Лориан не мог мне рассказать. Не предав своего брата.

В груди у меня все сжалось, и я заставила себя сделать глубокий вдох.

— Я так и сделаю.

— Тебе нужно немного поспать, — сказал Лориан, все еще изучая мое лицо.

— У нас тренировка утром.

— Что ты имеешь в виду?

— Галону не понравится, что ты не тренировалась. Тебе пора возвращаться к форму. Я пока возьму это на себя.

Я не хотела быть так близко к нему. Если бы я сказала ему это, Лориан только посмеялся бы надо мной. Или одарил меня своим пустым взглядом, возможно, с приподнятой бровью, которая приглашала меня спросить его, не все ли ему равно.

— Прекрасно.

Он кивнул, повернулся и зашагал прочь.

Я смотрела ему вслед достаточно долго, чтобы он, вероятно, почувствовал на себе мой взгляд. Мой взгляд скользнул вниз к его заднице, и я развернулась, снова повернувшись лицом к воде.

Разберись в этом.

Это был не первый раз, когда он произносил эти слова. Он сказал то же самое, когда согласился притвориться, что мы уже были союзниками до встречи с королем. И когда я спросила его, почему он решил отвезти меня прямо в лагерь гибридов, он сказал мне, что я не готова к этому разговору.

Я могла бы обвинить Лориана во многих вещах, но я никогда не смогла бы обвинить его в том, что он не хочет, чтобы я была слабой. Снова и снова он настаивал, чтобы я научилась владеть своей силой, тренировалась защищать себя физически и побеждать свои страхи. Он постоянно подталкивал меня к тому, чтобы я добивалась большего. Была лучше. И даже сейчас, когда пепел наших отношений покрывал землю между нами, он по-прежнему следил за тем, чтобы у меня была каждая крупица информации, необходимая для принятия наилучших решений для моих людей.

Мои глаза горели. А потом я шагала обратно к нашему костру, обратно к принцу фейри, который все еще заставлял меня сомневаться во всем. Я не хотела его. Смирилась с тем фактом, что он был для меня ядом. И все же.

Он поднял голову, и его пристальный взгляд пригвоздил меня к месту. Его глаза… боги, его глаза светились сдерживаемой силой, и крошечные искры выступили на его коже. Я могла чувствовать эту силу отсюда, она касалась меня, как сытая кошка.

— Почему, Лориан?

Его глаза закрылись.

— Мой народ в долгу перед вашим.

— Это единственная причина?

Тишина.

Покачав головой, я открыла рот, чтобы надавить на него еще сильнее.

Звук, который исходил от него, был гортанным — наполовину рычание, наполовину стон. В одном из своих слишком быстрых, чтобы разглядеть, движений он внезапно снова оказался передо мной. Он уткнулся лицом в мою шею, и я вздрогнула, когда щетина на его подбородке царапнула мою кожу.

Еще. Я хотела большего. Я всегда хотела, когда дело касалось этого мужчины. И именно это делало его таким чертовски опасным.

Я сглотнула комок, который в данный момент прожигал дыру в моем горле.

— Это никогда не сработает. Ты и я. Мы обречены. Ты это знаешь.

Он вздохнул, и я закрыла глаза, наслаждаясь ощущением его дыхания на своей шее.

— Я знаю.

Он медленно отстранился.

— Но это не значит, что я не буду желать тебя с каждым гребаным вздохом всю оставшуюся жизнь.

Слуги думали, что мальчик не мог слышать их шепот. Думали, что он не мог слышать то, что они говорили.

— Он не должен был выжить, — пробормотали они.

— Возможно, нам следует считать себя счастливчиками, что большая часть его силы была забрана, — прошептал мужчина.

Мужчина, который когда-то был другом отца мальчика.

Мальчик медленно повернул голову и позволил ему увидеть, что он услышал. Просто чтобы он мог увидеть страх, промелькнувший в глазах мужчины.

— Возможно, нам следует… — пробормотал другой, и одно из заостренных ушей мальчика дернулось — достаточно, чтобы дать понять, что он слушает.

Группа придворных зашагала прочь.

Ещё несколько дней он остался совсем один. Его няня не простила себя за то, что заснула той ночью, и стала вялой и замкнутой.

И вот однажды, когда он сидел под столом на кухне, гладя кухонного кота, он услышал два слова, от которых у него перехватило дыхание.

— Ваше величество, — сказал один из поваров.

Мальчик судорожно вздохнул. Его отец был жив. В конце концов, они были неправы. Он рассказал им. И если бы его отец был жив, его мать тоже была жива. Его отец защищал бы ее до последнего вздоха. Его грудь расширилась, а щеки напряглись, когда незнакомое выражение появилось на его лице.

Улыбка. Вот на что похожа улыбка. Это было так давно, что он забыл.

Выбираясь из-под стола, он издал ликующий смешок.

— Папа!

В комнате воцарилась тишина. Конрет встал перед ним. И слуги поклонились. Не отцу мальчика, а его брату.

Новому королю фейри.

Краска отхлынула от лица Конрета, хотя его глаза заблестели.

— Нет, Лориан. Это я. Теперь только ты и я.

Лориан получил свое письмо от Марта на следующее утро, а я отправила Тибрису собственное письмо, тщательно написанное нашим кодом. В нем я попросил его расшифровать письмо для Демоса, и чтобы они оба сделали все возможное, чтобы найти местоположение песочных