Наглый роман - Ния Артурс

Вся кровь отливает от моего лица. — … Кухонное оборудование?

Он обходит стол, ставит тарелку с цельнозерновыми блинчиками и щиплет меня за щеку. — Не волнуйся. Я бы никогда не стал рыться в твоем ящике с нижним бельем. Я уже видел тебя в нижнем белье и все равно предпочитаю тебя голой.

Я прищуриваюсь и готовлюсь к драке с ним, когда раздается стук в дверь.

Хадин возвращается к приготовлению пищи, все еще тихо смеясь.

Я тычу в него пальцем. — Я сейчас вернусь. Держись подальше от моей спальни.

Джунипер у двери. На нем еще одна шелковая рубашка с рисунком в виде золотистого дерева. Его дреды собраны сзади в хвост, обнажая выбритые волосы по бокам. Его темные глаза напряжены, даже когда он улыбается мне.

Я указываю на его рубашку. — Ты не так застегнул пуговицы.

— Что? — Хрипит он. Затем опускает взгляд и чертыхается. — Дай мне секунду.

— Все в порядке? — Я внимательно наблюдаю за ним. Теперь, когда я смотрю, я замечаю, что его дреды перевязаны резинкой. Джунипер ненавидит использовать резиновые ленты в качестве резинок для волос, утверждая, что это ‘гетто’.

— Не беспокойся обо мне. — Он разворачивается, выглядит более собранным, но все еще немного расстроенным. — Ты вчера подал сигнал SOS. Что случилось?

Я кладу руку на живот. Как мне сказать ему, что я беременна, а отец — Хадин?

— Э-э…

— Доброе утро, Джунипер! — Хадин зовет из кухни.

Глаза Джунипера удваиваются в размерах. — Это что… — Он указывает пальцем и направляется к Хадину.

— Я могу объяснить. — Я плетусь за ним.

Широко улыбаясь, Хадин ставит на стол тарелку с беконом из индейки. — Хочешь позавтракать с нами? Я испек блинчики.

Взгляд Джунипера скользит по мускулам Хадина, прежде чем вернуться к его глазам. Он поджимает губы и издает звук “мм-хм", который знает каждая чернокожая мамочка.

— Ваня, я могу поговорить с тобой наедине? — шипит мой менеджер.

Я поджимаю губы и следую за Джунипером по коридору в свой кабинет, как ребенок, которого застукали за рисованием из баллончика за школьным спортзалом.

В моем офисе светло и много окон. Естественный свет проникает внутрь как из ведра. Бирюзово-зеленые стены и пастельные цветы дополняют пляжную тематику. Мои кулинарные книги гордо выставлены на книжных полках от стены до потолка, а компьютер — это все, что стоит на белом регулируемом письменном столе.

Джунипер захлопывает дверь бедром. — Поговори со мной.

— У Хадина небольшие проблемы с семьей. Он останется здесь до открытия банков в понедельник и сможет разобраться в себе.

— У мистера Кена нет других друзей, у которых он мог бы остановиться?

Я быстро моргаю. — Это всего на несколько ночей.

Джунипер выходит вперед. — Могу я напомнить тебе, что ты должна разводиться?

— Я не забыла. — Я потираю лоб. Это было все, о чем я могла думать прошлой ночью, когда изо всех сил пыталась заснуть.

Мы с Хадином не можем оставаться в браке. Мы не подходим друг другу ни в каком смысле, ни по форме, и рождение общего ребенка этого не изменит.

— Уже сейчас трудно представить доказательства расторжения брака. Если вы живете с ним, это усложнит рассмотрение дела.

— Я же говорила тебе. Он скоро уезжает. Пока он здесь, мы не будем путаться друг у друга под ногами.

— Он стоит голый на твоей кухне и готовит тебе бекон! — Джунипер огрызается.

— Полуголый, — защищаюсь я, как будто это что-то меняет. — И это бекон из индейки.

— Послушай, у меня уже есть юрист, который работает над твоим делом. Он взволнован больше, чем шопоголик с черной карточкой. По его словам, то, что вы с Хадином не подписали брачный контракт, означает, что вы можете иметь право на половину его имущества. Это большое дело. Очень большое дело.

Я морщусь. О, бедняжка Джунипер.

Он изучает меня. — Почему ты не в восторге? Ты что, не знаешь, сколько стоит семья Маллиз? Даже четверть такой суммы может обеспечить тебя на всю жизнь.

— Жаль разочаровывать, но по состоянию на вчерашний вечер, Хадин Майкл Маллиз стоит вот этого. — Я складываю руки в круг.

— Предполагается, что это признак банды?

— Его уволили, Джунипер. Он больше не наследник империи Маллиз.

— Скажи еще раз? — Улыбка расплывается на лице Джунипер.

— Хадин разорен. — И, зная, какой он упрямый, он никогда не уступит своему отцу, чтобы вернуть свой доступ.

— Но… но… — Джунипер достает дизайнерский носовой платок и промокает свой темный лоб. — Это невозможно.

— На данный момент у меня больше прав, чем у него.

— Это значит, что… при разводе… он получит половину твоего имущества…

Мой взгляд устремляется к Джуниперсу. — Вот дерьмо.

— Что ты собираешься делать?

Я падаю на свой стол и прикусываю нижнюю губу. Мои счета растут каждый месяц, и будет еще хуже, когда появится ребенок. Я вложила почти все свои деньги в бренд Vanya Scott в качестве страховки на тот день, когда моя карьера модели рухнет. И я никогда не ожидала, что этот день наступит так быстро.

— Давай сделаем это. — Я отталкиваюсь от стола. — Пока я не собираюсь разводиться.

— Ты уверена? Есть вероятность, что это просочится в СМИ. Если вы связаны с ним в глазах общественности, это не вычеркнешь из записей. — Джунипер чешет шею.

Я замечаю нервный тик и хватаю его за руку. — Ты в порядке? Ты сам на себя не похож с тех пор, как попал сюда.

— Это… — Он тяжело сглатывает. — Мне только что позвонили. Прошлой ночью у моей мамы случился инсульт. Она хотела скрыть это от меня, поскольку я так далеко, но мои братья рассказали мне.

— Джунипер, — мои глаза расширяются, — тогда тебе не следовало быть здесь. Ты должна быть с ней.

— Я ничего не могу поделать.

Я беру его за обе руки и подношу их к своему подбородку. — Я знаю, каково это — потерять мать, и хотя я ненавидела каждый момент, когда моя мама болела, я не жалею, что была рядом с ней. Я бы ни за что на свете не променяла эти моменты.

Его глаза затуманиваются. — Столько всего происходит с твоей свадьбой в Вегасе, разводом, брендом Vanya Scott. Позже сегодня у тебя будут съемки на Гавайях. Я не могу оставить тебя прямо сейчас.

— Я справлюсь сама.

— Ваня.

— Иди. — Я открываю дверь и подталкиваю его к выходу. — Иди, побудь со своей мамой.

— Позволь мне вызвать замену. Тебе понадобится ассистент, пока меня не будет.

— Ты куда-то собираешься? — Спрашивает Хадин. Он прислоняется к кухонной стойке, во рту у него, как сигара, покачивается ломтик бекона из индейки. Он все еще не надел рубашку, и его длинная худощавая фигура выглядит особенно великолепно, когда он расслаблен.

— У него неотложные семейные дела. Я буду одна несколько дней, — объясняю я, все еще пытаясь выпроводить Джунипера из дома.

— Может, мне не стоит. — Джунипер упирается. — Мне не нравится идея оставлять тебя