Узнай меня, если сможешь - Лада Шведова

– Привет, народ, – улыбнулся папа. – Как успехи?

– Добрый день. Я Антон, – Орешин снял перчатку и протянул папе руку. – Мы с Зоей знакомы, – добавил он, что без контекста прозвучало странно и неуместно.

– Ну… мы тоже с ней знакомы, – не растерялся папа. – Приятная девушка.

Я устало прикрыла глаза – мне надоело бороться.

Будь что будет.

Глава 16

Тем же вечером Зоя отпаивала меня земляничным чаем, заливаясь от смеха.

– Степанова, я сейчас умру, – она вытерла слезы, глубоко вздохнула и захохотала снова: – Ой, нет же! Я вспомнила о наших планах – пожалуй, потерплю еще немного и умру на пейнтболе. Даже не знаю, как мне завтра воспринимать происходящее с серьезной миной. Я не смогу, честное слово, не смогу!

– Рада, что мои жизненные трудности тебя так веселят, – сухо ответила я.

– Веселят? Да я сейчас икать начну. Веселят – не то слово.

В этот раз я обошлась свирепым взглядом.

Зоя вытерла слезы. Опять. А потом то ли засмеялась, то ли завыла. Опять! А я ведь даже в детали не углублялась, пересказывая пережитое на горнолыжке – так, обошлась самыми важными моментами. Но Зое и их хватило за глаза. Особенно ее порадовала часть, в которой я набросилась на собственного отца, не позволяя ему снять шлем, а все потому, что Орешин находился неподалеку и мог обратить внимание на приметные семейные кудри и задуматься, почему я похожа на родителей Зои намного больше, чем она сама. И провожу с ними время больше, чем она сама. И… ну и дальнейший снежный ком с позорным разоблачением, все как полагается.

– Это было ужасно, – напомнила я. – Ужасно!

– Удивлена, что ты умудрилась вывернуться.

– Я тоже, но это скорее случайность. Редкая удача: Дэни вымотался от многочисленных падений и по инерции подыграл, мама с папой удивились вопросам о тебе от незнакомого парня, но не стали вдаваться в детали и уехали кататься, Орешин не цеплялся к мелочам, хотя честное слово – там было за что зацепиться… Но как-то все организовалось. Никогда в жизни так не стрессовала. Кажется, даже поседела… Как думаешь, закрашивать седину в неполные двадцать – нормально?

– То ли еще будет, подруга, – Зоя залпом выпила остывший чай и покачала головой: – Как бы не пришлось заклеивать лысину. Хотя не придется, если расскажешь уже все своему многострадальному Орешину.

– После сегодняшнего?!

– Ну да, после сегодняшнего представления он тебя точно не поймет. Хотя… думаю, ты ему все-таки понравилась. Сама сказала – он сначала тебе в тренера набивался, потом Денису… Это хороший знак.

– Был бы, если бы он не считал Дэни твоим братом.

– Все время путаюсь, кто там чей родственник в твоей мультивселенной безумия. Но… слушай, он же подошел к вам с Дэни, не зная, что он «мой» брат? Это выяснилось мимоходом, но причиной подойти была все же ты. А если так… можно сказать, что все движется в верном направлении. Не без нюансов, но как бы в пределах ситуации нормально. Осталось закрепить этот сомнительный результат.

Я ответила ей очередным мрачным взглядом, совершенно не разделяя ее иронию. Но Зоя и бровью не повела, кажется, она всерьез увлеклась моей горе-историей:

– С Дэни договорилась насчет пейнтбола?

– Нет еще.

– А когда?

– Завтра, – я уронила голову на руки, – подумаю об этом завтра.

– Платье из шторы тоже завтра сошьешь, Скарлетт[6]?

– Платье не получится, я шить не умею. А Дэни… по телефону он меня высмеет, а домой возвращаться уже поздно. Завтра утром все сделаю, с твоей помощью – тебе он точно не сможет отказать. Ты же мне поможешь?

– Куда я денусь с твоего тонущего Титаника, – ответила Зоя.

– Спасибо! Дэни за тобой хоть на край света. И мне не нравится твое сравнение.

– А по мне очень точное.

Перед сном мы с Зоей глянули пару серий нового немецкого сериала, теша себя надеждой, что это волшебным образом поможет с зачетами и экзаменами, и разошлись по спальням.

Я долго ворочалась, пытаясь уснуть: в голове то и дело всплывали моменты прошедшего дня. Ох и перенервничала я… и сейчас занервничала с новой силой. Всю дорогу я волновалась о том, как бы Антон меня не раскрыл, как бы он все не понял, как бы Дэни или родители меня не подставили, и в таких условиях ни разу не подумала, какое впечатление в итоге произвела на парня, что мне так нравится.

И теперь, ерзая в кровати, поняла – вряд ли хорошее. Смотрела волком, дергалась от каждого вопроса, суетилась, напрягалась, вздрагивала, глаза таращила… Так себе портретец, если со стороны наблюдать. Значит, на завтра у меня задача все исправить. Быть нормальной, приятной и интересной. Девушкой, которой можно заинтересоваться.

Телефон пиликнул, оповещая о входящем сообщении.

let_it_snow777: как прошел день? Sprechen Sie Deutsch[7]?

eyes_wide_shut: мы теперь на «вы»?:)

let_it_snow777: не получилось впечатлить тебя знаниями, да?

eyes_wide_shut: не в этот раз

let_it_snow777: как же будет правильно?

eyes_wide_shut: sprichst du Deutsch[8]?

let_it_snow777: на вид непроизносимо, даже прочитать с первого раза невозможно, но представил,

как ты это говоришь – мне понравилось. Может, завтра будешь общаться со мной на немецком?

eyes_wide_shut: ты же ничего не поймешь

let_it_snow777: о, мне и не надо, я умею фантазировать…:)

Фантазер, блин.

Я выбралась из кровати и села на подоконник, закутавшись в плед. Все равно мне не уснуть, есть вероятность, что даже до утра, а так можно смотреть на побелевшие от снега деревья и пустынные городские улицы.

И болтать с Антоном, конечно.

eyes_wide_shut: тогда зачем тебе мой немецкий? Фантазии рулят! Можно и на пейнтбол не ходить, а просто о нем пофантазировать

let_it_snow777: ты просто представь, как смешно мы будем выглядеть со стороны: ты, говорящая на немецком, и я, выступающий твоим личным переводчиком и при этом ничего не понимающий. И все максимально серьезно

eyes_wide_shut: и посмеемся над этим мы одни?

let_it_snow777: посмеемся одни, но вместе:)

Я представила себе эту картину и глупо хихикнула. А потом представила, как подговариваю Зою говорить по-немецки, объясняю, зачем это надо, как вытягивается ее лицо в момент моих путанных объяснений, что она думает о моей вконец поехавшей кукухе, и засмеялась в голос. Получилось так громко, что я уткнулась в одеяло, чтобы