Насмешка Купидона - Алекс Джиллиан

— Теперь уже и не будет, — Фей отвернулась, сделав вид, что не заметила моего намека.

— Тебе нужно уехать на пару дней, — смягчившись, произношу я, глядя на застывший профиль любимой. — Я договорюсь с твоим директором. Он даст тебе неделю отпуска. Лучше вылететь сегодня, Фей. Я оплачу все расходы. Прости, но с тобой не смогу.

— Я не прошу тебя ни о чем. И мне не нужны деньги. Я работаю вообще-то и получаю зарплату.

— Я закажу и оплачу билеты и гостиницу. Это не обсуждается, — твердо отрезаю я.

— Мне плевать. Делай, как хочешь. Я устала с тобой спорить, — она отрешённо качает головой. Схватив Фей за локоть, я разворачиваю ее к себе.

— Не говори так со мной. Я исправляю твои ошибки, забочусь о тебе.

— Обо мне ли? — горько спрашивает она, поднимая на меня взгляд, полный боли. — Или о своей чертовой репутации, которой нельзя быть замаранной в истории с наркотиками и трупами.

— Ты и правда так думаешь? — я смотрю в ее глаза, замечая, как выражение гнева и душевной муки сменяется раскаянием. Она сдается и утыкается лбом в мою грудь, позволяя мне обнять ее.

— Прости, — шепчет она. — Это все шок. Прости за то, что впутала тебя в это. За Кайли. Я не знаю, зачем… Она говорила разные вещи о тебе, и я… Было ли все результатом моей обиды и ревности, или попыткой причинить боль тебе сейчас уже трудно сказать. Не понимаю, вообще, как так вышло. Зачем я с ней общалась, как дошло до того, что…

— Хватит. Не надо мучать себя, Фей. Я не злюсь, — мягко обрываю ее я, качая в своих руках, как ребенка. — Ты отдохнёшь и когда вернёшься, все будет по-другому. Мы начнём все сначала. Больше всего на свете я боюсь потерять тебя, Фей. Я люблю тебя так сильно, малышка. Так чертовски сильно.

— Тогда женись на мне, Джером, — она поднимает голову, и мы смотрим друг на друга вечность. Потом я беру ее лицо в ладони и нежно целую.

— Хорошо, — киваю я, ощущая, как внутри растекается горячая волна нежности. Возможно, для меня это единственный шанс, чтобы сохранить ее рядом. Лиен, Кайла… Я не хочу, чтобы имя Фей стало следующим в списке.

— Пообещай, что не станешь связываться с Заком. Не будешь мстить ему, — просит Фей, и как обычно имя ублюдка вызывает во мне волну ярости.

— За кого из нас ты боишься?

Она толкает меня в грудь, но я настойчиво привлекаю девушку обратно, целуя в затылок.

— Все, малышка, — шепчу я. — Прости. Дурацкий вопрос. Не волнуйся, я не собираюсь устраивать бои без правил. Он не боится физической боли. Я найду другой способ.

— Ты не понимаешь… Он опасен.

— Я тоже, Фей.

Она крепче прижимается ко мне, обнимая за плечи и вставая на цыпочки, нежно целует в губы.

— Я хочу в Париж, — шепчет она. Я улыбаюсь, убирая пару локонов за ее аккуратное ушко.

— Сейчас распоряжусь. Но я думаю, что тебе лучше поспать пару часов. Как насчет второй половины дня?

— Нет. Не могу спать. Может, удастся вздремнуть в самолёте.

— Хорошо, я все организую.

Фей порывисто обнимает меня, словно пытаясь слиться воедино. Ее ладони зарываются в мои волосы.

— Береги себя, Джером. — с примесью отчаяния умоляет она и оставляет на губах горький поцелуй с соленым привкусом слез и крови. — Для меня.

В десять утра я уже в офисе. Провожу внеочередное собрание руководителей отдела, раздавая распоряжения и подводя итоги отчетного периода. Безумная ночь дает о себе знать рассеянной концентрацией внимания. Я не собран, вспыльчив, не способен формулировать мысли связно и отчего еще сильнее раздражаюсь. Ни кофе, ни энергетики не помогают. Тяжёлое предчувствие и неистребимое ощущение тревоги уводят мои мысли прочь от обсуждаемых вопросов. Я беспокоюсь о Фей и не могу сосредоточиться ни на чем другом. Голова пульсирует от разрозненных дум и нарастающей мигрени. Моя жизнь превращается в хаос, и я не знаю, как остановить запущенный процесс. Как снова обрести почву под ногами, почувствовать уверенность в том, что я делаю.

Несколько деловых встреч после собрания проходят как в тумане. Я говорю, действую, двигаюсь, как заведенный идеальный солдат, но это лишь внешний эффект. Внутри меня ад и пустыня. В три часа дня мои физические и моральные силы на исходе. Я сообщаю временному заместителю Кайли, что собираюсь покинуть офис раньше, и в этот момент без стука в дверях появляется Зак Морган. Он невозмутимой походкой приближается к столу и разваливается в кресле, игнорируя мой свирепый взгляд.

— Привет, кузен, — ухмыляется раздражающий объект, в свою очередь изучающе рассматривая меня. — Дерьмово выглядишь. Тяжелая ночь?

Мою челюсть ломит от напряжения, кулаки, лежащие на столе, сжимаются до хруста. Он, несомненно, замечает, насколько я рад его визиту.

— Не помню, чтобы тебе было назначено, — грубо отвечаю я.

— Похоже, ты уже в курсе новостей, да? — задумчиво спрашивает он, скользнув по мне холодным взглядом. — Сразу говорю, что я не при делах. Твоя секретарша оказалась не таким уж крепким орешком, как мы оба думали. Копы уже были у тебя?

— Что им тут делать? — бесстрастно спрашиваю я.

— Ну, как же, ты работодатель. А твою подчинённую находят мёртвой в гетто, причем сразу после скандала в сети с ее порно-видео, — прищурив глаза, он выжидает, наблюдая за моей реакцией. — Ты не в курсе, да?

— Может, просветишь?

— Тело Кайли обнаружили утром. По предварительной версии причиной смерти является инфаркт. Представь себе? В таком-то юном возрасте. Сердце не выдержало боли и позора, — еще одна ядовитая ухмылка раздвигает губы ублюдка.

— Ты подонок, Зак, — ледяным тоном сообщаю я. Но для него это не новость. Уверен, он даже гордится собой. — Если думаешь, что сможешь и дальше безнаказанно ходить по земле, то глубоко ошибаешься.

— И кто же меня накажет, Джером? Ты? Или Бог? Ты веришь в Бога? До сих пор? После стольких лет, что провел в нашей верующей семейке? — резкий смех разрезает обличающий монолог. — Лицемер. Ни во что ты не веришь.