О чем плачет дождь - Мария Морозова

Молодой офицер в мундире с лейтенантскими нашивками попался мне по дороге из хозяйственной части, куда Крафтон отправила с заявкой на новые халаты. Я, может быть, и прошла бы мимо мужчины, но странная походка сразу привлекла мое внимание. Четким армейским шагом здесь ходили все, даже повара, а этот лейтенант словно был не в себе. Его ноги заплетались. Подошвы сапог с мерзким звуком шаркали по асфальту. Плечи все сильнее клонились вниз. Казалось, еще чуть-чуть, и мужчина просто упадет.

– Извините, офицер. – Я шагнула к лейтенанту. – Вы меня слышите?

Он не отреагировал. Его взгляд бессмысленно скользил по округе. Щеки полыхали, как багровые флаги Салина на крыше комендатуры. А губы хотели что-то прошептать, да только не могли. Когда я оказалась у него на пути, лейтенант попытался обогнуть меня и пойти дальше. Будто он не только не слышал меня, но и вообще не воспринимал.

– Как вас зовут, лейтенант?

Мой голос привлек проходящего мимо усача, в котором я узнала интенданта Нордейла, начальника Кеннета. Он подскочил к нам и рявкнул:

– Пьяный?

– Нет, – ответила я вместо парня и приложила тыльную сторону ладони к его лбу. – У него жар.

– Жар? – тут же нахмурился Нордейл.

– И сильный.

Лейтенант пошатнулся. Пришлось придержать за плечи.

– Вы его знаете?

– Это лейтенант Ронк, подчиненный капитана Эберга, – кивнул Нордейл.

– Помогите отвести лейтенанта в лазарет. Ему нужна помощь.

Без лишних уговоров Нордейл пристроился слева от Ронка и, несмотря на солидную разницу в росте, бодро потащил в лазарет. Моя помощь ему явно не требовалась. Поэтому я просто поспешила следом.

– Ормонд? – Джун Крафтон сидела в своем кабинете. – Что у вас?

– Лихорадка, – коротко отчиталась я, открывая дверь ближайшей смотровой. Нордейл уложил Ронка на кушетку. – Увидела его на улице и поняла, что что-то не так. Взгляните сами.

– Понятно, – помрачнела женщина и резко поднялась. – Спасибо за помощь, интендант Нордейл.

– Рад стараться, – щелкнул каблуками тот и сбежал.

– Что ж, посмотрим, – Крафтон засучила рукава.

Лейтенант так и не пришел в себя. Он пытался шевелиться, но явно делал это неосознанно. Я придержала мужчину за голову, пока Крафтон проводила диагностику. Целительница перебирала в воздухе магические нити и хмурилась.

– Ормонд, проверь-ка сама, – попросила она.

Я кивнула и потянулась к своему дару.

– Сильный жар, пульс ритмичный и частый, сто двадцать пять ударов. Легкие чистые.

– Дыхание хриплое, – заметила Крафтон.

– Но это не легкие, а скорее спазм гортани. Я не чувствую воспаления. Да и других патологий не чувствую.

– Я тоже. Если это инфекция, то очень нетипичная. Нужно взять анализы.

Она отвернулась к пробиркам, а я продолжала сверлить взглядом парня. Что-то мне не нравилось, но не получалось понять, что.

– Пустите... – вдруг выдавил тот через силу. – Мне надо... Надо...

– Что? – я склонилась ниже.

– Идти... Дези... Надо... Надо...

– Он бредит? – удивилась Крафтон. – Странно. Жар сильный, но не настолько, чтобы вызвать бред.

– Но Ронк уже без сознания, – возразила я. – Не просто инфекция, а с поражением мозга?

– Или специфическая иммунная реакция. Или отравление.

– Отравление...

Я схватила пробирку и бросилась за чистой водой. Заполнив пробирку наполовину, уколола палец Ронка ланцетом и выдавила несколько капель крови. Вода окрасилась красным. Я закрыла глаза, зажала пробирку пальцем и как следует потрясла. А потом обратилась к своей силе, чтобы вода откликнулась на мой зов и помогла. Губы обожгло травяной горечью, причем так сильно, что я едва не закашлялась.

– Мать-природа, – вырвалось изумленное.

– Что такое? – подобралась Крафтон.

– Сейчас... – Я перевернула пробирку пару раз, убеждаясь. Перед глазами пронеслись картины жаркого степного луга, где среди сочной зелени виднеются метелки ярко-алых, словно пламя, цветов. – Это и правда отравление. В его крови просто безумное количество горицвета.

– Горицвета? Откуда он мог взяться?

– Сам по себе – точно неоткуда. В этих местах он не растет даже на клумбах. А вот с каким-нибудь зельем...

– С каким? – в голосе Крафтон слышалось нетерпение.

– С приворотным, – ответила, открывая глаза.

Горицвет входил в состав разных зелий, но странно предполагать, что лейтенант стал бы пить, например, краску для ткани.

– Та-а-ак, – женщина сжала губы.

– Приворотным? – послышался вопрос от дверей.

На пороге смотровой стоял беловолосый мужчина, которого я однажды видела в столовой с капитаном Ладлоу. Тогда я смотрела на него со спины и решила, что мужчина стар. Но он оказался едва ли старше капитана. Просто цвет волос имел нетипичный.

– Ваш орел, капитан Эберг? – спросила Крафтон.

– Мой. Что с ним?

– Отравление горицветом, – повторила я.

– Можно вывести?

– Да. Нам нужна ванна с теплой водой.

Ванна в лазарете была. Пока она наполнялась, я еще раз уколола палец многострадального Ронка и сцедила целую пробирку крови. Потом отправилась в лабораторию, где нашла большой флакон зелья «Чистой крови». Придется использовать весь, но это ничего, сварю новый.

Капитан Эберг прислал нам в помощь матроса, и мы в шесть рук раздели Ронка до исподнего и уложили в ванну. Я откупорила флакон, зашептав заговор. В ванну полилась тонкая струйка прозрачного, как родник, зелья. Ронк дернулся. Стоило затихнуть последним словам, вода начала стремительно темнеть. Вся гадость выходила из крови лейтенанта.

– Действенно, – оценила мое зелье Джун Крафтон.

– Гораздо более действенно, чем стандартные детоксиканты, – подтвердила я. – И безопаснее.

Человек по большей части состоял из воды. А с водой у меня всегда были особые отношения. Поэтому ничего не стоило попросить ее очистить кровь бедного лейтенанта от лишнего. Зелье же помогало процессу, нейтрализуя яд и защищая самого Ронка.

Посчитав, что достаточно, я дала отмашку заканчивать. Мы достали Ронка, обсушили и переодели в чистое. Когда он занял свое место на койке, я с облегчением поняла, что жар почти спал.

– Целитель Крафтон? – раздался голос капитана Ладлоу. Маг зашел в палату и хмуро глянул на лейтенанта. – Эберг сказал, что у нас приворот.

– Ормонд? – глянула на меня начальница.

– Один момент.

Перед купанием Ронка я развела в котле пробирку с кровью и еще одно зелье, которое называла проявителем. И сейчас побежала в лабораторию, чтобы проверить, изменило ли оно свой цвет. Изменило. В котелке плескалась ядовито-розовая жидкость. А это значило, что я была права.

– Приворотное, – подтвердила, вернувшись в палату.

– А почему эффект оказался настолько убойным? – прищурилась Крафтон.

– Либо зелье готовили неправильно и переборщили с горицветом. Либо Ронк изначально получил слишком большую дозу.

– Та-а-ак, – угрожающе протянул Ладлоу. Немного подумал и