Наглый роман - Ния Артурс

— Чай? — Она протягивает пальцы.

— Апельсиновый сок. — Я протягиваю ей бутылочку с желтой жидкостью. — Витамин С полезен для тебя и ребенка.

Ее глаза выпучиваются, и она набрасывается на меня, закрывая мне рот рукой, отчего сок выплескивается на пол.

Я чувствую запах ее духов. Легкий цветочный аромат, от которого мне хочется затащить ее в темный угол и целовать до тех пор, пока она не вспомнит все, что я делал с ней в Вегасе. Желание застает меня врасплох, и я убираю ее руку со своего лица.

— Что? — Я рычу, недовольный тем, что я горячий.

— Ты не можешь просто выкрикнуть это, — шипит она, бегая глазами взад-вперед. — Я бы хотела продолжать работать, пока не начнет показываться живот.

Я уважаю ее пожелания и понижаю голос. — Как долго ты планируешь работать?

— Я не знаю. Столько, сколько захочу.

— Тебе не следует носить каблуки, когда ты беременна. Это вредно для твоих суставов.

Она смотрит на меня так, словно я начал петь на древнем языке. — Ты это выдумал?

— Конечно, нет. Я провел кое-какое исследование.

— Когда?

— В самолете.

— Разве ты не спал в самолете?

— Я надел наушники. Я слушал аудиокнигу о бе…

Она снова закрывает мне рот рукой. — Называй это… “Проект Вегас”, когда мы на публике.

Я смотрю на нее сверху вниз. Ее лицо поднято, губы надуты, такое чувство, что она умоляет меня о поцелуях. Трудно оставаться в здравом уме. Эта женщина действительно начинает испытывать мою сдержанность.

Ваня, должно быть, что-то увидела в моих глазах, потому что она быстро опускает руку и отступает назад.

— Ваня? — Справа от нас раздается голос.

Мы оба становимся единым целым.

— Ваня, это блин ты! — Высокий мужчина в жилете и кожаных штанах под длинным струящимся черным свитером? кардиганом? банным халатом? — скользит к ней.

— Фернандо! — Ваня сияет от любви. — О боже. Фернандо! — Она произносит его имя, прищелкивая языком.

Фур-нандо.

Отвратительно.

Я смотрю на нее, потом на него. Кто, черт возьми, такой Фурнандо?

Фернандо проходит мимо меня, наклоняет свое лицо к ее лицу и запечатлевает громкие поцелуи на ее щеках.

Мои глаза расширяются, и я думаю о том, как далеко мы находимся от ближайшего вулкана. Этого парня нужно принести в жертву чему-то.

— Ваня, ты выглядишь восхитительно. О, ты сияешь. — Фур-нандо поднимает руку Вани, и она слегка кружится перед ним, улыбаясь.

— Эхем. — Я прочищаю горло и мрачно смотрю на Ваню.

Она отмахивается от меня.

Шок пробирает меня до костей. Она что, только что отмахнулась от меня?

Фернандо по-волчьи ухмыляется. — Я услышал, что ты в городе, и мне просто пришлось примчаться и переманить тебя. Скажи, что останешься на ночь. Я должен поужинать с тобой.

Ваня открывает рот.

Я заговариваю раньше, чем она успевает. — Ваня должна успеть на обратный рейс домой. Немедленно.

Фернандо смерил меня взглядом с головы до ног. — Кто это?

Я свирепо смотрю на чересчур драматичного, пускающего слюни панка. — Я? Я — это она…

— Ассистент! — Выпаливает Ваня. Короткий и нервный смешок следует за заявлением. — Фернандо, это мой ассистент, Хадин.

— Ассистент? — Придурок с прищуренными глазами морщит нос. — Он не очень-то похож на ассистента.

— Я, черт возьми, лучший ассистент, который у нее когда-либо был. А тебе какое дело? — Рявкаю я.

— Хадин, — говорит Ваня сквозь стиснутые зубы, — ты можешь отнести мои сумки в машину? Я переоденусь и встречу тебя внизу.

Она хочет, чтобы я оставил ее с этим чересчур-привязчиво-любвиобильным-Фабио? Черт возьми, нет.

Ваня щелкает пальцами в жесте "оставь меня в покое".

Я стискиваю зубы. Последнее, что я хочу сделать, это выпустить ее из виду, но я знаю Ваню, и если я поставлю ей галочку, она меня уволит. Тогда я потеряю свою временную должность и шанс быть рядом с ней во время беременности.

Раздувая ноздри, я разворачиваюсь и топаю в ее гримерку.

Когда я захожу туда, я останавливаюсь и смотрю на себя в зеркало. — Подожди, какого черта я делаю? Почему меня волнует, что какой-то парень флиртует с ней?

Не похоже, что мы на самом деле вместе. Ваня, может, и заводит меня в тупик, но от нее больше проблем, чем она того стоит. Мы поженились в Вегасе, завели ребенка, и теперь мы вернулись к нормальной жизни. Ничего не изменилось. Она по-прежнему из тех женщин, у которых заоблачные ожидания. Долгосрочные планы. Списки, которые тянутся на многие мили.

Женщины вроде Вани, как правило, портят мой стиль своей одержимостью планированием и аллергией на то, чтобы жить настоящим моментом.

Привлекает ли она меня?

Конечно.

Почти каждого гетеросексуального мужчину привлекает Ваня Бекфорд, иначе она не украшала бы обложку Sports Illustrated с выражением "подойди и поцелуй меня" и в этом сексуальном, как грех, бикини.

Она женщина, из-за которой я потерял контроль и забыл пристегнуться.

Вот и все.

Я прижимаю руки к столу для макияжа и выдыхаю. Возможно, весь стресс из-за папы и беременности ударил мне в голову. Все, что мне нужно, — это несколько дней нормальной жизни. Может быть, провести ночь в городе. Выпить пива с парнями. Легкий секс без обязательств.…

Немедленное отвращение, которое заполняет мой разум, приводит в замешательство. Я расхаживаю по раздевалке и запускаю пальцы в волосы. Какого черта я чувствую себя виноватым, когда думаю о том, чтобы переспать с кем-то другим?

Может, мы с Ваней и женаты, но это не по-настоящему.

Я иду налево.

Я забочусь о ней, потому что она подруга и носит моего ребенка.

Я иду направо.

Когда родится ребенок и Ваня устроится, я подам на развод. Я снова смогу отправиться на охоту. Я смогу избавиться от своей сексуальной неудовлетворенности одним большим рывком. До тех пор придется обойтись долгим холодным душем.

Верно?

Я стону.

Черт возьми, это звучит как пытка.

Дверь распахивается.

Входит Ваня, похожая на разгневанную фею в своем платье с длинными рукавами и убойных ботинках.

— Что это было? — Она указывает на дверь.

— Что? — Невинно спрашиваю я, поднимая ее туфли и укладывая их в сумку.

— Ты собирался выпалить, что ты мой муж, при всех?

Я бросаю взгляд на открытую дверь. — Это не я ляпнул это, Ван.

Она фыркает. — Убирайся. Мне нужно переодеться.

Я хочу сказать ей, что в Вегасе она не была такой застенчивой, но сдерживаюсь. Ваня до сих пор не помнит всего, что произошло той ночью, и постоянное припоминание этого только выставит меня в отчаянии.

Вегас ничего не значил. Она ясно дала понять это. Я единственный, кто еще не вступил в игру.

Несколько минут спустя она встречает меня у машины. Мы паркуемся на стоянке у океана. Хрустальные волны разбиваются о песок. Небо ослепительно голубое. Если бы меня не было здесь с Ваней, я бы, наверное, катался на этих волнах.

Забавно, что я предпочел бы быть здесь и