Отдана горгулье - Эми Райт

— К черту твое приложение. К черту твое бронирование. Она в опасности. Мне нужно убедиться, что она в безопасности.

Оборотень ставит стакан, который полировал. Он наклоняет голову, и его ноздри раздуваются.

— Что заставляет тебя так говорить, брат?

По крайней мере, он слушает. Язык его тела может выглядеть расслабленным, но я могу заметить хищную настороженность в развороте его плеч. Я делаю глубокий вдох и заставляю себя замедлиться. Возможно, он действительно сможет мне помочь, но я пока не могу судить, может ли он оказаться союзником.

— Она сказала мне, что устраивается на работу, в которой не уверена. У нее было плохое предчувствие по этому поводу.

Его кустистые брови опускаются.

— Тогда почему ты не пошел с ней?

Мои руки по бокам сжимаются в кулаки.

— Был день. Я ничего не мог поделать. Она ушла до того, как я проснулся.

— А работа…?

— Должна быть в эти выходные. Это все, что я знаю.

Доставая телефон из заднего кармана, оборотень делает звонок. Кто-то на другом конце отвечает, но в комнате слишком шумно, чтобы я мог разобрать, что говорят.

— У меня здесь клиент, который утверждает, что Джесси в опасности. Она выходила на работу для нас сегодня вечером?

После паузы парень хмурится еще сильнее.

— Хорошо. Сделаю.

Он кладет телефон обратно в карман и подходит поближе к бару.

— Она сегодня не работает для ЧС. Можешь рассказать нам что-нибудь еще?

Я разочарованно фыркаю.

— Неважно. Я разберусь с этим сам.

Прежде чем я успеваю повернуться, чтобы уйти, он перепрыгивает через стойку быстрее, чем я ожидаю, и кладет руку мне на плечо. Я изо всех сил стараюсь не сломать ему руку, это только замедлит меня, когда он или кто-то другой нанесет ответный удар.

— Эй! Мы в Чудовищных Сделках заботимся о наших работниках. Но если ты хочешь помочь ей, ты должен дать мне что-нибудь, на что можно опереться.

Я вздыхаю. Он прав. Я на мгновение ломаю голову.

— Думаю, она говорила о человеческая работа. Но я не уверен. Надеюсь, что ошибаюсь.

Парень-бармен потирает растрепанную бороду, покрывающую его подбородок.

— Ок. Что-нибудь еще? Это должно быть в клубе? Частная работа?

Я на минуту задумываюсь. Если бы это было в клубе, у нее была бы охрана.

— Должно быть, это частная работа, — мой хвост взмахивает в воздухе. — Слишком долго. Ее запах ослабеет.

Оборотень только фыркает.

— Запах? Какой запах? У тебя даже нет следа, иначе ты бы уже шел по нему.

Это приводит в бешенство! Я хватаюсь за край стойки, и дерево скрипит, когда я сжимаю его.

— Послушай. Я знаю парня, а он знает другого парня. И если ты дашь мне минуту, я сделаю несколько звонков. Мы можем отследить вероятные места и начать оттуда.

Я хмурюсь. Но у меня нет вариантов лучше.

— Прекрасно.

Несколько минут спустя я расхаживаю перед баром, и бармен поворачивается ко мне с ухмылкой.

— У меня есть названия пяти мест, которые, на мой взгляд, являются нашими наиболее вероятными вариантами в этом районе. Какое из них ты хочешь проверить в первую очередь?



15

Джесси

Я так и знала.

Я знала, что эта работа — плохая идея. Мудак даже не нанял охрану. Когда я пришла, он сказал мне, что бар принадлежит его другу, и сегодня вечером все здесь в его распоряжении. По-видимому, у него тоже нет недостатка в друзьях. Его пьяные приятели заполняют бар, перекликаясь и бросая злобные взгляды, как только появляемся я и другая девушка из Glitterbabes. Сандра, другая девушка, чертовски нервничает.

Я ее не виню.

Однако, если мы сейчас покажем страх, плотоядные взгляды превратятся в оскорбления и облапывание. Я знаю по опыту. Итак, покачиваю бедрами, я иду через зал к открытому пространству в задней части, как королева, которой и являюсь, игнорируя ощущение, что каждый второй парень на моем пути дышит мне в затылок. Сандра суетится позади меня и держится ближе, чем моя тень, пока я нахожу звуковую систему и настраиваю музыку.

— Хочешь пойти первой, детка? — я спрашиваю ее.

Она чуть не давится собственной слюной и качает головой.

— Ты раздевалась раньше, верно?

Сандра кивает.

— Да. Но только в одном клубе. Я никогда раньше не выступала в приватных шоу. Я думала, что все будет по-другому.

Я одариваю ее улыбкой с уверенностью, которой не чувствую.

— Эй, не волнуйся. Я с тобой. Просто притворяйся счастливой и смотри, что я делаю. Если что-то пойдет не так, мы уйдем, хорошо?

— Да. Спасибо.

В ту же секунду, как начинает играть музыка, и я танцую, раздаются крики.

— Эй, тощая, мы заплатили, чтобы увидеть задницу. Надеюсь, ты привела подружку.

— Да. Она привела подругу. Приведи ее сюда.

— Оооо, да. Я думаю, мы посмотрим лесбийское шоу.

Я стараюсь удержать улыбку на лице и продолжаю двигаться, покачивая бедрами и проводя руками по животу. Это далеко не худшее, с чем мне доводилось столкнуться. Их глупый лесбийский комментарий не должен меня удивлять. Поэтому я делаю что и обычно, когда происходят подобные вещи. Я выбираю самого громкого крикуна.

Я думаю, он, вероятно, делает это потому, что где-то глубоко внутри ему чего-то не хватает, и он это знает. По крайней мере, так я говорю себе. Помогает, если я вроде как чувствую к нему жалость. Итак, я подхожу к парню, который сделал глупый комментарий. Он достаточно красив. Хотя большую часть его лица закрывают густые усы в стиле ретро, которые я ненавижу. У него глубокая ямочка на подбородке. Как на заднице.

Проводя руками по телу и приподнимая груди, я подмигиваю Жополицему.

— Думаешь, ты смог бы справиться с этими тощими бедрами, обернутыми вокруг твоих ушей, а?

Он ухмыляется.

— Это будет лучшая поездка в твоей жизни, милая.

Я едва удерживаюсь от смеха. Никто не сравнится с Уильямом, который вылизывал мне киску прошлой ночью, особенно этот мудак. Но я не скажу ему этого.

— Ложись на пол, здоровяк. Позволь мне уделить тебе немного личного внимания.

Ему не нужно повторять дважды. Он вскакивает со стула, протягивает пиво приятелю и поспешно занимает место в центре зала. Все приятели подбадривают его. И вот он уже лежит именно там, где я хочу. Приятно шагать к нему на заоблачных каблуках. К этому моменту на мне нет ничего, кроме трусиков, но я все еще чувствую себя сильной. А он лежит там